Джесси Сутанто – Непрошеные советы Веры Вонг (страница 44)
Тем не менее Вера умеет адаптироваться. Итак, поступила новая информация, нравится ей это или нет, и Оливер кажется наиболее явным кандидатом на роль убийцы. С другой стороны, Джулия призналась, что смерть Маршалла принесет ей солидную сумму, и получается, что ее пока нельзя исключать из списка подозреваемых. Хотя, если Джулия действительно убила Маршалла из-за денег, вряд ли она стала бы говорить о страховке. Или она рассказывает, чтобы Вера думала, будто Джулия не стала бы говорить, что… Ох, господи, как же все запутано. Вера всегда жила с мыслью, что жизнь была бы гораздо проще, если бы каждый просто говорил, что думает, а не ходил вокруг да около.
Как поступил бы Шерлок Холмс? Ответ на удивление очевиден. Он собрал бы всех подозреваемых в одной комнате и высказал свои гипотезы, с самого начала, вычеркивая подозреваемых одного за другим, пока не останется единственно возможный сценарий. После чего он со всем драматизмом объяснил бы, почему убийство мог совершить только – барабанная дробь – «этот человек».
У Веры есть зыбкая гипотеза, возможно, спутанная растущей привязанностью ко всем вовлеченным, но это не должно ее останавливать. И вообще, разве не к этому призывают сейчас молодых людей? Прикидываться, пока все не получится? Вера так и собирается поступить. Будет прикидываться, как не сможет прикинуться обычный человек, претендующий на должность, для которой не имеет нужной квалификации. Именно так. И в ходе рассуждений будет наблюдать за подозреваемыми, внимательно следя за реакцией каждого. И к тому времени, когда закончит, Вера не сомневается, что поймет, кто настоящий убийца.
С новым зарядом уверенности Вера вздергивает подбородок.
– Я знаю, что нужно делать.
– Правда? – спрашивает Джулия с надеждой.
– Устроим званый ужин.
Вера Вонг
Всемирно известный знаток чая
Детектив-любитель
____________________________________
Все будет раскрыто
____________________________________
____________________________________
Предусмотрена развлекательная программа.
Это приглашение только на одну персону.
Не приводите с собой плюс один.
________________________
33
Оливер
Оливер с интересом смотрит на приглашение у себя в телефоне. Он пока не знает, как это воспринимать, но за прошедшие несколько недель Вера пробралась в жизнь каждого из них, и, если говорить начистоту, его это ничуть не раздражает. И официальный ужин у Джулии выглядит куда предпочтительнее, чем очередной одинокий вечер в своей квартирке, под градом бестолковых требований от жильцов из 3В. Господи, ему хоть по размеру его смокинг? В последний раз Оливер надевал его… ух… на свадьбу Маршалла и Джулии.
С тяжким вздохом Оливер идет в спальню и роется в шкафу в поисках костюма. В этот момент кто-то стучит в дверь, и он сразу чувствует неладное. Это не тот стук, когда сосед просит помочь с трубами или проводкой. В этом стуке слышится требование открыть немедленно, пока дверь не вышибли ногой. Оливер спешит к двери, и, когда открывает, земля уходит у него из-под ног.
Офицер Грей сует ему под нос лист бумаги:
– Оливер Чен, это ордер на обыск вашей квартиры. Пожалуйста, посторонитесь.
Кто-то мягко, но настойчиво отстраняет его, и Оливер смотрит сквозь пелену, как его крохотную квартирку наводняют полицейские.
– Что… – слышит он собственный возглас, но других слов не следует.
Копы как будто заполняют собой все тесное пространство гостиной, поглощают весь кислород из воздуха, и Оливер начинает задыхаться от накатывающей панической атаки. С ним кто-то заговаривает.
– Дышите. Сосчитайте от десяти до одного.
Оливер делает вдох и выдох и считает, в то время как копы обыскивают его жилище, переворачивают все от дивана до старого ковра, перебирают книги и заглядывают в каждый ящик, вынимают фотографии из рамок и тщательно изучают.
– Но… – начинает Оливер, но снова задыхается.
У него кружится голова, ему нужно присесть. Он выходит в коридор и обнаруживает, к своему ужасу, что соседи выглядывают из-за дверей. Это ужасно. Унизительно. Оливер, запинаясь, спешит обратно.
– Пока мои коллеги тут заняты, я бы предложила съездить в участок и поговорить, мистер Чен, – говорит офицер Грей.
– Чт… почему?
– У меня есть несколько вопросов касательно смерти вашего брата.
Оливер едва улавливает смысл ее слов.
– Не понимаю. Вы сказали, это был несчастный случай.
– Мы еще разбираемся.
Она жестом просит его следовать за ней, и Оливер подчиняется, молча и покорно. Потому что он такой и есть, не правда ли? Жалкий и покорный.
Оливер шагает по коридору, стараясь не встречаться ни с кем глазами. Ему бы хотелось быть таким человеком, который рявкнет: «Ну и чё уставились?» – но нет. Он Оливер Чен, смирный и кроткий, обычная тряпка.
По крайней мере, офицер Грей не держит его за предплечье и не пригибает ему голову, когда он садится в машину. Возможно, так делают только в кино. Или она чувствует, что Оливер не способен оказать сопротивления. В молчании они едут до участка и не прерывают молчания, пока проходят через вестибюль, по пути в допросную. После хаоса в его квартире и суеты в участке от тишины в комнате для допросов звенит в ушах.
Офицер Грей указывает ему на стул, после чего садится напротив и включает диктофон:
– Это офицер Селена Грей, допрашиваемый – Оливер Чен. Мистер Чен явился сюда добровольно. Вы не возражаете, если наш разговор будет записываться?
Оливер мотает головой.
– Вы должны сказать это для протокола.
– А… Не возражаю.
– Также вы имеете право на присутствие адвоката.
Оливер раскрывает рот.
– А он… понадобится?
– Мы не предъявляем вам обвинений, но вы можете воспользоваться своим правом.
Оливер чувствует, что в голове у него вместо мозга яичница-болтунья. Что имеет в виду офицер Грей? Ему нужен адвокат? Или это вызовет лишние подозрения?
– Эм… думаю, я пока обойдусь.
Он точно так думает?
– Отлично. Итак, начнем. Где вы были в ночь, когда умер Маршалл Чен?
– Эм, я был дома, смотрел сериал на «Нетфликсе».
Офицер Грей делает пометку в блокноте.
– Какой сериал?
– Ох, – он пытается вспомнить. – «Нарко».
– Хороший выбор. Расскажите мне о Маршалле. Он был вашим братом. Вы были близки?
Оливер качает головой.
– Не то чтобы. Мы виделись от силы пару раз в год.
– Довольно редко, не считаете? Обычно близнецы гораздо ближе.
– Я… – Оливер пожимает плечами. – Не знаю. Но мы никогда не были близки, даже в детстве.
– Но все же вы знали, что у него сильная аллергия на птичий пух.