Джеймс Лавгроув – Машина иллюзий (страница 27)
– А с ним что? – Зои указала на плакат, на котором был изображен лишь силуэт без какой-либо дополнительной информации.
– Мясник из Бейликса?
– Ага. Свежая инфа не поступала?
– Нет. Похоже, он был не только самым жутким следователем во всем Альянсе, но еще и призраком. Никаких фотографий, никаких следов в базах данных Альянса и в «Кортексе». Его настоящее имя никто не знает. Если бы не истории о нем, которые появились во время войны, можно было бы подумать, что он вообще не существовал.
– Да, – сказала Зои. – Большинство «бурых», с которыми я служила, считали его каким-то мифическим монстром, существом из кошмаров – или, может, плодом воображения пропагандистов Альянса. По-моему, то, что он творил с людьми, и пытки, которые он изобрел, – такое придумать невозможно. Все это наверняка произошло в реальности.
– Если честно, то я даже не знаю, почему мы вообще повесили его плакат на стену, – сказала Сяо. – Думаю, есть шанс, что однажды он проколется. Возможно, на него донесет кто-то из его знакомых, или же одному из вас, охотников за головами, невероятно повезет. Но и в этом случае нам будет нелегко доказать, что это действительно Мясник из Бейликса. Все что у нас есть, – это заляпанный кровью камуфляжный костюм, который он якобы носил.
– Какие шансы на то, что это не его кровь?
– Весьма вероятно, что она принадлежит одной или нескольким его жертвам. Но главное, на ткани будет полно его ДНК. Если при анализе получим совпадение и сможем доказать, что это его камуфляж, значит, он у нас в руках. – Сяо небрежно махнула рукой. – Зои, если хочешь его выследить, ради бога. Просто он может быть в любой точке галактики. Вот почему за него дают такие огромные деньги. Ты можешь всю жизнь потратить на поиски и так его и не найти. На твоем месте я бы ограничилась теми, у кого есть имена и лица. Не трогай призраков.
Когда Сяо подтвердила заявление Зои о поимке полковника Трегарвона и одобрила перевод средств, Зои направилась в ближайший бар и напилась в хлам.
Где-то ближе к ночи там появился Мэл Рейнольдс. Зои купила ему выпивку, и они посидели вместе, по-дружески болтая обо всем, кроме войны.
Мирная жизнь у Рейнольдса не задалась. Они с Зои уже неоднократно пересекались после перемирия, и каждый раз он выглядел все менее ухоженным и уверенным в себе. Теперь, после победы сторонников независимости, он словно не знал, что ему делать. Планеты Периферии наконец-то освободились от авторитарного влияния Альянса, а политическая система на планетах Ядра доживала свои последние дни: ее собирались заменить на другую, более демократическую и, как все надеялись, более справедливую. Однако пока что эта система была не идеальной. Внутри временного правительства независимых – известного как «Правительство согласия» – шла ожесточенная фракционная борьба, и поэтому оно часто оказывалось парализованным. Правительство согласия представляло собой коалицию бывших генералов «бурых» из разных уголков галактики: еще совсем недавно эти люди весьма успешно боролись с тиранией, но, столкнувшись с необходимостью управлять сотнями планет, они стали действовать гораздо менее эффективно. Мэл Рейнольдс казался Зои живым воплощением проблем Правительства согласия. Он достиг своей цели и теперь сбился с пути.
– Я пытался заниматься грузовыми перевозками, – сказал он ей, имея в виду свою очередную попытку зарабатывать на жизнь в качестве гражданского лица.
– И как?
– Да не очень. Купил себе «Светлячок», который, наверное, сменил уже десяток хозяев, но оказалось, что эта чертова машина – настоящая черная дыра, чемпион по высасыванию денег из моего кармана. Будь у меня нормальный механик, я бы, возможно, смог на ней летать, но вместо него у меня никчемный
– Вам стоило сначала проверить его рекомендации, а уж потом нанимать.
– Да, теперь я это тоже понимаю. В общем, это ржавое ведро теперь стоит в доках Ивздауна, на тамошней свалке, и ждет, когда его разберут на части. А у меня столько долгов, что и думать страшно. Ну а так я в полном шоколаде. А ты? Как карьера охотника за головами? Продвигается?
– Она меня кормит, – пожала плечами Зои. – Дает мне возможность применить мои навыки.
– По слухам, ты доставила сюда полковника Трегарвона.
– Лишь несколько кусочков. В основном он остался на Хейвене.
– Жаль. Славный был малый.
Когда он произнес эти слова, Зои на мгновение показалось, что перед ней снова прежний сержант Рейнольдс. Мысли о Трегарвоне и других гадах из Альянса вызывали у него приятные воспоминания о тех временах, когда он знал, что к чему и кто есть кто. Возможно, для него было бы лучше, если бы сторонники независимости проиграли войну, подумала Зои. Возможно, Мэлу Рейнольдсу нужны враги, с которыми он должен сражаться. Он определяет себя через то, чему он сопротивляется, а если противостоять было некому, он превращается в ничто.
– Можете присоединиться ко мне, – сказала она. – Поимка преступников – дело денежное, и, думаю, из вас бы вышел отменный охотник за головами. Мы могли бы действовать заодно.
К тому моменту она уже напилась, но говорила вполне искренне. Она думала, что ей будет очень приятно снова работать вместе с Рейнольдсом.
– Не знаю, – ответил Мэл. – Для меня ли эта работа?
– Подумайте об этом. На свободе десятки, а может, и сотни военных преступников. Они засели где-то в глуши и молятся о том, чтобы правосудие их не настигло. Кто-то из них, возможно, даже считает себя в безопасности, думает, что расплачиваться по счетам не придется. Разве вы не хотите, чтобы они оказались в тюрьме?
– Будь у меня выбор, они бы оказались в могиле.
– Это тоже вариант, ведь если разыскиваемый не подчиняется, охотник за головами имеет право применить оружие. Лично я предпочитаю другие методы, но в некоторых случаях – в частности, с Трегарвоном – не очень жалею о содеянном.
– Ну ладно. Может быть, – сказал Рейнольдс и, чуть помедлив, указал на их пустые стаканы. – Слушай, ты…
– Вы платите?
Рейнольдс сокрушенно покачал головой:
– Я надеялся, что эту честь ты возьмешь на себя.
Зои была не против заплатить за выпивку еще раз, а потом еще раз. Во время войны Рейнольдс неоднократно спасал ее шкуру, и уж за это она могла бы поставить ему стаканчик-другой – особенно если у него в жизни черная полоса и ему отчаянно нужно напиться.
Когда время подошло к закрытию, Зои, Рейнольдс и несколько еще оставшихся посетителей, пошатываясь, вышли из бара.
– Я знаю одно местечко, – сказал Рейнольдс. – Оно недалеко.
– Да? И чем там занимаются?
– Наливают алкоголь допоздна. Еще там женщины в одних трусиках. Но главное – там алкоголь. Интересует?
– Женщины в одних трусиках – нет, – ответила Зои. – А вот алкоголь… Ладно, почему бы и нет? Показывайте дорогу.
Рейнольдс пошел вперед, Зои, спотыкаясь, следовала за ним. В прошлом ей случалось напиваться и сильнее, чем сейчас, но обычно она была значительно более трезвой. Сейчас она, можно сказать, выпила достаточно. С ней ее верный товарищ Рейнольдс, и он ведет ее в какое-то сомнительное заведение, где они, вероятно, с кем-нибудь подерутся.
Ах, вот это жизнь.
Даже когда они зашли в плохо освещенный район города, где здания жались друг к другу, а переулки становились все более узкими и извилистыми, Зои совсем не волновалась. Она прекрасно понимала, какой силой обладают они с Мэлом. Если возникнет опасная ситуация, они с ней справятся.
И все же, когда неприятности начались, все произошло быстро – почти слишком быстро для нее.
Она почувствовала знакомое покалывание. Можете называть это «шестым чувством». Можете называть это «ситуационной осведомленностью», которую в Зои вдолбили в учебном лагере «бурых» и которую она отточила в бою. У нее за спиной послышался шорох шагов. Кроме того, кто-то осторожно подкрадывался к ней спереди.
– Мэл… – прошептала она.
Они напали со всех сторон одновременно. Двое выскочили из дверных проемов. Третий побежал на них сзади. Четвертый и пятый спрыгнули с пожарной лестницы. Шестой вышел из соседнего переулка.
Может, Зои и напилась, но на ее рефлексы это почти не повлияло. Резко присев, она сделала подсечку ближайшему из нападавших. Когда он упал, Зои бросилась на него и поставила колено ему на горло. Мужчина беспомощно захрипел.
Зои развернулась и увидела, что на нее бежит еще один человек с чем-то вроде дубинки в правой руке. Нет, это не дубинка, а ломик. Зои, все еще пригибаясь, ушла от удара вправо и провела апперкот точно в солнечное сплетение. У противника перехватило дух, и он упал на колени. Зои схватила его за правую руку и так резко выкрутила запястье, что в нем порвалась связка. Человек взвизгнул; Зои нанесла ему несколько ударов отнятым у него ломиком, и тот потерял сознание.
Зои выпрямилась и посмотрела по сторонам, ища Рейнольдса, но увидела только четырех оставшихся бандитов, которые образовали полукруг перед ней. Все они были вооружены тупым оружием – от дубинки до монтировки.
– Если это ограбление, – сказала Зои, взвешивая в руке ломик, – то я вам одно скажу: не на тех вы напали, жалкие твари.
– К сожалению, на тех, – отозвался Рейнольдс где-то у нее за спиной.