Джейми Макгвайр – Мое прекрасное забвение (страница 46)

– Он стал увиваться за тобой.

Я снова покачала головой. Ти Джей опустил взгляд.

– Ничего себе, – изумленно усмехнулся он. – Трентон влюбился. – Ти Джей посмотрел на меня. – В тебя.

– Кажется, ты удивлен. Ты тоже был в меня влюблен.

– Как и сейчас.

Я крепко зажмурилась.

– Как? Как ты можешь так говорить после того, что я тебе рассказала?

– Камилла, – тихим голосом заговорил он, – знаю, сейчас я не слишком подходящий для тебя вариант. Я не могу быть с тобой рядом, как тебе того нужно, и возможно, еще долгое время не смогу. Трудно винить тебя в чем-то, учитывая, что наши отношения строятся на спонтанных телефонных звонках и эсэмэсках.

– Но ты говорил мне об этом, когда мы познакомились. Сказал, что все будет именно так, и я согласилась. Пообещала, что все получится.

– Вот в чем дело? Ты стараешься сдержать слово?

Ти Джей поймал мой взгляд и вздохнул. Затем допил красное вино и поставил пустой бокал рядом с тарелкой.

– Ты его любишь?

Я на мгновение застыла, будто загнанный в угол зверь. С того момента, как официантка принесла наш заказ, Ти Джей устроил мне допрос с пристрастием, и я уже эмоционально вымоталась. Увидеться с ним впервые за столь долгое время, а потом остаться на весь день наедине со своими мыслями… этого оказалось чересчур. Хотелось сбежать, но было некуда. Мой самолет отправлялся лишь утром. Наконец я закрыла лицо ладонями. Как только я зажмурилась, по щекам заструились слезы.

– Полагаю, это значит «да».

– Как узнать, что ты кого-то любишь? Это чувство, которое не исчезает. Я по-прежнему испытываю то же самое к тебе.

– Я тоже. Но я всегда знал, что отношения на расстоянии окажутся для тебя слишком тяжелыми.

– Многие так живут.

– Да, но они общаются больше восьми-девяти раз в месяц.

– Так ты знал, что все кончено? Зачем тогда звал меня сюда? Сказать, что нет ничего страшного в том, что я не смогла сохранить наши отношения?

– Я подумал, если ты приедешь, мы вместе сможем разобраться, что с тобой происходит – трудно ли тебе потому, что мы долго не виделись, или у тебя действительно есть чувства к Трентону.

Я разрыдалась, уткнувшись в салфетку. Наверняка на меня пялились люди, но я не могла осмелиться поднять взгляд.

– Это так унизительно, – сказала я, пытаясь не всхлипнуть.

– Милая, все хорошо. Здесь только мы.

Я слегка опустила ладони, чтобы осмотреться. Он был прав. Во всем ресторане остались лишь мы. Я так увлеклась своими мыслями, что даже не обратила на это внимания.

– Вам что-нибудь еще принести, сэр? – спросила официантка.

Не надо было видеть ее лица, чтобы понять, как ей любопытно, что происходит за нашим столиком.

– Принесите бутылочку, – сказал Ти Джей.

– Красного?

– Красного, – уверенным, ровным голосом проговорил Ти Джей.

– К-конечно, сэр, – сказала девушка.

Я услышала цоканье каблуков, и официантка удалилась.

– Разве они скоро не закрываются?

– Еще есть двадцать минут. Мы сможем прикончить бутылку вина, так?

– Без проблем, – с притворной радостью ответила я. В этот момент я испытывала лишь грусть, стыд и чувство вины.

Легкая улыбка Ти Джея померкла.

– Завтра ты уезжаешь. Нам необязательно сегодня принимать какие-либо решения. Или же завтра. Давай насладимся этим временем.

Он дотянулся до моей ладони и переплел наши пальцы.

После секундной паузы я убрала руку.

– Думаю, мы оба понимаем, что сейчас произошло.

С грустью в глазах Ти Джей кивнул.

Я открыла глаза, когда самолет коснулся земли. Огляделась и увидела, как пассажиры достают мобильные телефоны и отправляют эсэмэски друзьям, родным или коллегам, сообщая, что прилетели. Я же даже не стала включать телефон. Рейган должна быть у родителей, а моя семья и вовсе не знала, что я улетала.

Прошлым вечером мы легли спать, как только вернулись в таунхаус, с мыслью, что обоим придется вставать до рассвета, ведь Ти Джей собирался отвезти меня в аэропорт. Всю ночь он держал меня в объятиях, будто не хотел отпускать, но наутро, в аэропорту, обнял и поцеловал так, словно навсегда прощался со мной. Он был холоден, печален и напряжен.

Я припарковала «смурфика» и ступила на асфальтовую дорожку. Отчасти мне хотелось, чтобы Трентон ждал меня, сидя возле моей двери, но этого не произошло.

В Сан-Диего стояла теплая погода, здесь же от моего дыхания в воздухе появлялись облачка пара. Из-за холода даже болела кожа на лице. Как такое может быть?

Я открыла замок и толкнула дверь, та с грохотом захлопнулась за моей спиной. Затем я поплелась в спальню и ничком упала на свою чудесную незаправленную кровать.

Послышалось шлепанье босых ног по полу.

– Как все прошло? – спросила с порога Рейган.

– Не знаю.

Скрипя полами, подруга подошла к моей кровати и села рядом.

– Вы все еще вместе?

– Нет.

– Ах, ну… это же хорошо, так? В смысле, Ти Джей даже не разговаривал с тобой, пока Трентон тебя не поцеловал, и тут внезапно он купил тебе билет в Калифорнию…

– Рей, давай не сегодня.

– Сегодня в «Ред» приходил Трентон. Видок у него был паршивый.

– Да? Он ушел не один?

Я выглянула из-под подушки. Рейган замешкалась.

– Прямо перед сигналом о последнем заказе. Он напился в доску.

Я кивнула и снова зарылась лицом в подушки.

– Просто… расскажи ему, – с мольбой в голосе проговорила Рейган. – Расскажи ему про Ти Джея.

– Не могу, – ответила я. – И ты не можешь. Ты обещала.

– До сих пор не понимаю, к чему эта секретность.

– Тебе и не надо, – сказала я, посмотрев подруге в глаза. – Просто держи язык за зубами.

– Хорошо, – кивнула Рейган.

Я будто бы только прикрыла глаза, а Рейган уже трясла меня. Просыпаясь, я недовольно застонала.

– Кэми, ты опоздаешь на работу! Оторви свою задницу от кровати!