Джез Кэджио – Клинок света. Книга первая (страница 42)
Когда все заняли свои места, он начал колдовать. Слабый голос поначалу едва слышался, но с окончанием каждой фразы старик ударял посохом об пол, и с каждым ударом посох оживал, превращаясь из обыкновенной деревяшки в шедевр переплетённых символов и мерцающих линий, причём с каждым ударом свечение длилось всё дольше и дольше.
Краем глаза я заметил движение и увидел, что барон поднял руки на уровень плеч, а на каждой ладони у него появился светящийся шар энергии. Я дёрнулся, решив, что он собирается меня атаковать, но потом увидел, что эти действия повторяют десятки аристократов вокруг. Глаза его были закрыты, по лицу бежали струйки пота от тех усилий, которые он предпринимал.
Сначала я подумал, что мне мерещится, но через минуту разглядел, что от каждого шара исходят тонкие разноцветные нити, как цветной дым. Только устремились они не к потолку, а к старику в центре.
Собравшись вокруг него, свет стал извиваться и закручиваться, словно движимый невидимыми вихрями в стылом воздухе. Нити медленно сформировали круг, потом – хоть это и казалось невозможным – квадрат. Линии вились из углов, пересекаясь в центре, формируя многочисленные треугольники, которые отделялись друг от друга и постепенно всё быстрее начинали сами по себе вращаться в воздухе. По мере того, как они набирали скорость, свет снова растянулся в круг, а вращающиеся треугольники развернулись, сцепились длинными сторонами и замерли. Теперь скованные треугольники образовывали квадрат в центре, обратившись углами вовне.
На их концах свет запульсировал в унисон, словно втянув свет из поблекших, уже едва заметных линий, сверкающие точки потянулись одна за другой, сформировав круг по внешнему периметру, а вокруг виднелись ещё десятки точек поменьше, пульсирующих и искрящихся магией.
Я стоял, ошеломлённый, а старик обернулся к порталу. Наружное кольцо света вспыхнуло ещё раз, затем свет заструился прочь, соединяясь с маленькими точками, которых я раньше не замечал, в изогнутом дверном проёме впереди. Медленно-медленно портал начал формироваться. Свет словно обрёл плотность и потёк внутрь рамки – потянулся, заструился и смешался в центре.
Будто струи воды стекали с краёв, чтобы встретиться в середине, только это был свет; красивейший калейдоскоп из тысяч цветов, подобных которым я раньше никогда не видал. И не было слов, чтобы их описать.
Когда дверь полностью сформировалась, старик сделал ещё один, последний, шаг вперёд и швырнул бушующую магию в озеро света перед ним. Она исчезла, пустив лёгкую рябь по поверхности, а затем портал, видимо, заработал в полную силу.
Я уже с трудом видел старика, который отчаянно мне жестикулировал. Какую-то долю секунды я колебался, но понимал, что погибну, если растрачу их силу впустую. И кинулся вперёд так быстро, как только мог. Нагината будто подгоняла меня, хлопая по бедру. Я едва успел жестом послать барона куда подальше, затем преодолел последние несколько ступенек и прыгнул вперёд, в свет, чувствуя, как он окутывает меня, унося из того мира, который я всю жизнь знал, в Подземирье.
Глава 9
Я провалился в светящуюся рамку и полетел наземь по ту сторону портала. Показалось, что всё вокруг соткано из великолепного цветного света, но прежде, чем я успел это осознать, ноги коснулись земли… и сразу же прошли сквозь неё. Я рухнул на землю столь же нематериальную, как туман в солнечный летний денёк, и уходил всё глубже и глубже. Со всё возрастающей скоростью я падал сквозь мир света. Мимо проносились скопления красного, синего, зелёного и многих других цветов – и я догадался, что это минералы и драгоценные камни. Но я пронёсся мимо, и они размылись, смешались так, что ничего уже было не разобрать кроме сияния, которое исходило снизу и становилось всё ярче.
По мере приближения я осознал, что падаю в гигантское море света. Оно завивалось вокруг меня спиралями водоворота, силясь коснуться поверхности, но красно-чёрные потоки сдерживали его, поглощая его свет. Мир снова взорвался светом, и больше я ничего не понимал. Я вдруг узрел десятки миров, соединённых с нашим и между собой тоже.
И вдруг на всей скорости я влетел в какое-то препятствие. Воздух с силой вышибло из лёгких, но прежде, чем я смог осознать это, налетел на ещё одно… и на следующее. Сила инерции заставила меня покатиться, мир превратился в мешанину света и боли, пока следующий барьер не расступился предо мной, словно он был из шёлковых занавесей. Кисейные завесы сползли с меня, мазнув по коже, и я носом вперёд ввалился в комнату, освещенную светом портала.
Твари шарахнулись от света, а я полетел вперёд, ногой перешибив одной из них хребет, пока остальные разбегались, каждая – на шести ногах. Они стали пятиться, крича от боли и ярости из-за наполнявшего комнату света. С трудом подобрав под себя руки-ноги, я прислонился к очередному барьеру, чтобы отдохнуть, опираясь на что-то твёрдое. Пошевелился, пытаясь перевести дух, и тут только понял, что меня тянет назад. Я вскочил и покатился по лестнице, болезненно ушибившись лицом о ребро ступени, но не сдавался, пока не оказался у дальней стены, чудом умудрившись не потерять оружие.
Вскинув свободную руку к лицу, сжал окровавленный перебитый нос, ощущая жар и боль. Заставив себя не обращать на них внимания, попытался оглядеть комнату, которую принялся невольно обшаривать взглядом по мере угасания света.
Она была большой и круглой, с одной спрямлённой стеной, возле которой я и сидел. А посреди, вверх, к платформе, будто бы висящей в воздухе, где помещался портал, поднималась лестница такой ширины, что по ней могло пройти сразу человек десять. Стены взлетали вверх, к потолку, на высоту метров тридцати, а то и выше. В них были прорезаны огромные окна, но все они были так плотно закрыты, что снаружи сюда не проникало и лучика света. А из-под платформы на меня смотрели десятки глаз, в которых читалась ненависть и голод тварей, пялящихся на меня из темноты.
Стоило свету начать меркнуть, как они стали выползать из тени, медленно окружая меня и предостерегающе щёлкая челюстями с острыми зубками друг на друга. Эти твари и сами состояли из тьмы. Части их тел то казались сотканными из дыма, а секунду спустя снова виделись твёрдыми.
Десятки глаз смотрели на меня, собравшись в два неровных ряда – твари медленно приближались. Шесть ног каждой гадины были широко расставлены – они пригибались к самому полу, подкрадываясь ко мне. Двигались они как пауки, медленными точными шажками, осторожно ставя каждую ножку и текучим движением перенося вес тела. Затем они стали ползти всё быстрее и быстрее, рассредоточились вокруг меня полукругом…
Я почувствовал, что начинаю паниковать. Единственное, что мешало им сразу же атаковать, – свет. Кажется, они боялись его, но по мере того, как свет угасал, становились всё смелее.
Я жадно огляделся и в нескольких метрах слева заметил арку, похожую на дверь из цельного куска хрусталя. Выбора не было. Вскочив на ноги, я кинулся туда, в страхе забыв про боль и ушибы. Оглянулся – твари преследовали меня, отреагировав на движение. Я схватился за дверь, отчаянно пытаясь найти скважину, ручку или хоть что-нибудь. Слышно было, как по полу стучат их когтистые лапки, цокот подползал всё ближе, пока я отчаянно молотил в полупрозрачный хрусталь.
Я царапал его ногтями, пытаясь найти створ или дырку. Страх захватил меня, а внутренний голос орал: «Беги, спасайся!» И двери: «Откройся!»
Хрусталь обернулся туманом, и я провалился вперёд. Только что я бился в него, и вдруг он пропал. Я сделал несколько неуверенных шагов, потом одумался и обернулся. Комната была совсем небольшая, и дверь в ней оказалась всего одна – та, через которую я ввалился сюда.
Я выхватил нагинату и принял стойку. В дверном проёме теперь была лишь темнота, последние остатки света успели угаснуть. Жаль, у меня не было времени использовать
Клинок нашёл цель, рассёк плоть и кости. Сопротивление заставило меня отступить, а острые когти потянулись ко мне, как вдруг внезапная вспышка света озарила комнату. Твари завизжали, а я мгновенно лишился той толики ночного зрения, которую обрёл, когда глаза привыкли к темноте.
Тварь, повисшая на клинке нагинаты, принялась скулить и вырываться. Я надавил сильнее. Что-то подалось, одно из когтистых сочленений отлетело в сторону и обмякло. Клинок вошёл глубже, и мою левую руку залил поток горячей и мокрой вонючей крови. Я почувствовал, как кончик нагинаты пронзает что-то трепещущее и бьющееся, и тварь наконец прекратила сопротивление. Я придавил её ботинком, высвободил клинок и быстро отступил на пару шагов, оборачиваясь вправо. Слышно было, как что-то ворочается и ворчит неподалёку, но я ничего не видел, всё ещё ослепленный вспышкой света.
Воспользовавшись шансом, я атаковал. Первый удар ушёл в камень, но второй поразил тварь, заставив её заверещать от боли и ярости. Я тут же ударил снова, слыша, как когти её скребут по камню в попытке удрать. Вдали слышались слабые крики и удары, но в той комнатке, где был я, стало тихо, если не считать улепетывающей твари, которую я теперь преследовал. Из глотки первой из убитых мной гадин вырвался хрип, тело её наконец-то смирилось со смертью.