Джереми Бейтс – Лес Самоубийц (страница 72)
— Что ты промычал?
Он гадко захихикал.
— Ублюдок! — Я подошел к нему вплотную.
— Что ты делаешь? — Мел напряглась.
— Проясняю ситуацию. — Я сел на второй стул и схватил пленника за грудки. — Кто там в лесу? Кто эти дети, убившие наших друзей?
На лице у него появилась улыбка.
— Полиция уже едет. Я им все расскажу. Я скажу им, что это ты убил наших друзей, если ты мне не скажешь правду.
Он плюнул мне в лицо.
Я дернул его на себя, переворачивая. Он врезался в пол коленями, потом лбом, закричав от боли.
Я ударил его ногой в живот. Мел просила меня остановиться, но я не обращал на нее внимания. Я лягнул его второй раз, еще сильнее, затем вернул стул в исходную позицию.
— Итан, хватит! — воскликнула Мел. — Тебя арестуют за избиение.
Я резко повернулся к ней.
— Томо мертв, Мел! А этот мудак что-то знает. К черту страхи!
Я развязал шнурки на левой ноге Хироши, снял с него ботинок и взял в руки топор.
У Мел началась истерика:
— Итан, не надо! Остановись, прошу, не надо, не делай этого!
Я наступил японцу на большой палец, чтобы он не смог убрать ногу. Он больше не смеялся и не улыбался.
Я перехватил топорище поближе к лезвию.
— Кто там в лесу?
Хироши попытался ударить меня свободной ногой.
— Кто там в лесу?
Он пробормотал что-то неразборчивое.
Я поднял топор так, что лезвие чуть не коснулось потолка, и опустил обух на мизинец Хироши, круша косточки в пальце.
Он взвыл диким зверем. Взгляд потерял осмысленность, ноздри двигались, на лбу у лесника выступила испарина.
Я снова поднял топор, на этот раз лезвием вниз.
— Говори!
Молчание.
Я опустил топор. Он легко прошел сквозь плоть и кости, отделяя искореженный мизинец. Кровь хлестнула на пол, а Хироши взвыл, пытаясь высвободить руки.
— Итан, остановись! — крикнула Мел. — Он не понимает!
Я не обращал на ее крики внимание.
— Я могу продолжать это всю ночь, — произнес я, глядя в глаза пленнику. — Раз, два…
— О'кей! — сказал он. — О'кей!
Я, поколебавшись, опустил топор.
37
— Ты знаешь история? Знаешь японская история? — спросил меня Хироши после того, как мы привели его в порядок и обмотали рану полотенцем.
Я уставился на него в изумлении. Хотя его речь была не идеальной и похожей на стиль учителя Йодо из «Звездных войн», без намека на синтаксис, он говорил с хорошим британским акцентом. Значит, он жил за границей какое-то время.
Другими словами, он валял с нами дурака.
— Нет? Ничего?
Я гаркнул, схватив его за волосы:
— Говори!
Он пытался высвободиться, но я крепко сжал руку.
— Давным-давно, — начал он, — много японцы делал
Слово оказалось знакомым, и я вспомнил то, что Хонда рассказывал мне возле станции.
— Семьи оставляли тех, кто не может себя прокормить?
Хироши удивленно поднял седые брови.
— Ты не тупой, да?
Я дернул его за шевелюру.
— О'кей, о'кей, я говорю! — Он судорожно сглотнул, смачивая пересохшую глотку. — Много японцы прекратил делать
— Смотри за ним, я принесу, — сказала Мел.
Она отошла к тумбочке, зачерпнула стаканом воды из ведра и передала мне. Я поднес его ко рту лесника, ожидая от него какой-нибудь выходки. Но он выпил полстакана и отвернул голову. Вода лилась по его подбородку и рубашке.
— Руки болит. Развяжи?
— Отклоняем ходатайство.
— Куда я убегу?
— Ты жил за границей?
— Тебе нравится мой английский?
Я не ответил.
— Ты учитель английского, да? — Хироши кивнул. — Да, да. Зачем еще ты приехал моя страна? Я имею много друзья учителя английского там, моя
Я отпустил его волосы.
— Расскажи мне про детей.
Лесник облизал губы, но продолжал молчать.
Я наотмашь ударил его по лицу.
Он волком уставился на меня.
Я ударил сильнее.
— Итан, — попыталась вмешаться Мел.
— Замолкни, прошу! — огрызнулся я, снова замахнувшись.