Джеймс Чейз – За последней чертой (страница 9)

— Вы в Форт-Пирс? — спросила Герда, стараясь его разглядеть. — Подвезете?

— Нет проблем, залезай. — Он распахнул дверцу.

Герда вскарабкалась на сиденье, и грузовик тронулся. Мужчина за рулем был огромного роста и в темноте напоминал большую гориллу.

— Откуда ты, крошка? — спросил он грубым, хриплым голосом, косясь на Герду из-под козырька кепки.

— Из Дайтона-Бич, — ответила Герда, растирая замерзшие руки и дрожа. — Попала в ураган, пряталась в доме, потом решила идти пешком.

— Ха! — Водитель сплюнул в окно. — Я по пути видел горящий дом. Должно быть, молния.

Герда промолчала. Она устала и хотела спать.

— Не боишься оказаться в таком месте одна? — поинтересовался водитель.

Герда напряглась.

— Меня нелегко испугать, — холодно сказала она. — Последний парень, который хотел познакомиться со мной поближе, так и не понял, что его ударило.

— Крутая, значит? — хохотнул водитель. — Что ж, я люблю крутых дамочек.

— Значит, мне повезло, — едко заметила Герда.

Водитель опять заржал.

— Прежде чем ехать дальше, я должен взять с тебя плату за проезд, — заявил он, резко затормозив. — Пойдем-ка ненадолго в кузов.

Герда покачала головой:

— Поезжай. Со мной эти штучки не пройдут. Я дам тебе пятерку, когда приедем в Форт-Пирс. Больше ты ничего не получишь.

— Да? — с угрозой переспросил водитель. — Я не привык выслушивать такие слова от бабы. Быстро полезай в кузов, пока я не рассердился. Будешь делать, что я скажу.

Герда открыла дверцу.

— Если ты так… — произнесла она, мрачно глядя на него, и соскользнула на дорогу.

Едва ее ноги коснулись мокрого асфальта, она бросилась в ближайшую цитрусовую рощу. Но не успела добежать до деревьев — сильный удар выше колен свалил ее с ног. Она лежала и несколько мгновений не могла пошевелиться. Затем почувствовала, что ее подняли, пронесли несколько шагов, потом опять бросили на землю.

— Как тебе это? — спросил водитель, опускаясь рядом с ней на колени.

Герда поняла, что лежит в кузове.

— Ну что, детка, заплатишь или я буду лупить тебя, пока не сдашься? — поинтересовался водитель.

— Ладно, верзила, дай мне встать, — прошептала Герда.

Водитель отошел от нее и загородил выход.

— Не такая уж и крутая? Я же тебе говорил, крошка, что знаю, как обращаться с женщинами.

Герда медленно поднялась. Все тело болело. Она выпрямилась и со всего размаху ударила водителя в челюсть.

Он ожидал этого удара и отвел голову в сторону. Кулак Герды задел его по уху, и водитель ответил ей коротким ударом раскрытой ладонью по лицу. Пощечина оглушила ее, и она в испуге упала на колени. Герда поняла, что этот парень слишком силен и хитер для нее.

Он присел на корточки рядом с ней и еще несколько раз ударил по лицу. От боли из глаз Герды потекли слезы, она пыталась защищаться руками, но тщетно. Водитель с силой ткнул ее кулаком в живот, отчего она инстинктивно опустила руки, и продолжил хлестать по щекам.

— Ну что, хватит? — спросил он.

Герда не могла ответить. Она тихо лежала и дрожала от страха. Руки водителя ощупали ее одежду, но у нее не было сил сопротивляться. Перед глазами плыл красный туман, а голова была будто в огне.

Внезапно Герда почувствовала, что случилось нечто ужасное. Она услышала, как водитель резко втянул воздух ртом и пробормотал:

— Боже правый!

С замиранием сердца Герда поняла, что он нашел пачку денег.

Она с трудом поднялась и попыталась вырвать банкноты у него из рук, но водитель грубо оттолкнул ее.

— Откуда это у тебя? — крикнул он.

— Отдай их мне, они мои.

— Да? Попробуй докажи.

— Я говорю тебе, они мои. — Герда готова была зарыдать от ярости. — Отдай!

Деньги исчезли в кармане у водителя.

— Ты их стащила. Может, даже из того горящего дома. У такой бродяжки, как ты, не может быть столько денег.

Герда бросилась на него, пытаясь пальцами дотянуться до глаз. Он ударил ее в лоб, швырнул на пол грузовика и спихнул на дорогу. Герда упала в грязь с глухим стоном.

Соскочив на асфальт, водитель ухмыльнулся:

— Если тебе нужны денежки, поезжай в Форт-Пирс и спроси у копов. Может, они тебе их отдадут. Хотя, по правде сказать, я в этом сомневаюсь. — С этими словами он сел за руль и уехал.

УТРЕННИЙ ВИЗИТ[3]

Лейтенант остановился и поднял руку — справа он увидел ферму, спрятавшуюся за рощей кокосовых пальм. Четыре чернокожих солдата тоже остановились, поставили ружья на землю и оперлись о них.

Солнце нещадно палило. Тучный лейтенант обильно потел и чувствовал себя неуютно в прилипшей к телу форме. Он знал, что на белой ткани расплываются отвратительные темные пятна пота, и проклинал жару, президента, а больше всего на свете — латиноамериканских бандитов.

Он с презрением оглядел четырех негров, которые стояли, уставившись пустыми глазами в землю, словно кастрированный скот.

— Вот это место. — Лейтенант кивнул круглой головой в сторону фермы. — Двое направо, двое налево. Без шума. Не стрелять, если что — пользоваться штыками.

Он выхватил саблю. На солнце сверкнула сталь. Солдаты оживились и рысцой побежали к ферме, пригнув головы, сжимая ружья в руках. Они были похожи на гончих, взявших след.

Лейтенант не спеша двинулся за ними. Он шел осторожно, будто по яичной скорлупе. Под красивой формой его жирное тело покрывалось гусиной кожей, когда он, замирая от страха, мысленно представлял себе попавшую в цель пулю. Лейтенант держался под прикрытием кокосовых пальм. Выйдя на открытое пространство, он побежал, спотыкаясь, по кочковатой земле, борясь с тугими жаркими волнами раскаленного воздуха.

Солдаты уже добрались до фермы и стояли неровным кругом, ожидая старшего. Они значительно повеселели — знали, что скоро вернутся в бараки после этого изнурительного марша под палящим солнцем.

Ферма представляла собой приземистое строение с крышей из пальмовых листьев и побеленными стенами. Лейтенант осторожно приблизился, и тут дверь отворилась — на свет вышел высокий, бедно одетый кубинец.

Солдаты вскинули ружья, угрожая ему сверкающими на солнце штыками. Кубинец стоял молча, с одеревеневшим лицом, скрестив руки на груди.

Лейтенант уточнил:

— Лопес?

Кубинец метнул взгляд на солдат, видя перед собой только стальной частокол ружей.

— Да, — ответил он сухим, шелестящим голосом.

Лейтенант наставил на него саблю.

— Ты, должно быть, слышал обо мне, — сказал он со зловещей ухмылкой. — Я Рикардо де Креспедес.

Лопес переминался с ноги на ногу на песке. Его глаза бегали, но лицо оставалось бесстрастным.

— Вы оказали мне честь, сеньор.

— Мы войдем в дом. — Лейтенант прошел мимо Лопеса, держа саблю на отлете.

Комната была очень бедной и грязной. Де Креспедес шагнул к неказистому столу в середине и уселся на край. Расстегнул кобуру и подтянул поближе револьвер. Бросил одному из солдат:

— Обыщите дом.