Джеймс Лучено – Лабиринт зла (страница 17)

В конце концов на помощь калишам пришел Межгалактический банковский клан. Он помог средствами, восстановил торговлю и дал Гривусу новое направление деятельности.

Несколько лет спустя мууны появились вновь…

Гривус не сводил глаз с челнока, который подвергался жестокому обстрелу.

Граф Дуку и его учитель никогда не простят ему, если с Ганреем приключится несчастье. Неймодианцы хитры. Им нет равных в знании секретных гипертрасс, а громадная армия дроидов-пехотинцев и боевых супердроидов оснащена приборами, которые заставляют их подчиняться исключительно приказам Ганрея и его ближайшего окружения. Если вожди неймодианцев погибнут, Конфедерация лишится могущественного союзника.

Пришло время вытащить Ганрея из капкана, который он сам же для него и расставил.

— Выпустите на помощь челноку три-истребители, — дал он указание канонирам.

Вскоре в иллюминаторах мостика уже можно было разглядеть звено новеньких «красноглазых» дроидов-истребителей.

У республиканских пилотов, насторожившихся при приближении дроидов, хватило здравого смысла, чтобы понять, что враги сильно превосходят их числом. Оторвавшись от последних «стервятников», они устремились в открытый космос — в направлении ближайшей к ним обитаемой планеты. Разгонные кольца были уничтожены, и полагаться оставалось лишь на досветовые ионные двигатели.

Два истребителя вышли из боя позже остальных. Увеличив картинку погони за челноком, Гривус отметил, что отстали недавно выпущенные АР-170, двухпилотные корабли, вооруженные мощными лазерными пушками, установленными на концах вытянутых крыльев, и многозарядными пусковыми установками. Он очень хотел узнать, на что они способны.

— Дайте указание трем эскадрильям три-истребителей прикрыть челнок и сопроводить его в ангар. Остальных выставьте против отступающих истребителей, кроме АР-170. АР-170 надо втянуть в бой, не уничтожая, — даже если несколько дроидов падут жертвами вражеского огня.

Взгляд Гривуса стал жестче.

Три-истребители разделились на две группы: более крупная — заняла позиции вокруг поврежденного челнока Ганрея и набросилась на отступающие V-истребители, в это время отвлекающая эскадрилья начала провоцировать АР-170, чтобы заставить их сделать вылазку и вступить в схватку.

Больше всего Гривуса впечатлило, как быстро пилоты приходят друг другу на помощь. Дух боевого братства не мог быть заложен в них клоноделами с Камино; не могли солдаты перенять его и у джедаев. Он пришел от мандалорского охотника за головами. Конечно, Фетт, будь он жив, стал бы все отрицать, настаивая, что ему никто не нужен и он сам по себе. Но мандалорцы — члены воинского братства, к которому он принадлежал, — в корне не согласились бы с ним, и их черты передались по наследству пилотам-клонам. Ценность каждой жизни чрезмерно преувеличивалась, как будто клоны были лишь «слегка видоизмененными» людьми.

Неужели в Республике такой недостаток людских ресурсов, что она не может позволить себе нести потери?

Это надо учесть. При случае знание может пригодиться.

Не отводя глаз от картины боя за иллюминатором, Гривус скомандовал:

— Прикончить их. — Затем, повернувшись к дроидам на посту связи, добавил: — Проследите, чтобы неймодианцев проводили прямо в зал совещаний. Сообщите остальным, что я уже иду.

Нут Ганрей, все еще находившийся под впечатлением от сурового испытания, в которое превратился перелет с корабля-базы на «Незримую длань», сидел в каюте, куда их с Хаако проводили сразу же после высадки, и нервничал. Он догадывался, что несколько республиканских истребителей могут броситься в погоню за кораблем-базой, летящим от Кейто-Неймодии, — как, собственно, и за любым другим кораблем Торговой Федерации, рванувшим в направлении одной из далеких систем Внешнего Кольца. И он надеялся создать у всех впечатление, будто его преследуют прямо от неймодианского доходного мира. Но все перевернулось с ног на голову. Легкий и безопасный перелет превратился в настоящую борьбу за жизнь, челнок получил серьезные повреждения, а по меньшей мере эскадрилья «стервятников» погибла под огнем лазерных пушек.

Этому не было практически никакого объяснения, пока пилот челнока не подтвердил, что большинство «стервятников» распылило огнем турболазерных батарей крейсера.

Гривус!

Наказывает его за опоздание.

Больше всего на свете Ганрею хотелось сообщить Дуку о действиях генерала, но он боялся, что ситх встанет на сторону Гривуса.

Трясущийся всем телом Рун Хаако сидел подле Ганрея за сверкающим столом. Остальные члены Совета сепаратистов тоже заняли свои места: тощий плосколицый муун Сэн Хилл, председатель Межгалактического банковского клана; глава Техносоюза скакоанин Уот Тамбор, заключенный в громоздкий костюм высокого давления, который снабжал его метаном; Поггль-младший, джеонозианец с рудиментарными крылышками, эрцгерцог улья Сталгазин; тонкошеяя Шу Май из расы госсамов, президент Гильдии коммерции; глава Корпоративного союза Пассел Ардженте, увенчанный черепным рогом; и бывшие республиканские сенаторы: аквалиш По Нудо и куаррен Тиккес.

Тут и там велись приглушенные разговоры, но они в секунду стихли, когда из длинного коридора, ведущего к залу совещаний, раздалось лязганье шагов. Через мгновение в дверном проеме возник генерал Гривус: округлый затылок его устрашающей маски задевал верхний косяк; ошейник из керамического армопласта подпирал голову; костистые верхние конечности, заключенные в металлическую оболочку, больше подходящую для космического истребителя, были широко разведены; похожие на клешни дюраниевые ладони слегка касались дверной рамы. Ступни, тоже походившие на клешни, были способны приподнять его на несколько сантиметров, а ноги — кости из блестящего сплава — внушали подозрение, что за один прыжок Гривус способен прорвать верхние слои атмосферы и выйти на орбиту. Военный плащ с разрезом на боку — от левого плеча до пола — был откинут назад, открывая двойной нагрудник из армированных пластин и острые ребра, начинавшиеся от бедра и тянувшиеся к защищенной доспехами грудине. Под всем этим, упакованные в зеленый с желтым отливом мешочек, наполненный питательной жидкостью, находились органы, которые и составляли живую часть кибернетического организма Гривуса.

Желтоватые рептильи глаза, одновременно зловещие и угрюмые, буравили Ганрея сквозь отверстия в шлеме. Низким синтезированным голосом он проскрипел:

— Добро пожаловать на борт, наместник. Мы боялись, что вы не прилетите вовсе.

Ганрей почувствовал на себе пристальные взгляды соратников по Конфедерации. Ни для кого не было секретом, что он не доверял киборгам, а Гривус отвечал ему взаимностью.

— Смею предположить, вы были в особенности взволнованы перспективой потерять меня, генерал.

— Уверен, вам хорошо известно, сколь много вы значите для Конфедерации.

— Мне это известно, генерал. Должен признать, что я сомневаюсь, известно ли это вам.

— Я ваш хранитель, наместник. Ваш защитник.

Он прошагал внутрь каюты, обогнул стол и остановился прямо за спиной Ганрея, возвышаясь над ним, как башня. Краем глаза Ганрей увидел, что Хаако еще сильнее сжался в кресле и нервным жестом сцепил руки, опасаясь встречаться взглядом как с Гривусом, так и с самим Ганреем.

— У меня нет любимчиков, — в конце концов промолвил генерал. — Я защищаю вас всех. Для этого я и собрал вас — убедиться, что вы все находитесь в безопасности и под моей защитой.

Никто не проронил ни слова.

— Республиканские дураки верят, что заставили вас бежать, но на самом деле бегство спланировано владыкой Сидиусом и Дартом Тиранусом, и причины его вскоре станут для вас очевидны. Все идет согласно плану. Несмотря на то что ваши родные миры пали, а ваши колонии по всей Галактике находятся под угрозой, в обозримом будущем вам приказано держаться вместе. Мне даны указания отыскать для вас надежное убежище здесь, во Внешнем Кольце.

— Какой же мир теперь примет нас? — несчастным голосом сказал длиннолицый Сэн Хилл.

— Если предложений нет, председатель, я выберу сам. — Скребя когтями по палубе, Гривус зашагал к входному люку. — А сейчас возвращайтесь на свои корабли. Когда планета будет избрана, я свяжусь с вами по обычным каналам и передам координаты места встречи.

Стараясь не выдать внезапно возникшеего чувства тревоги, Ганрей украдкой переглянулся с Хаако. «Обычные каналы» означали связь через механическое кресло, нечаянно оставленное на Кейто-Неймодии.

16

Чаррос-4, мешанина тускло-красного и бледно-коричневого, заполнял собой передние иллюминаторы республиканского барка. Этот двухпилотный кораблик уже двадцать лет назад считался древностью, но его гипер- и досветовой двигатели были надежны, а поскольку бо́льшую часть кораблей забирал себе фронт, Оби-Вану и Энакину не приходилось быть разборчивыми. Изначальный символический темно-красный цвет барка был скрыт под свежим слоем белой краски, а, исходя из нужд военного времени, на корме, под крыльями радиаторных панелей, и впереди, под пилотской кабиной, на месте бывшего пассажирского салона, были аккуратно вмонтированы лазерные пушки.

Оби-Ван рассчитал серию из трех прыжков, необходимых для перелета из Внутреннего Кольца к планете кси-чаров, но Энакин настоял на том, чтобы всю дорогу самому вести корабль.