Джесс Лури – Похищенные (страница 54)
– Мужчина, сосед которого звонил насчет пропажи одной из его дам? – недоверчиво пробормотал Кайл. – Думаешь, он во всем виноват?
– Да!
– Но, Ван, Чендлер сказал, что тебя уже отстранили от дела…
– Скажи Комстоку. Скажи Гарри, – повторила я, положила трубку и рванула прочь, как летучая мышь, которой удалось выбраться из ада.
Он выкопал яму в ста восьмидесяти метрах от дома, прямо на опушке леса. Удачное место, довольно плотно скрытое за деревьями и не изрытое корнями. Можно было бы на метр глубже, но у него не было возможности ждать. Она уже приехала в его дом.
У него не было никаких документов. По крайней мере, на имя Джека Дэвиса. Это имя он выбрал, когда окончил среднюю школу и переехал в Новый Берлин. Джек Дэвис, домовладелец. Много лет работает на одной и той же работе. Никогда не обращается к врачу, избегает неприятностей.
Но вот два дня назад его сосед, мерзкий тип, сам позвонил на горячую линию Бюро. Вообще-то он и сам думал туда позвонить. Никто не станет подозревать того, кто в центре внимания. Вот почему он еще в июле восьмидесятого года пришел в полицейский участок и сказал, что видел, как курьер из Швана наблюдал за девочками. После этого он стал невидим для полицейских.
Но на этот раз он почти сразу отказался от такой идеи. Ему нужно было затаиться и остаться вне поля зрения закона. Но вышло иначе. Позволив Вайолет и Айрис – когда она была жива – гулять по дороге, он попал под подозрение, когда Айрис исчезла. Хорошо, что Ван Рид не узнала его, когда зашла. И все равно, увидев ее машину, он весь похолодел.
Вот почему у него не было другого выбора, кроме как избавиться от Вайолет прежде, чем его заберут.
Пока он оставил ей жизнь, чтобы она могла позаботиться о ребенке. Сенатор должна была забрать его сегодня, но утром он услышал по радио, что ее арестовали, устроили какой-то рейд. Все летело к черту. Выход был только один: избавиться от Вайолет, прежде чем ситуация накалится, прежде чем они появятся и начнут задавать вопросы.
На публике она хорошо держалась, как и Айрис. Головы опущены, рты закрыты. Не убегали, даже когда могли убежать. Это доказывало, как сильно они его любили. Но Вайолет была всего лишь женщиной. Слабой. Она не смогла бы выдержать допрос в полиции.
Но убивать ее будет непросто. О, нет.
Она была его любимицей. Он неделями наблюдал за этими двумя светловолосыми ангелами, пока подключал телефонные линии. Они были так похожи на Лотти, его первую девушку. Про себя он прозвал старшую Айрис, в честь героини Джоди Фостер в его самом любимом фильме, «Таксист», а младшую – Вайолет, в честь девушки, которую Брук Шилдс сыграла в «Прелестном дитя», его втором любимом фильме[14].
Они снились ему ночью, а на следующее утро он пошел на работу и увидел, что они еще красивее, чем он запомнил. День за днем его желание становилось сильнее, а план их похищения – продуманнее. По утрам, когда он не работал, он ждал в лесу, натянув на голову нейлон, чтобы его не могли опознать, а затем прятался в дупле дерева. Дорога, ведущая мимо него, была узкой, по ней мало кто ходил. Большинство детей выбирали другой путь к ручью. Но если ангелы хотели поплавать, им пришлось бы выбрать этот путь. На пятый раз ему повезло.
Брюнетка была ему не нужна. Но и причинять ей боль он не хотел. Он был не таким человеком. Он лишь велел ей разуться – асфальт был раскален, и это замедлило бы ее путь, – и пообещал, что, если она проболтается, заживо похоронит ее младшую сестру. А потом заставил ее закрыть глаза и сосчитать до ста. Он отвел двух блондинок в хижину, которую обнаружил, гуляя по лесу, и решил, что на этом все и закончится.
Но потом он влюбился.
У него не оставалось выбора, кроме как привести их домой.
Первое время они находились в запертой комнате в подвале, делили односпальную кровать и постоянно плакали. Прошли месяцы, прежде чем они научились спать всю ночь. Прошли годы, прежде чем они научились радоваться, когда он открывал дверь и приносил им еду, а иногда и подарки.
В конце концов он начал их выпускать, когда был дома, и вновь запирал, когда уходил на работу.
К тому времени, когда они стали достаточно взрослыми, чтобы он мог начать обращаться с ними как с женщинами, он доверил им свободно бродить по территории. Конечно, он угрожал им – говорил, что похоронит их заживо, избивал, не давал еды, если считал, что они чувствуют себя слишком уж комфортно, – но только в той мере, в какой это требовалось для сохранения мира.
Когда он привел их домой, Айрис уже умела читать, и она научила Вайолет. Он покупал им книги о том, как консервировать овощи, дубить шкуры, заниматься огородом, шить. Они обе стали настоящими поселенками. Дошло даже до того, что он смог привести их в гости к матери, и он этим гордился.
Но три месяца назад, после стольких спокойных лет, случилось нечто из ряда вон выходящее: Айрис внезапно родила. Она назвала свою беременность чудом Господним, и он ей почти поверил.
Но малышка изменила характер обеих женщин. Они стали невыносимыми. Они могли уйти от него в любой момент. У него не оставалось выбора, кроме как уничтожить Айрис, чтобы спасти Вайолет.
Пока был на работе, он исследовал места и в конце концов выбрал участок в Северной петле, расположенный довольно уединенно и вместе с тем далеко от его дома, так что, если бы какое-нибудь животное выкопало тело, он не попал бы под подозрение. Убедившись, что туда никто не ходит, разве что случайно забредут наркоманы или бомжи, выкопал яму лопатой. Взял с собой металлоискатель, чтобы, если кто-нибудь увидел бы его и спросил, чем он занимается, сказать, что ищет сокровище, и извиниться, если участок окажется в чьей-нибудь частной собственности.
Но его никто не увидел. Ни одна живая душа.
Он выждал две недели, чтобы выяснить, привлечет ли яма чье-нибудь внимание. Но нет. Даже дождь на нее не повлиял.
Так что на третьей неделе он привел туда Айрис. Принес даже стул и поставил прямо возле могилы. Она выглядела испуганной, но не верила, что он действительно похоронит ее заживо, это было ясно. В конце концов, за десятки лет он так и не привел в исполнение эту угрозу.
Но он усадил ее на стул, а сам спустился в яму, показал, какая она глубокая, прочитал Айрис лекцию о ее плохом поведении, заставил пообещать, что она станет лучше.
А потом заклеил ей рот изолентой и сбросил туда, приложив доску к выступу, который он сделал, чтобы у нее было время поговорить с Господом, прежде чем Он ее заберет.
И теперь ему предстояло проделать все то же самое с Вайолет. Возможно, было бы проще, если бы он просто всадил ей пулю в голову, как старой фермерской собаке, но он пообещал, что похоронит ее заживо, и был человеком своего слова.
Он еще не решил, что делать с ребенком, за которого он ожидал получить десять тысяч долларов. Может быть, если сенатор не могла за него заплатить, смог бы кто-то другой? В любом случае сначала нужно было покончить с Вай.
Он вошел в гостиную, слишком грустный, даже чтобы разуться. Он был удивлен, почувствовав слезы на щеках.
– Пришло время, – сказал он. – Положи ребенка в кроватку. Давай, поторапливайся.
– Нет! – закричала она. Ее лицо ужасно побледнело, глаза казались огромными. Раньше она никогда не повышала на него голос, но дерзость Айрис после рождения ребенка передалась и ей. Пора было с ней покончить не теперь, а давным-давно.
Он ударил ее по лицу и, когда она упала, выхватил младенца из ее рук. Бросил вопящего ребенка в кроватку, которую ему пришлось прятать вместе с Вайолет, когда приехала Ван Рид. К счастью для всех, ребенок молчал.
Он наматывал изоленту на руки Вайолет, пока она не перестала сопротивляться. Она кричала, умоляя его не трогать ребенка –
А потом перекинул ее через плечо и вынес на улицу.
Глава 58
Две мили подъездной дорожки Джека Дэвиса ощущались как двести.
Я затормозила машину у остановки перед домом. Сидя внутри, зарядила пистолет.
– Лили! – закричала я. Мое внимание привлекли грязные следы на полу. Я прошла по ним через кухню к задней двери. Метрах в шести позади дома стоял садовый сарай без окон, дверь которого была открыта и еще раскачивалась, как будто внутрь кто-то только что вошел. Я рванула к этому сараю. Внутри было темно, но мне удалось нащупать выключатель, после чего моим глазам предстала грязная лопата и такие же грязные ботинки. Я потрогала грязь – она была еще мокрой.
Сарай был где-то шесть на шесть метров, инструменты аккуратно висели на крючках. У одной стены стояли садовый мотокультиватор и снегоочиститель. В углу рядом с верстаком, напротив входной двери, разместилась пузатая печка.
Я вытащила пистолет, навела на один угол, на другой. Маньяк мог прятаться где угодно.
– Джек Дэвис, вы арестованы за похищение Эмбер Кайнд и Лили Ларсен, а также за убийство Эмбер Кайнд. – Я вертелась во все стороны, направляя пистолет на все предметы, и сердце бешено колотилось у меня в груди. Все мои чувства обострились, запах бензина и грязи был невыносим, и топот собственных ног по цементному полу оглушал. Я чувствовала, что теряю рассудок, но иногда именно так бывает, когда ты прав, и ты единственный, кто это знает. Джек Дэвис мог быть где угодно, но мне казалось, что он именно здесь и уже закопал Лили. Я не могла ее спасти, пока не остановлю его, иначе я рисковала получить пулю в спину. Мог ли он скрутиться внутри снегоочистителя, как гигантская улитка? Или запрятаться под половицы?