Дженнифер Макмахон – Темный источник (страница 48)
– Ну, что ты там застряла?
– Смотри, что я нашла! – воскликнула я, показывая Теду альбом, раскрытый на странице с рекламой. – Это
– С ума сойти! – Отец покачал головой. – Нет, я никогда не видел ни фотографий, ни рисунков… Твоя мать говорила мне, что на этом месте когда-то стоял отель, но я и представить себе не мог, что он был таким большим.
Он взял у меня альбом и стал листать дальше, но, кроме нескольких фотографий, на которых были запечатлены разные этапы строительства Ласточкиного Гнезда, там больше не было ничего интересного. Во всяком случае, не было фотографий отеля, и Тед снова открыл альбом на странице с рекламой.
– А знаешь, что с ним случилось? – спросила я.
– Нет. Это была одна из тех тем, обсуждать которые твоя бабушка категорически отказывалась, да я и не настаивал. Мне это было… не особенно интересно.
Я кивнула. Отель. Рита. Странные слухи о бассейне. Мама не разрешала нам расспрашивать об этом бабушку. «Ей не хочется об этом вспоминать», – говорила она.
– Эй! – донеслось с первого этажа.
– Ах ты… чуть не забыл! – Тед хлопнул себя по лбу. – Там пришел Райан. И принес нам целую коробку замечательных кексов.
В коробке Райана, которую он поставил на кухонный стол, оказались не только кексы, но и свежие, еще теплые булочки, и румяные ячменные лепешки, и кое-какая сладкая выпечка. Кроме этого, он привез нам бутылку молока и пакет кофе эспрессо.
– Привет, Рай… – Я крепко обняла его, и этот простой дружеский жест помог мне взять себя в руки. Он был такой крепкий, такой живой, такой реальный, что я сразу успокоилась. Даже бассейн, который виднелся в кухонном окне за его спиной, больше не казался мне угрожающим. Все вокруг казалось таким обыденным, обыкновенным, что мне захотелось рассказать отцу и Райану о том, что случилось со мной накануне. Я даже начала мысленно подбирать слова, чтобы представить всю историю в шуточном ключе.
«Вы не поверите, – скажу я им, – но вчера вечером я решила прогуляться к бассейну. После траурной церемонии и поминок я была слишком взвинчена, и мне показалось, будто там кто-то есть! Там, конечно, никого не было, но… возле бассейна я оступилась и уронила в воду фонарик. То есть это я так
Я почти открыла рот, чтобы произнести эти слова, но… но так и не сумела издать ни звука.
– Ну, как вы тут? – спросил Райан и с легким беспокойством покосился на Теда.
– У нас все отлично. Правда, Джекс?.. – Отец рассмеялся. – Живы-здоровы, как говорится…
И кстати, кто это у нас тогда умер?..
Я кивнула, подтверждая отцовские слова, но, по правде говоря, я вовсе не была уверена, что мы так уж здоровы. Я, во всяком случае, чувствовала себя не лучшим образом: виски опять ломило, шея едва ворочалась.
– Приятно слышать, – откликнулся Райан, продолжая поглядывать на Теда. Он словно ждал, что отец что-нибудь добавит – например, попытается как-то объяснить свое вчерашнее падение в бассейн или хотя бы поблагодарит за помощь. Под его взглядом отец нервно переступил с ноги на ногу, но молчал. Наконец он схватил одну из булочек и откусил огромный кусок.
– Я всегда говорил: лучшие на Земле булочки выпекают здесь, в Бранденбурге, – проговорил он жуя. – Мне во Флориде их очень не хватает. – Тед посмотрел на меня: – Вот если бы нам к тому же удалось как-то раскочегарить этот адронный коллайдер, – добавил он, показывая на кофемашину, – я бы умер счастливым.
– Я знаю эту модель, – спокойно сказал Райан. – Вам какой кофе? – Он шагнул к разделочному столу, где стояла огромная кофеварка Лекси, и в самом деле похожая на космический аппарат.
– Капучино, – сказал Тед. – Если, конечно, получится…
– Два капучино, – сказала я, кладя на стол альбом с фотографиями. – Кстати, Райан, ты что-нибудь знаешь о старом отеле, который когда-то стоял на этом самом месте?
– Не очень много, – отозвался он, засыпая в измельчитель кофейные зерна. – Знаю, что отель сгорел дотла и его владелец оказался на мели. В конце концов он уступил пепелище твоему прадеду за смешные деньги и убрался восвояси. Кажется, вернулся в Нью-Йорк или откуда он там приехал…
– А почему я ничего об этом не слышала? – спросила я.
Райан пожал плечами:
– Лекси была в курсе. Одно время она очень интересовалась отелем и его историей. Кажется, буквально месяц назад она расспрашивала о нем мою бабушку. У нее сохранилось несколько старых фотографий. Лекси очень разволновалась, когда их увидела.
– А мне твоя бабушка их покажет?
Райан улыбнулся:
– Спрашиваешь! Она будет в полном восторге – бабушка обожает говорить о старых временах. Если хочешь, можем поехать к ней прямо сегодня – она любит гостей. Тем более сегодня среда, а по средам у них там не бывает ни концертов, ни карточных турниров, так что мы не будем ее ни от чего отвлекать.
Я вспомнила свой разговор с Ширли после траурной службы. Вряд ли старуха могла служить надежным источником информации – слишком уж очевидны были признаки старческого слабоумия, но больше мне не к кому было обратиться. Послушаем, что она скажет.
– Поехали, – сказала я и посмотрела на часы. На часах было без нескольких минут час. – Только сначала попьем кофе и я сделаю пару звонков по работе.
Мы напились кофе, наелись кексов и булочек и заодно выслушали красочный рассказ Теда о том, как он с любовницей и котом пережидал ураган «Ирма» в школьном спортзале. В итоге отец и Райан завели разговор о влиянии глобального потепления на погоду и о трудностях жизни на побережье, подверженном воздействию приливов, циклонов, ураганов и прочих катаклизмов, а я, извинившись, поднялась наверх, чтобы сделать свои звонки.
Первым делом я проверила свой телефон, но ни входящих звонков, ни сообщений не было. Тогда я снова набрала номер матери Деклана и еще раз оставила на голосовой почте номер моего мобильного и номер городского телефона в Ласточкином Гнезде. «Пожалуйста, перезвоните мне! – сказала я под конец. – Нам обязательно нужно поговорить о здоровье вашего сына. Это важно!»
Потом я позвонила Барбаре и рассказала ей о событиях последних дней, о своих страхах и переживаниях.
– Значит, – проговорила Барбара, – ты решила заняться бумагами сестры, чтобы понять, что же с ней случилось, и тебе хочется услышать мое мнение. Но ведь ты и сама прекрасно знаешь, что́ я собираюсь тебе сказать. Так ведь, Джеки?..
– Знаю, – коротко выдохнула я. – Ты собираешься сказать, что моя сестра была серьезно больна и что ничто на свете не сможет помочь мне понять случившееся с ней до конца. Все это я отлично понимаю, Барб. Я просто хочу… – Тут я запнулась. В самом деле, чего же я хочу?.. – Понимаешь, – продолжила я после паузы, – когда я просматриваю ее дневниковые записи и пытаюсь представить, какой была ее жизнь в эти последние дни и недели, я… Ну, это все равно что слышать ее голос, словно она снова со мной. И я действительно чувствую, как мы с Лекс становимся ближе. Сейчас я нуждаюсь в этом, пожалуй, больше всего. Ну и наконец, сейчас мне необходимо хоть какое-то занятие. Дело, на котором я могла бы сосредоточиться.
– Я все понимаю, Джеки, но… Постарайся не ожидать слишком многого, чтобы не разочароваться. Откровенно говоря, я не думаю, что ты сумеешь найти ответы на
– Я это понимаю, – согласилась я. – Пока вместо ответов у меня появляются лишь новые вопросы. Но на текущий момент мне этого достаточно.
На этом наш разговор закончился. О том, что произошло со мной ночью возле бассейна, я не обмолвилась ни словом.
Глава 22
С ребенком что-то не так!
Мы с Уиллом заметили это в первые же дни. Во-первых, наша Маргарет спит гораздо больше, чем следует. Во-вторых, она неохотно берет грудь. Можно подумать, что она вовсе не голодна. Когда я прикладываю ее к груди и пытаюсь заинтересовать малышку соско́м, она просто закрывает глазки и засыпает. Личико у нее такое усталое, такое измученное, словно сил у нее хватает только на сон и ни на что больше. Такое ощущение, что кормление, купание, переодевание и все наши попытки играть с ней утомляют ее сверх меры и ей хочется только одного – спать. С каждым днем Маргарет выглядит все более слабой и бледной, а кожица у нее такая тонкая, что сквозь нее можно разглядеть каждую жилочку.
– Что-то не так, – сказала я и погладила мою крошку по прохладной щечке. Маргарет ненадолго открыла глаза и посмотрела на меня серьезным и мудрым взглядом. Я знаю, что младенцы, которые недавно появились на свет, бывают очень похожи на древних старичков и старушек, но сейчас это сходство меня пугает. Мне хочется как-то помочь моей ласточке, но я не знаю как. А она – она даже не может сказать мне, что у нее болит!