Джеймс Бейли – Орел или решка? (страница 22)

– Вот именно! Печально, правда? Неудивительно, что говорят, будто романтика умерла.

– Значит, ты хочешь, чтобы кто-нибудь отрезал для тебя ухо?

– Ладно, возможно, это уже слишком.

– Почему «слишком»? Я как раз собирался отрезать свое и отдать его тебе.

Что я делаю? Я шучу про отрезанное ухо?

– Извини, – смеется она и похлопывает меня по плечу, когда мы останавливаемся и снова смотрим друг другу в глаза.

– Мы уже пропустили одну картину, – говорю я, указывая на пейзаж Венеции, мимо которого мы только что прошли.

– Нам нужно перестать болтать и сосредоточиться, – шутит она.

Мы подходим ближе к картине.

– Мне очень нравится Каналетто, – говорит она, любуясь его работой.

– Мне тоже. Его детали поразительны, правда же? – я понимаю, что согласился бы с ней, даже если бы ненавидел эту картину. – Ты когда-нибудь была в Венеции?

– Вообще-то нет. Я бы с удовольствием поехала туда, но я бы хотела побывать абсолютно везде, в этом-то и проблема.

Я мысленно планирую наше первое свидание, представляю наш первый поцелуй и то, как мы впервые скажем друг другу: «Я люблю тебя». Представляю наши романтические поездки во Францию, Италию или Испанию, где мы будем проводить блаженные вечера, гуляя рука об руку и заходя в небольшие книжные магазины. Сочиняю свою свадебную речь. Выбираю имена нашим детям.

– Так, одну картину мы нашли. Что у нас дальше? – спрашиваю я.

– Ищем Ренуара и Дега.

– Думаю, они здесь, – указываю я и веду ее в соседний зал. – Ты так говоришь об искусстве, будто очень хорошо в нем разбираешься.

– Нет, я на самом деле мало что знаю. Я больше люблю книги, но мне нравятся и такие картины, – она смотрит на работы импрессионистов, мимо которых мы проходим, и останавливается возле некоторых картин. – Вчера я ходила в «Тейт Модерн» и поняла, что в современном искусстве вообще ничего не понимаю.

– Ты имеешь в виду холсты, на которых изображено пятнышко краски?

– Да, или одинокий кусок веревки.

– Ты слышала историю, как кто-то оставил пару обуви в углу Музея современного искусства в Нью-Йорке, и все решили, что это инсталляция?

Когда она смеется, ее темные глаза щурятся.

– Я всегда хотела узнать, искренне ли художник верит в то, что его работа хороша, или он просто смеется над всеми, – она улыбается.

– Понимаю тебя. Так забавно читать некоторые описания к работам. Они такие претенциозные.

Мы смеемся и ловим взгляды друг друга, забывая, что нас окружают сотни людей. На секунду мы остаемся только вдвоем.

И тут я вспоминаю, зачем приехал в Лондон, и быстро достаю телефон.

– О, тебе пора пойти посмотреть на Джесси? – спрашивает она, а я проверяю приложение, надеясь, что Джесси замедлила ход и я смогу побыть здесь еще немного.

– Да, похоже, она почти на месте. Очень жаль, но мне пора.

– Не извиняйся. Я бы не простила себе, если бы помешала тебе увидеть такой важный для твоей подруги момент.

– Но мы еще не видели «Подсолнухи», – говорю я.

Мы смотрим друг на друга в поисках решения.

– А хочешь, я пойду с тобой?.. Не знаю, что ты планируешь делать потом, но можем вернуться и посмотреть «Подсолнухи». Хотя ты, наверное, хочешь провести вечер со своими друзьями… Ничего, все в порядке… – смущенно бормочет она.

– Нет, отличная идея! С удовольствием! Может, это будет… как свидание? – выдыхаю я.

– Да, «как свидание» звучит идеально, – она улыбается.

Направляясь к выходу, мы проходим мимо самых выдающихся портретов в истории. Даже среди этих картин, изображающих прекрасных женщин, я понимаю, что она, безусловно, самая красивая в галерее.

Глава 13

В конце концов я нашел их обоих в толпе за финишной чертой.

– Видели женщину, одетую как Мона Лиза? Это было очень здорово! А мистера Картофельная Голова? – восклицает Джейк. Он восхищается медалью, висящей на шее Джесси. – Тебе следовало пригласить их на свою следующую костюмированную вечеринку.

– Да, они выложились по полной, – говорит Джесси. – Вообще-то, мистер Картофельная Голова меня раздражал. Какое-то время он бежал рядом со мной, но зрители приветствовали его, а не меня. Я все пыталась от него оторваться.

– Удивительно, сколько людей пришло посмотреть марафон! – Джейк случайно наступает на пустую бутылочку из-под энергетика (их здесь сотни), поднимает глаза и видит меня.

– Почему ты бежал? – спрашивает меня Джесси, оборачиваясь. Она завернута в одеяло из фольги, в руках у нее сумка с подарками. Лично я не стал бы пробегать 26,2 мили ради бесплатного брелока, но она кажется довольно счастливой.

– Похоже, это ты только что пробежал марафон, а не Джесси, – шутит Джейк, а я стою рядом с ними потный и запыхавшийся.

– Знаю-знаю, но у меня важные новости. Грандиозные. И мне нужна ваша помощь.

– Тогда давай выкладывай.

– Это может показаться глупым, но, по-моему, я только что ее нашел. Ту, которую искал. Девушку моей мечты, – сбивчиво говорю я, все еще задыхаясь. Только что я пробежал через Сент-Джеймс-парк. Со стороны, наверное, выглядел как марафонец, который заблудился и побежал не в ту сторону.

– Ух ты! Поздравляю, Джош! Где она? – Джесси бросает связку ключей обратно в сумку и поднимает глаза.

– В этом-то и проблема. Вот почему мне нужна ваша помощь.

– Зачем тебе наша помощь? Просто позвони ей и скажи, чтобы пришла сюда. Посидим где-нибудь вместе, выпьем…

– Я не могу ей позвонить.

– Я тебя не очень сейчас понимаю, Джош, – Джесси отпивает большой глоток воды.

– Ну, пока я ждал тебя, зашел в Национальную галерею и заговорил с девушкой, которая стояла передо мной в очереди. Потом мы вместе бродили по галерее, но, когда вышли, чтобы посмотреть на тебя, мы разделились в толпе, и последние двадцать минут я там бегал в поисках нее.

Я жду, когда Джесси поймет, что я пропустил ее пробег.

– Как ее зовут? Сейчас найдем ее профиль. Я могу кого хочешь отследить в соцсетях! – хвастается Джейк, как будто это ценный навык в резюме.

– В том-то и дело, что я даже имени ее не знаю…

– Джош, что ты говоришь? Она вообще настоящая?

– Конечно настоящая! – огрызаюсь я.

– Итак, давай пройдемся по этому вопросу еще раз. Ты что, не сказал: «Привет, меня зовут Джош, а тебя как зовут?» Тебе не пришло в голову это сделать?

– Нет, мы просто поговорили, я планировал узнать все подробности позже, но не успел опомниться, как потерял ее в толпе.

– Ты уверен, что это не она тебя потеряла при первой же возможности? – шутит Джейк.

– Прекрати, – ругает Джейка Джесси.

– Нет, определенно нет. Это была ее идея – вместе пойти и подбодрить Джесси. Она заговорила со мной сама… а может, и я с ней, не помню. Но нет, определенно нет. Это действительно было взаимно. Она бы не сбежала.

А может, сбежала бы?

Я начинаю сомневаться.

– Ты говорил ей что-нибудь до этого, что могло бы ее оттолкнуть? Ты не упомянул, например, о монете, о том, что сделал предложение своей бывшей?..

– Нет, я не сказал ничего такого. Мы действительно хорошо провели время. Я ей тоже определенно понравился.

Так ли это?