Джеймс Дашнер – Три ипостаси Божества (страница 47)
– Да, вам повезло. Джеки – счастливица.
Но Айзек совсем не чувствовал себя счастливчиком. Ощущение было такое, что он попал в настоящий капкан.
– Вы явились вовремя. Еще несколько часов, и она бы умерла.
Айзек похолодел, после чего на него хлынула волна жара. Ему во что бы то ни стало было нужно увидеть Джеки.
– Отведите нас к ней! – почти крикнул он, упираясь ладонями в стекло. – И к миз Коуэн!
Но Морган, ни слова ни говоря, смотрела на него. Айзек принялся колотить по стеклу ладонями.
Что-то тут было не так.
– С Коуэн все по-другому, – сказала наконец профессор, медленно открывая стеклянную дверь.
Айзек почувствовал облегчение.
– Мы переведем вас на нижний этаж, – продолжала Морган, – и вы увидитесь с ними, когда их состояние стабилизируется.
Айзек хотел как можно быстрее выбраться из этого чертова стеклянного ящика, но профессор остановила его.
– Но сначала, – сказала она, загородив выход из бокса, – вы должны рассказать мне все, что вы знаете о Клеттер, и сказать, где она сейчас.
Морган приподняла брови и сложила руки на груди, дав понять, что
Фрайпан вышел вперед.
– Что вы имели в виду, когда сказали, что с Коуэн все по-другому?
Профессор могла стоять со сложенными на груди руками столько, сколько хочет, но не ответить на вопрос старого глэйдера, ставшего легендой, она не могла.
– У нее что-то, что связано с Эволюцией природы?
Морган покачала головой.
– Дело не в природе, – ответила она, опустив руки. – То, что происходит с Коуэн, мы видели один лишь раз.
Она вновь посмотрела через плечо и кивком предложила Айзеку и Фрайпану покинуть бокс. Айзек незамедлительно воспользовался приглашением, Фрайпан же выходил, не торопясь и не спуская глаз с задрапированного занавесками отсека, откуда накануне сверкнул холодным светом металл.
– И что, тот, другой человек поправился? – спросил Айзек с надеждой в голосе. Если Джеки идет на поправку, пойдет на поправку и миз Коуэн. Айзек страстно желал этого – конечно, ради Садины.
Морган нахмурилась.
– Тот раз я видела это не в человеке, – сказала она, после чего вновь взглянула через плечо и показала рукой:
– Это было вон на той полке.
Айзек проследил за движением ее руки. Обычная полка, заставленная лабораторным стеклом и заваленная хирургическими инструментами.
Ничего себе!
Так что же это за инфекция такая у миз Коуэн?
Минхо
Военная тактика.
Направить врага в нужное тебе русло.
Именно это понял Минхо, ведя корабль мимо торчащих из моря островов, которые высились вокруг, словно плечи великанов. Эти острова оставляли очень незначительное место для его инициативы. Складывалось ощущение, что их корабль управляется всесильным врагом. Мощный ветер гнал волну, отчего управлять кораблем становилось все труднее.
– Похоже, мы сейчас застрянем, – сказал он Оранж, но, по правде говоря, это уже случилось. Если бы он смог развернуть судно на сто восемьдесят градусов и пойти назад, на запад, он бы выбрался.
– Слишком мелко.
Днище корабля потрескивало.
– Это не от давления воды, – произнес он. – Это камни.
Минхо снизил скорость до пяти узлов. Ветер выл в иллюминаторах.
Через стекла бинокля Оранж всматривалась в лабиринт островов, встающий перед носом корабля.
– Не понимаю, что тут случилось, – сказала она. – Два маленьких островка превратились в двадцать больших.
Остальные члены команды высыпали на верхнюю палубу, подышать порывами ветра и поглазеть на красоту восставших из голубой воды островов, заросших зелеными деревьями – все здесь напоминало Землю в те времена, когда Солнце еще не опалило ее своей Вспышкой и не наслало на нее страшные болезни. От красоты захватывало дух, но у них еще будет время вдоволь полюбоваться красотами северной природы, когда они сойдут на берег.
– Впереди корабль! – показала рукой Оранж.
Нет, то был не корабль, а лишь остов корабля, жертва давнего кораблекрушения. Ему уж лет сто, если не больше.
Минхо быстро направил корабль вправо, уходя в сторону от скрытых скал, способных пропороть днище, но Оранж была тут как тут, готовая поправить Минхо.
– Там еще один! Так что держись по центру.
Руки Минхо дрожали от напряжения, пока он выводил судно на фарватер посередине между громоздящимися по бокам каменными громадами. Дюжины островов, сотни возможных маршрутов. Ветер бросал корабль то влево, то вправо, и, конечно, он был куда мощнее обычного ночного прилива, доказывая команде корабля с каждым своим ударом, какими тщедушными пигмеями они были перед его неумолимой мощью. Минхо был готов к встрече с шизами, к войне, но он не был готов к буйству природы.
– Всем спуститься вниз! – прокричал он. Меньше всего ему хотелось, чтобы кто-то упал за борт. Оранж бросилась к Рокси и островитянам, чтобы столкнуть в трюм. Но, несмотря на неимоверные усилия, Минхо так и не удалось удержать корабль в центре пролива. Раздался удар и зловеще-хриплый скрежет металла.
Минхо отчаянно посмотрел на Оранж, и та, кивнув, бросилась в трюм. Через тридцать секунд ее рыжая голова показалась в люке.
– Да! – крикнула она. – Пошла вода.
Рядом с ней появилась голова Доминика.
– Что будем делать? – спросил он.
Минхо резко перевел ручку управления двигателем в крайнее положение. Черт с ними, с камнями! Главное теперь – скорость.
– Собирайте шмотки! – крикнул ему Минхо. – Высаживаемся южнее, чем планировали.
Айзек
– Моя помощница проводит вас на нижний уровень, – сказала Морган. Старина Фрайпан все еще был не в состоянии отвести глаз от закрытого черными занавесками отсека. Айзека же больше заботило выражение лица появившейся рядом с ними юной помощницы профессора – глаза ее метали молнии, как это было и вчера.
– Миз Коуэн тоже находится там? – спросил у нее Айзек, а она только посмотрела на него, причем с такой злобой, словно он только что прибил ее любимую собаку. Посмотрела и пошла прочь.
Морган жестом велела Айзеку следовать за ней.
– Коуэн в отдельном боксе, – сказала она. – Вы сможете поговорить с ней через стекло.
Фрайпан по-прежнему, словно в трансе, стоял, глядя в угол. Айзек потянул его за рукав, и тот, оторвав взгляд от занавесок, укрывавших нечто в находившемся там стеклянном отсеке, пошел вместе с Айзеком за помощницей профессора. Айзек понимал: эти стеклянные кубы, эти боксы нужны совсем не для обеспечения безопасности тех, кто там сидит. Это просто тюремные камеры. У них с Фрайпаном не было иных планов, кроме как рассказать миз Коуэн о том, что они выведали о ее болезни, да о гривере, которого видели за занавесками (а может, и не видели?)…
– После обеда увидимся! – крикнула им вслед профессор Морган. – На процедуре…
– Процедуре? – попытался спросить Айзек у помощницы профессора. – Какой процедуре? Что это такое?
Но та не ответила. Даже не повернулась. Она шла так быстро, что они с Фрайпаном едва поспевали. Айзеку на мгновение показалось, что он видит торчащий из заднего кармана ее брюк, куда был заткнут нож, знакомый браслет из сухой травы, но потом понял, что такого не может быть по определению. Он потер запястье. Да уж, показалось…
Помощница провела их по длинному коридору к лестнице, по которой они спустились на нижний этаж, где наконец добрались до большого зала с такими же стеклянными кубами, как тот, в котором они сидели наверху. Айзек и Фрайпан обменялись взглядами. В зале находилось с дюжину боксов. Все они пустовали, за исключением одного, в котором находилась миз Коуэн. Она выглядела даже хуже, чем тогда, когда они расстались – бледная и истощенная. Обстановка на этом этаже была полностью идентичной тому, что Айзек видел наверху, и он поискал глазами – нет ли на каком-нибудь кубе в углу черных занавесок, скрывающих очередного гривера. Нужно сказать об этом миз Коуэн.
– Какого черта нас потащили в подвал? – ворчал Фрайпан, осматривая стеклянные ящики. – Под землей ничего хорошего быть не может.
Помощница профессора вошла в один из кубов и принялась устраивать новым гостям постели.
– Айзек! Фрайпан! – крикнула из-за стекла миз Коуэн, как только их увидела. – Где Джеки?
То ли здесь освещение было такое, а может быть, то было результатом стресса и болезни, но кожа вокруг глаз у миз Коуэн была почти пурпурного цвета.