Джей Джессинжер – Королевы и монстры. Яд (страница 78)
– Я могу всё исправить.
– Ты можешь пойти к черту! Макс угрожал моим родителям!
– Нет. Виктор работал один, как и я. Он планировал сначала закончить здесь, а потом отправиться туда.
Она смотрит на меня, не веря своим ушам.
– Ты правда считаешь, что мне от этого легче, да?
Когда я ничего не отвечаю, Натали взрывается – выбегает из гостиной и бросается на кухню, к задней двери. Я хватаю ее, прежде чем она успевает туда добраться, притягиваю к себе и крепко прижимаю к груди, пока она пытается вырваться.
– Отпусти меня!
– Остановись! Выслушай меня!
– Отвали!
– Я люблю тебя! Я не хотел…
– Ты ничего не хотел, ты просто лживый кусок дерьма!
Она извивается у меня в руках и пихается, отчаянно пытаясь высвободиться.
Но я не даю ей сбежать. Вместо этого я ее целую.
Натали отказывается открывать рот и мотает головой. Я беру в кулак ее волосы, удерживаю голову и снова целую.
На этот раз она позволяет моему языку оказаться у нее во рту. Позволяет мне почувствовать ее вкус, обнять ее, пока мы оба тяжело дышим через нос, а наши тела тесно прижаты друг к другу.
А потом я чувствую холодное дуло пистолета у виска. Она достала оружие у меня из-за пояса и приставила к голове.
Вспышка восхищения моей храброй, умной девочкой быстро сменяется отчаянием.
– Назад, мать твою, – говорит Натали, дыша мне в рот.
Когда я открываю глаза, она смотрит прямо на меня. И в ее глазах я вижу, что для меня у этой женщины не осталось ни толики тепла, любви или снисхождения.
Моя душа обращается в пепел. Во мне больше ничего нет. Я – гнилая, пустая оболочка.
Я падаю на колени и вешаю голову.
– Тогда сделай это. Без тебя я все равно труп.
Повисает долгая, напряженная тишина. А потом Натали ожесточенно шепчет:
– Надо бы.
Она вдавливает дуло пистолета мне в лоб.
Но что-то в ее голосе зажигает маленькую искорку надежды в моей груди. Я поднимаю взгляд и смотрю на нее: женщину, которую обожаю и которую только что сломил.
Пока она целится прямо мне в голову, не снимая пальца с крючка, я заглядываю ей в глаза.
– Я люблю тебя. Это не ложь. Я люблю тебя больше всего на свете. Больше воздуха. И отдам все за твое прощение, включая свою жизнь.
Я подаюсь вперед, чтобы дуло оказалось ровно у меня между глаз, поднимаю руки и кладу их на бедра.
Вкладывая в свои слова все сердце, я продолжаю:
– Убей меня, если это избавит тебя от боли, любовь моя. Если это подарит тебе хоть немного покоя, нажми на курок и прикончи меня.
Натали с усилием сглатывает. Ее руки дрожат. Она облизывает губы и свободной рукой озлобленно утирает мокрые глаза. Проходит еще один бесконечный момент без единого звука. Но тут она тяжело выдыхает и опускает пистолет.
Я со стоном хватаю ее за талию и утыкаюсь лицом ей в живот. Я крепко держу ее, пока Натали снова не вздыхает.
– Вставай с колен, гангстер. Я не могу с тобой так разговаривать.
Я встаю. Пытаюсь взять ее лицо в ладони, но она уклоняется и качает головой. Она протягивает мне оружие.
– Просто забери это, ладно?
Я пихаю пистолет за пояс джинсов ровно над копчиком, а потом снова тянусь к ней. Однако Натали снова отстраняется, поворачивается ко мне спиной и обнимает себя руками.
Она идет к раковине, опирается на нее, опустив взгляд, и очень тихим голосом спрашивает:
– Что теперь?
Натали больше не кричит на меня и не требует уйти – от облегчения я едва снова не падаю на колени.
– Я положил Виктора в машину, надо…
Я замолкаю, боясь травмировать ее еще больше.
Она заканчивает за меня:
– Избавиться от тела. Понятно. Продолжай.
Нужно было догадаться, что она справится, моя королева валькирий.
– Вернусь через час.
Натали поворачивает голову, разговаривая со мной через плечо.
– Куда ты его повезешь?
– На озеро.
Она выдерживает паузу.
– Туда, куда должен был отвезти меня? Если бы не влюбился, я имею в виду.
– Никакого больше вранья, гангстер, – мягко говорит она.
Проходит секунда, прежде чем мне удается это произнести:
– Да.
Она снова отворачивается. Глядя в закрытые шторы над раковиной, Натали произносит:
– Спасибо за честность.
Это звучит как
– Не отвечай на звонки и не открывай никому дверь, пока меня нет. Не выходи на улицу. Когда вернусь, мы тут все приберем. А потом составим план.
– План?
– Когда Виктор не доложится, Макс пошлет кого-нибудь еще.
– Понятно… План. Разумно.
Она неестественно спокойна, особенно учитывая тот срыв, который случился с ней буквально минуту назад. Первичный шок уходит.
Я делаю шаг к ней, и мое сердце умирает от тоски.
– Детка…