Джейн Кристи – Смерть на конференции (страница 4)

– С одной стороны. – Но тут же умолк, словно осекся и передумал продолжать предложение.

– А с другой стороны, – сказал вместо него Биттерфилд, – чтобы заинтересовать его, и чтобы он трудился действительно на благо компании, а не просто имитировал бурную деятельность, вы должны были дать ему надежду на постоянное трудоустройство и большую зарплату.

Мистер Локхед засмеялся.

– Вы как всегда проницательны, инспектор! Я, может быть, и не оставил бы его, даже если бы он сработал хорошо. Он дорогой специалист. Но я убедил Маулера, что он в итоге заместит Лиз. Теперь даже как-то неловко. Совесть немного грызет меня, ведь Маулер так… страшно умер.

– Как вы думаете, кто мог хотеть свести счеты с Маулером?

– Это загадка для меня. – Сказал Локхед. – Если бы он работал год или хотя бы несколько месяцев… Но ведь он только пришел и еще никому не успел насолить… Разве только… – Вдруг он что-то вспомнил. – Постойте… Он уже успел насолить одной сотруднице. Да и Лиз с Виргенсом могли опасаться его как конкурента. Даже я могу быть подозреваемым.

– Почему? – Биттерфилд был согласен с Лохкедом, но сделал вид, что не понимает, что тот имеет в виду.

– Да ведь я мог ненавидеть Маулера и намеренно устроить его к себе, привести на конференцию и так все подстроить. По крайней мере, вы так можете решить. Хотя на мой взгляд, это слишком сложно.

– Да, это сложно. – Согласился Биттерфилд. – Хотя и возможно.

– Но разве это не спонтанное убийство? – Вдруг вспомнил кое-что Локхед. – Насколько я понял, все так считают. Свет выключился, и кто-то воспользовался своим шансом.

– Откуда бы этот человек взял орудие убийства? Даже если это был маленький нож… Разве кто-то из менеджеров носил бы его с собой? Пока что мы даже не поняли, что это, ведь орудие убийства не найдено, и на нож оно не похоже.

– Вообще да, все это странно. Как убийца спрятал орудие убийства? Всех ведь обыскали.

– Этот вопрос занимает меня более других. – Сказал Биттерфилд. – Как можно так быстро в темноте сообразить, куда спрятать окровавленное орудие убийства так, чтобы его не нашла при обыске полиция? Нет, чем больше я думаю об этом, мистер Локхед, тем больше прихожу к выводу о том, что это не было спонтанное убийство.

Мистер Локхед уже встал и направился к выходу, как вдруг Биттерфилд вспомнил кое-что и спросил:

– Забыл уточнить у вас: какой именно сотруднице успел насолить мистер Маулер за два дня своей работы?

– Мисс Честер. – Невозмутимо ответил Локхед.

Если он и знал о том, что Биттерфилд встречался с Наташей, то ничем не выдал себя. Не выдал себя, казалось, и инспектор. Он кивнул с таким видом, будто его не волновал тот факт, что именно на его бывшую ложилась тень подозрения.

В это время Наташу допрашивал констебль. Это были будничные вопросы, которые задавали и другим людям, бывшим в конференц-зале около убитого. По сути она не могла ничего сказать, как и другие опрошенные: в мраке глаза, не привыкшие к темноте, ничего не могли увидеть. А шорохи и возня были настолько повсеместными, что даже по звукам не вырисовывалось целостной картины.

Меж тем в маленьком баре Виргенс сидел с Кэтти и Алексом за одним столиком. Кэтти с кем-то переписывалась, все время отвлекаясь.

– Ну с кем ты там все переписываешься? – Спросил едко Виргенс, на самом деле догадываясь о том, с кем она общалась.

– Скоро увидишь! – Загадочно улыбнулась Кэтти.

Наконец таинственный незнакомец подошел к их столику и сел рядом с молодой женщиной. Это был юный Лохкед.

– Оливер, – обратился к нему Алекс. – Мы тут вовсю спорим с Виргенсом.

– О чем?

– Я и Кэтти считаем, что нужно обязательно рассказать инспектору о том, что Наташа знала Маулера и огорчилась, когда его наняли. Мне кажется, это существенная улика. А Виргенс уперся.

– Да никакая это не улика! – Разгоряченно воскликнул Виргенс. – Это домыслы, не более того. Вам показалась… Много ли чего там вам может померещиться? И что, об этом бежать сразу полиции вещать? Тем более, я лично спрашивал у Наташи, и она мне сказала, что не знает Маулера. У меня нет причин ей не верить.

И хотя Виргенс и сам считал, что Наташу и Маулера что-то связывало, но он боялся навредить ей, поэтому всеми силами заступался за нее.

– А я считаю, что Кэтти и Алекс правы. – Вдруг сухо сказал Оливер.

Виргенс с изумлением уставился на молодого человека: он не ожидал такой категоричности от робкого студента, всего лишь проходящего у них практику.

– Дело в том, – продолжил Оливер, – что если мы промолчим, то можем помешать следствию. И потом, если мы не скажем, признается кто-то другой. Правду не скроешь.

– Послушайте, я думал у нас дружеские отношения в коллективе, но вы мне глаза просто раскрыли! Все готовы сожрать друг друга! – Не выдержал Виргенс, резко встал из-за стола, держа в руке кружку кофе.

Он так мгновенно скрылся, что всем присутствующим осталось лишь плечами пожать.

– Честно говоря, – сказала Кэтти. – Я так зла на убийцу. Из-за него я могу лишиться всего. Опять! Только меня начали уважать и ценить. Только Маулер запланировал мое повышение, как его не стало…

– А о каком повышении идет речь? – Уточнил Алекс осторожно и прищурился: он работал в компании года два, был довольно малоопытным и неспособным, как и Кэтти. Но он, как и его подруга, не был обделен честолюбием. Повышение Кэтти он расценил бы скорее как оскорбление, чем как радость.

– Много будешь знать – скоро состаришься! – Едко сказала Кэтти, и довольная улыбка расплылась по ее лицу. В силу характера она получала огромное удовольствие, когда отказывала кому бы то ни было, даже другу. – И потом, Маулера все равно больше нет. Вряд ли Перкинс меня теперь повысит.

Они еще какое-то время болтали и пили кофе, Кэтти изо всех сил бодрилась, пытаясь скрыть, какое удручающее впечатление на нее произвело убийство Маулера. А затем их вызвали на допросы – одного за другим.

В переговорной Лиз Перкинс откинулась в кресле с видом королевы. Она была уверена, что ее как топ-менеджера никто не будет ни в чем подозревать, как и в прошлый раз, когда был убит Луиджи Борелли. Вот только она не учла того факта, что в прошлый раз у нее было алиби, а в этот раз – нет.

– Я долго беседовал с мистером Локхедом, – сказал инспектор, – и вот что выяснил.

– Да, выкладывайте, инспектор, – повелительным тоном сказала Перкинс.

– У нас пока нет никаких улик, данные с камер просмотреть я еще не успел.

– А что, разве камеры что-то засняли в такой темноте? – Удивилась Перкинс.

– Нет, они были отключены в тот момент, когда электричество пропало. Но были ведь другие записи – до происшествия и после. И потом, важно изучить поведение людей на всей конференции. Может быть, в коридорах и барах мы увидим какие-то зацепки.

– Буду рада вам помочь раскрыть это дело как можно скорее.

– В том-то и дело, что по данным вашего руководителя получается, что мотив к убийству был только у нескольких людей: у мистера Виргенса, у вас и у… мисс Честер.

– Так-так! Хороший список! – Лиз побагровела от бешенства. – На что это вы намекаете? Что Виргенс слишком добрый, чтобы кого-то убить, а мисс Честер слишком невинна и, потом, вы с ней встречались… Значит, думаете, это я – убийца?!

Биттерфилд с самым невозмутимым видом выслушал ее тираду.

– Я ничего подобного не утверждал, заметьте. Наличие мотива не означает, что человек обязательно совершит преступление. Но если вы знаете кого-то еще, кто мог бы иметь мотив…

– Да Маулер не успел никому навредить пока! Только вашей обожаемой мисс Честер.

– Она не моя обожа…

– А это вообще законно, что вы расследуете это дело? – Вдруг всполошилась Перкинс. – Вы ведь встречаетесь…

– Мы не встречаемся.

– Как это? А Сицилия? Я была там, господин инспектор, я все знаю.

– Мы уже давно не в отношениях. Так что пусть вас не смущает моя биография. Я скорее могу навредить мисс Честер, чем помочь ей, если принять во внимание то, как мы расстались.

Перкинс удивилась, а затем довольно засмеялась.

– Что ж, это успокаивает. – Сказала она, а затем добавила ехидно. – Бедная Наташа. Вы опасный человек, инспектор, с вами лучше не связываться.

В этот самый момент телефон Биттерфилда зазвонил. Увидев, кто звонит, инспектор ответил и, быстро выслушав того, кто звонил, положил телефон на стол.

– Миссис Перкинс, мне только что звонили ваши коллеги. – Сказал вкрадчиво Биттерфилд. Этот среднего роста широкоплечий человек выпрямился и поглядел на Лиз пристально, с хитрым прищуром. – Говорят, они слышали позавчера вечером, уже после окончания рабочего дня, что вы немного повздорили с Маулером. Говорили на повышенных тонах.

– Что?! И где это было?

– Вы мне скажите.

– Допустим, мы были в кабинете и обсуждали будущее компании и отдела Виргенса в том числе. Маулер хотел некоторые изменения сделать. Я была не согласна.

– И кто перешел на повышенные тона?

– Я… – Лиз замялась. – Видите ли, я не привыкла, что мною командуют… точнее, мистер Локхед может мною командовать, и только он. А этот Маулер только устроился к нам и сразу стал указывать мне, что делать. Самое противное то, что ему дали полномочия все менять у нас, даже если я против.

– Как будто он был выше вас в должности?

– Да!

– Вы не опасались того, что он пришел на ваше место?