Джей Джессинжер – Друг по переписке (ЛП) (страница 19)

— Это было не так уж смешно.

— Я смеюсь только потому, что это именно то, что я хотел, чтобы ты сказала.

— Правда?

— Да, — его голос понижается. — Или, другими словами, грубо.

Когда я просто лежу и смотрю на Эйдана в напряженной тишине, он говорит медленно и продуманно:

— Я собираюсь съесть тебя, маленькая зайка, кусочек за кусочком. Я собираюсь съесть. Тебя. Вставай.

Трепет проходит сквозь меня.

Это не страх. Это что-то близкое к возбуждению, к необузданному виду радости, который мне совершенно незнаком. Странное желание вскочить с кровати и заставить его преследовать меня заставляет сказать, задыхаясь:

— Если ты не сможешь поймать меня, значит, ничего не получишь.

Все тело Эйдана напрягается. Глаза, и без того такие темные, становятся черными. Ноздри раздуваются, и, клянусь Богом, Эйдан меняется, мгновенно становясь хищником.

Опасным, красивым хищником, готовым разорвать меня на куски острыми зубами.

С легким криком ужаса и восторга я выбираюсь из-под него и вскакиваю на ноги. Голая выбегаю из спальни и несусь по коридору, мое сердце бешено колотится, мрачный смех Эйдана звенит у меня в ушах.

Но бежать некуда. Его квартира маленькая, и я не собираюсь выбегать голой на улицу. Поэтому, пока он шагает по коридору, я дико оглядываюсь в поисках места, где можно спрятаться.

— Некуда идти, маленькая зайка, — рычит Эйдан, стоя в конце коридора и глядя на меня голодными глазами. Он подходит ближе, не сводя с меня своего дикого взгляда. Я вижу его член — длинный и твердый, подпрыгивающий при каждом шаге.

— Ты в ловушке. Сдавайся.

Я изрекаю возмутительную ложь:

— Извините, мистер Король Лев. Эта зайка не хочет быть завтраком. — Затем я бегу на кухню, и огибаю стол так, чтобы он оказался между нами. Жду, чтобы посмотреть, что Эйдан будет делать дальше.

И он делает выпад, логично? Потому что именно так поступают голодные львы.

Эйдан гоняется за мной вокруг стола, а я кричу и делаю все возможное, чтобы перехитрить его. Но он такой чертовски быстрый! Когда я выдвигаю стул, чтобы попытаться заблокировать его, Эйдан отбрасывает его в сторону мощным взмахом руки, и тот с грохотом падает на пол. Я поворачиваюсь и бегу в гостиную, но Эйдан хватает меня за запястье и разворачивает, прижимая к своей груди.

Оттягивает мою голову назад за волосы, прижимается своим ртом к моему и жадно целует.

Я поддаюсь этому на мгновение, рассчитывая, что это заставит его ослабить бдительность, чтобы потом вырваться. Мой план состоит в том, чтобы убежать в ванную и запереть за собой дверь, но все летит к чертям, когда Эйдан набрасывается на меня сзади. Мы падаем на ковер в гостиной и начинаем бороться за контроль.

Все заканчивается в считанные секунды. Он слишком силен. Я не соперник этим чертовым мускулам.

— Такая хитрая маленькая зайка, — рычит Эйдан, сверкая глазами. Затем хватает мои запястья и прижимает к полу над моей головой, затем садится на меня верхом.

Все еще извиваясь и пытаясь вырваться, я кричу от отчаяния.

Его смех звучит ликующе.

— Плохая зайка, — шепчет он. — Такая плохая.

Эйдан крепко целует меня, а затем переворачивает на живот так легко, что это даже забавно. Затем кладет руку мне между лопаток, прижимает к ковру и больно шлепает по заднице.

Когда я вскрикиваю, он повторяет шлепок.

— Ой!

— Скажи, что ты сожалеешь о попытке убежать, зайка.

— Нет! Мне не жаль!

Как я и надеялась, Эйдан снова шлепает меня, затем просовывает руку мне между ног. Он издает низкий звук удовольствия в горле.

— Не извиняешься, а сама горячая и чертовски скользкая. Я думаю, что мою маленькую зайку нужно трахнуть прямо здесь, на ковре.

Когда он скользит толстым пальцем внутрь меня, я издаю стон.

— Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, — требует он.

Я знаю, что все это — часть игры. Я мышь, а он кот, и он хочет, чтобы я разрешила ему выпустить мне кишки и съесть меня. Но мыши не разрешают кошкам есть их, и я не разрешу.

— Нет!

Его смешок звучит довольным.

Эйдан вынимает свой палец из меня и снова шлепает, на этот раз по обеим ягодицам, жалящими ударами, от которых у меня перехватывает дыхание, и я так возбуждаюсь, что начинаю бесстыдно тереться тазом о ковер, пытаясь найти разрядку.

Эйдан наклоняется и кусает меня за задницу. Это жжет почти так же сильно, как порка, и мне это нравится.

— Моя зайка любит, когда ее шлепают, не так ли?

— Нет! Отпусти меня! — тяжело дыша, я беспомощно извиваюсь под ним.

Низким и мрачным голосом Эйдан говорит:

— О, я не отпущу тебя, моя милая маленькая зайка. Ты никогда не уйдешь от меня.

Это не должно волновать меня так, как волнует здесь и сейчас. Мой здравый смысл знает, что это опасная игра, в которую я играю с человеком, почти мне не незнакомым, и я должна закончить все сейчас, пока ситуация не зашла слишком далеко. Я должна спокойно сказать ему, что боюсь и хочу, чтобы он прекратил. Я должна выйти из этой квартиры и никогда больше его не видеть.

Единственная проблема в том, что я не боюсь.

И я не хочу, чтобы Эйдан останавливался.

И больше всего на свете я хочу увидеть его снова.

Я хочу, чтобы он заставил меня вылезти из кокона и больше не позволял замыкаться в своих мыслях. Потому что это темное и страшное место, в котором я бы предпочла не проводить слишком много времени.

Но я никак не смогу выиграть эту игру грубой силой. Он меня обыграет. Так что этой маленькой зайке придется пораскинуть мозгами.

Я перестаю сопротивляться и невинно говорю:

— Ничего, если я воспользуюсь ванной, прежде чем мы продолжим? Извини, я только что поняла, что мне нужно.

После удивленной паузы Эйдан говорит:

— Конечно.

В момент, когда он убирает руку с моей спины и перекидывает через меня ногу, я подтягиваюсь и вскакиваю на ноги. Ухмыляясь в его удивленное лицо, я говорю:

— Сосунок.

Затем я выбегаю из гостиной.

Эйдан ловит меня прежде, чем я успеваю пройти даже половину коридора.

Схватив меня за руку, он делает что-то вроде изгибающегося движения ниндзя и перебрасывает меня через плечо. Пока я визжу и извиваюсь, он разворачивается и широкими шагами идет на кухню.

Ставит меня на ноги рядом с кухонным столом.

Схватив меня за плечи и заглядывая в широко раскрытые глаза, он горячо шепчет:

— Такая чертовски плохая зайка.

Эйдан разворачивает меня, прижимает грудью к столешнице, раздвигает мне ноги и хватает запястья своими руками, заводя их мне за спину.

Он толкается в меня так внезапно, что я выгибаюсь и вскрикиваю от шока.

Склонившись надо мной, Эйдан рычит мне на ухо: