Джеймс Дашнер – Дневник загадочных писем (страница 44)

— А можно посмотреть? — спросила София, выгибая руки, чтобы дотянуться до Палочки.

— Конечно. Подходите сюда все.

Тик вскочил со стула, морщась от холода своих до сих пор влажных штанин, и первым добрался до Мастера Джорджа. Подобравшись достаточно близко, чтобы разобрать надписи на наклейках, он громко расхохотался:

— Я думал, вы пошутили.

— Насчет чего? — спросил Мастер Джордж.

— Чтобы у самого важного научного открытия за всю историю человечества первая кнопка называлась ерундовиной? — Тик показал на четко отпечатанную наклейку на Палочке.

София хихикнула, указав на крошечный переключатель:

— А вот и магическая штуковина.

— На это есть веская причина, спасибо, что заметили, — сказал Мастер Джордж, мгновенно забирая у детей Барьерную Палочку. — Зато никакие шпионы не поймут, как это работает. Мы специально их так назвали.

— Остроумно, — хихикнул Пол.

Тик посмотрел на Сато, который все так же сидел на диване со сложенными на груди руками:

— А ты разве не хочешь на него посмотреть?

Сато глядел в пол:

— Оставьте меня в покое.

Тик развел руками и, к собственному удивлению, широко зевнул. Он посмотрел на часы и с удивлением увидел, что уже почти три часа утра.

Мастер Джордж, похоже, прочел его мысли:

— Уже действительно очень поздно, коллеги. Здесь уже почти утро. Мне кажется, нам следует отойти ко сну. Закончим наше обсуждение завтра. Вам еще много надо узнать и ко многому подготовиться.

— Погодите… — начал Пол.

— Нет, нет, нет. — Мастер Джордж замахал Палочкой, как великий маг. — Вам понадобятся свежие мозги. По кроватям, и никаких разговоров. И не волнуйтесь насчет грязной посуды, я буду счастлив все убрать.

На плечо Тика опустилась рука. Он обернулся и увидел Нафталин:

— Пойдем. Я покажу вам ваши спальни. По-моему, нам всем бы не помешала хорошая порция сна, да. Пойдем.

Она направилась к боковой двери. Тик, София и Пол последовали за ней, ноя, как двухлетние дети, которым не хочется идти спать.

Сато не пошевелился.

— Похоже, мистер Весельчак будет спать на диване, — прошептал Пол Тику, кода они проходили в дверь.

У Сато все бурлило внутри. Он сидел один в большой комнате, рядом с трещащим и медленно прогорающим огнем. Мастер Джордж даже не удостоил его взглядом, игнорируя его недоверие и несчастье. Они все по большей части не обращали на него внимания, думая, что они самые умные и веселые. Лучше, чем Сато.

Они не знали, что он внимательно слушал каждое слово, вылетавшее изо рта старичка и записывал в свой подобный компьютеру мозг. Ему нужно было знать каждую маленькую деталь, чтобы совершить то, что он планировал сделать с того самого дня, как получил письмо от М. Д.

Ему нужно было сделать все правильно. Утолить пожиравшую его жажду мести. Отплатть за смерть своей семьи.

«Мне нужно всегда быть настороже, — подумал он. — Ни с кем не дружить. Я не должен никому доверять, хотя бы из-за того, от чего погибла моя семья».

Нет, Сато никогда не совершит той роковой ошибки, которую сделали его родители. Он больше никому не будет доверять.

Особенно Мастеру Джорджу.

Глава 43. Шум среди ночи

— Это и есть наши норки? — спросил Пол.

— Я скучаю по своему поместью, — простонала София.

Тик согласился. Их спальни выглядели не очень заманчиво. Они стояли в маленькой прямоугольной комнате, у каждой из двух длинных стен которой были три койки. На каждой из них лежали серо-белые простыни и подушки. Кроме этого в комнате был только стол и деревянный шкафчик с тремя ящиками. Пол в комнате был металлически серым.

— Вы предпочтете спать снаружи на плоте? — спросил Рутгер. — Можем организовать.

— Мастер Тик, — подтолкнула его Нафталин. — Где-то внутри этого шкафа должна найтись сухая одежда. Лучше бы ты переоделся, а то весь мокрый.

— Спасибо.

Тик подошел к шкафчику, пока все остальные расстилали постели на выбранных койках. После минуты раскопок он нашел только одну вещь, которую можно было с натяжкой назвать подходящей, — огромных размеров ночную рубашку.

— Оно выглядит, как платье, — сказал он Нафталин.

— Если ты предпочтешь всю ночь дрожать в своих мокрых трусах, я не против, — ответила она.

— Где здесь ванная?

Она кивнула в сторону маленькой металлической двери. Со вздохом, Тик отправился туда и переоделся в этот странный аналог пижамы.

Фрэйзер Ганн всю ночь слушал гул разговоров. У его мучителей явно были гости. Почти обезумев после месяцев заточения, Фрэйзер уже начал подумывать о том, чтобы прогрызть металлическую стенку и всех там убить.

«Мне понадобятся зубы покрепче», — подумал он.

Он понимал, что начинает сходить с ума, но это мало его волновало. Он свернулся на полу, как собака, и попытался снова заснуть.

Фрэйзер старался побольше расслышать сквозь холодный металл стен своего узилища. Единственное слово, которое он точно разобрал за все эти месяцы, было «Анника». Джордж произносил имя несколько раз, и оно каким-то образом проникало сквозь стены, не исказившись до неузнаваемости.

Анника. Довольно необычное имя. Фрэйзер знал только одного человека по имени Анника. Она была одной из приближенных Госпожи Джейн и одной из группы людей, в которую входил и Фрэйзер и которая постоянно боролась за расположение Джейн.

Было ли это совпадением? Или Джордж был знаком с Анникой? Уже давно ходили слухи, что в лагере Джейн есть шпионы. Нашел ли Фрэйзер золотую жилу?

Если бы только он мог сбежать и предупредить Госпожу Джейн…

— Эй, поглядите-ка! — засмеялся Пол, когда Тик появился перед ними в своей длинной ночной рубашке, которая волочилась по полу при ходьбе. — Уж не сам ли это Эбенизер Скрудж? Где твой ночной колпак, дедушка?

— Очень смешно, — сказал Тик, подошел к свободной койке и начал стелить постель.

— По-моему, тебе очень идет, да, — сказала Нафталин.

— Похоже, кто-то в кого-то втюрился, — заметил Пол.

София тяжело вздохнула, забираясь под одеяло:

— Пол, ты в жизни почти такой же надоедливый, как по переписке. Продолжай в том же духе, и кулак Пачини встретится с твоим носом.

— Ой, да ладно тебе, ты знаешь, что ты меня любишь. — Он откинулся к стене и заложил руки за голову: — Вот это жизнь! Не надо мыть посуду, никто не орет на тебя, чтобы ты чистил зубы. Мне нравится жить посреди океана.

— Ха! — отозвался Рутгер из дверного проема. — Когда тебя пошлют на вступительное испытание, ты начнешь мечтать о мытье посуды.

Тик замер на месте с подушкой в руках:

— Вступительное испытание?

Рутгер злорадно улыбнулся и кивнул:

— Вы ведь не думаете, что Мастер Джордж шутил насчет Барьерной Палочки Госпожи Джейн?

— Не хочешь же ты сказать, что мы должны это сделать, — сказала София.

— Завтра сами узнаете. А теперь — спать.

— Да уж, после таких обещаний это будет легче легкого, — пробормотал Тик, разглаживая простыню и забираясь в постель.

— Господа, — зевнул Пол, — где мы вообще находимся?