Джим Батчер – Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства (страница 71)

Я вошел следом, высматривая признаки магических ловушек, которые могли ждать нас в хранилище Джонни Марконе.

Оно было огромным. Футов пятьдесят в ширину. Сто в длину. Вдоль стен через равные промежутки располагались зарешеченные двери, способные удержать Кинг-Конга. На каждой была стальная табличка с номером и именем. Первая справа сообщала: «ЛОРД РЕЙТ – 00010001». Помещение за дверью было заставлено контейнерами, по размеру подходившими для перевозки больших картин, ящиками, которые напоминали несгораемые шкафы, и платформами, груженными брикетами из стодолларовых банкнот, сложенных в четырехфутовые кубы и обернутых прозрачным полиэтиленом.

Слева от нас висела табличка с надписью «ФЕРРОВАКС – 00010002». Внутри виднелись ряды закрытых огнеупорных сейфов.

На каждой стороне хранилища располагалось еще по одиннадцать дверей.

Между зарешеченными дверями находились ячейки, полки, заставленные произведениями искусства, и огромные кубы денег, которые я бы очень хотел сосчитать.

Это напоминало достояние небольшого государства. А может, и большого.

Единственная дверь, рядом с которой виднелся маленький электронный сканер сетчатки, была в самом дальнем конце хранилища, в центре задней стены: камера хранения Подземного царства.

– Похоже, это оно, – сказал я.

Грей – Харви промолчал. Я повернулся к нему. Он медленно осматривал помещение.

– Это всего лишь деньги, – заметил я. – Включайся в игру.

– Я ищу охрану и мины-ловушки, – ответил он.

Я хмыкнул.

– О! Продолжай.

– Мне не следовало сюда приходить, – едва слышно пробормотал Грей. – Это глупо. Меня поймают. Меня поймают. Кто-нибудь придет за мной. Эти твари меня достанут.

У меня глаза полезли на лоб.

– Э-э-э. Что?

Грей моргнул и посмотрел на меня.

– А?

– О чем ты сейчас? – спросил я.

Он нахмурился, поморщился, потер лоб.

– Ни о чем.

– Черта с два, – возразил я.

– Во мне слишком много Харви, – сказал он. – Ему все это не нравится.

– Э-э-э. Как это – слишком много Харви?

– Такая глубокая перемена – не для таких, как он, – ответил Грей. – Тебе не о чем тревожиться. Поверь мне.

– С чего бы?

В его голосе появились раздраженные нотки.

– С того, что я чертов оборотень и разбираюсь в таких вещах, вот с чего. – Он смерил меня взглядом. – Лучше подожди здесь. С наручниками или нет, эти сканеры сетчатки жутко капризные.

– Я подойду поближе, – возразил я и пошагал за ним.

Я не сомневался, что Грей не обманывал насчет сканеров, но я не настолько доверчив, чтобы выпускать подобных ему типов из виду. Я остановился в тридцати-сорока футах от стены, а Грей – Харви подошел к панели. Поднял руку и набрал на клавиатуре последовательность из двенадцати, может, из пятнадцати символов, быстро, почти автоматически. Когда закончил, панель повернулась, и появилась маленькая трубочка. Он наклонился и уставился в нее. Вспыхнул красный огонек. Грей распрямился, моргая, и секунду спустя раздался тихий щелчок.

– Вот и все, – сказал Грей и нажал на ручку.

Дверь в наземное отделение хранилища повелителя Подземного царства (помеченная «АИД – 00000013») плавно и беззвучно открылась. Мне потребовалось бы больше усилий, чтобы открыть холодильник Майкла.

Принявший собственное обличье Грей повернулся ко мне; его рот кривился в победной ухмылке.

– Теперь скажи, что я не крутой.

– Ладно, зови остальных, а я пока подготовлю путь, – сказал я.

Грей собрался было идти, но помедлил, разглядывая меня.

– Если бы я хотел покончить с этим весельем, мог бы сделать это в любой момент за последние двадцать минут, – ответил я на его взгляд. И с маниакально неопределенным европейским акцентом добавил: – Мы пройдем насквозь.

– «Черная дыра»? – недоверчиво спросил Грей. – Дрезден, никто не цитирует «Черную дыру». Никто даже не помнит ее!

– Чушь. Эрнест Боргнайн, Энтони Перкинс и Родди Макдауэлл в том самом фильме? Вечная слава.

– Родди Макдауэлл всего лишь озвучил робота.

– Да. Но роботы были потрясающие.

– Дешевая подделка под «Звездные Войны», – отмахнулся Грей.

– Эти понятия не исключают друг друга, – возразил я.

– Я не думал, что ты завалишь миссию, – сказал он. – Я думал, что ты можешь решить поиграть с этим Марконе в Робин Гуда.

– Вряд ли это разозлит его сильнее, – ответил я. – Но мы хотим ограбить другое хранилище.

Мгновение Грей изучал меня, потом кивнул.

– Верно. Позову остальных.

Он развернулся и направился за ними…

…и внезапно какая-то грубая сила резко вытащила его наружу.

– Да, хоро… – начал было отвечать я.

Но не успел я договорить, как в хранилище ворвалась Тесса, невероятно быстрая и ужасающе сильная в своем обличье богомола, и захлопнула за собой дверь. Ее задние лапы повернули рукоятки на внутренней стороне – предназначенные для того, чтобы запирать и отпирать дверь изнутри, – и замок закрылся с вполне погребальным звуком.

Единственным источником света были крошечные напольные лампы, расположенные вдоль стен; их свет отражался в тысячах безумных фасеток глаз богомола.

– Ты! – прошипела Тесса голосом, сочащимся ненавистью. – Ты во всем виноват!

– Что? – спросил я.

Моя рука метнулась к терновым наручникам на запястье – и остановилась. Майкл и остальные по-прежнему находились снаружи. Если я начну швыряться магией, даже с такого расстояния она наверняка заденет античародейские предохранители Марконе.

– Не важно, – плюнула в меня Тесса словами. – Твоя смерть положит этому конец даже быстрее, чем смерть финансиста.

Разъяренный рыцарь Ордена Темного Динария кинулась на меня со скоростью насекомого, и если бы я встретил ее хотя бы частицей магии, те, кто оставался снаружи, взлетели бы на воздух.

Глава 36

Крылья Тессы слились в единое пятно, серповидные передние лапы взметнулись для удара.

Голос в моей голове пронзительно выл от ужаса, и на секунду я подумал, что сейчас намочу штаны. Времени на рассуждения не было, бежать было некуда, и без суперсилы Зимней мантии жить мне осталось всего ничего.

Разве что…

Если Баттерс не ошибся, источником силы Зимнего Рыцаря был я сам – она дремала во мне, приберегаемая на крайний случай. Ее сдерживали только естественные ингибиторы моего тела. Кроме того, я обладал еще одним преимуществом: последние полтора года, после того как я умер и пошел на поправку, я постоянно тренировался. Сначала чтобы встать на ноги и вернуть форму на случай драки, позже – чтобы дать физический выход стрессу.

Особенность всех тренировок заключается в том, что у тебя есть непреодолимый ограничитель – боль. Небольшие травмы накапливаются, лишая запала, снижая эффективность того, чем ты занимаешься, нарушая равновесие и создавая слабые точки.

Но не в моем случае.

Во время тренировок я защищался от боли при помощи Зимней мантии. Это не просто увеличило мою физическую силу – это позволило мне тренироваться дольше, и активнее, и усерднее, чем я мог бы в обычном состоянии. Мантия Зимнего Рыцаря не сделала меня быстрее и сильнее – я сам сделал себя таким.