Дженнифер Макмахон – Разоблачение (страница 64)

Билл разрезал веревки и помог Уинни встать со стула, затем направился к своему автомобилю.

– Пойдем! – позвал он.

– Нет! – заявила Уинни. – Мы вдвоем быстрее дойдем пешком. Тут есть тропинка.

Она быстро шагала, раздвигая ветви. Потом начала колебаться, потеряв тропинку из виду. У Билла был фонарик, но все так заросло, что тропу совсем не было видно.

– Проклятье! – прошипела она. – Прошло десять лет с тех пор, как я ходила сюда ночью.

Она вспомнила свой последний поход к воде той ночью, во главе со Сьюзи. Уинни упиралась стволом ружья в спину Спенсера, но в промежутках между отрывистыми командами они заливались смехом. Это была шутка. Ничего плохого не предвиделось. Но Сьюзи довела напряжение до предела и сделала ту ночь особенно памятной.

Уинни и Билл, спотыкаясь, пробирались через плотные заросли.

– Мы опоздаем! – собственный голос казался Уинни слишком высоким и писклявым.

Наконец Билл нашел тропинку.

– Сюда, – сказал он.

С фонариком в одной руке и пистолетом в другой он вел их через лес к пляжу. Деревья редели, и плотная земля под ногами сменилась песком. Пикап Генри стоял на краю озера с погашенными фарами. Озеро расстилалось перед ними – не блестящее и мерцающее ртутное зеркало, которое помнила Уинни, а нечто темное и бездонное, не дающее отражений и просто впитывающее звездный свет и направляющее его в глубину.

Они в самом деле опоздали.

Генри и Сьюзи уже были на середине озера; они почти достигли того места, где он отпустил ее на дно, набив одежду камнями.

Оставалось только кричать.

– Это Сьюзи! – закричала Уинни ломающимся, почти истеричным голосом.

Глава 78

В ту ночь они смотрели, как Генри тащит Сьюзи к озеру и заходит в воду, а она рычит и извивается, пытаясь ухватить его за руку. Когда он отпустил ее, то заплакал.

– Что, ты не собираешься утопить меня? – крикнула она, плескаясь в воде, пока он плыл к берегу. – В чем дело, Генри? Ты и впрямь поверил, что я беременна? Не повезло, пупсик. Бедненький Генри, он влюбился не в ту девушку. Но это нормально. Мы ведь это уже проходили, верно? Мы разоблачили отношения между полами, любовь и секс. Мы поднялись выше этого, разве ты не понимаешь? Сейчас мы можем расстаться и проживать нашу жалкую маленькую жизнь, менять подгузники и спать с нелюбимыми людьми, зато мы навсегда запомним это лето. Мы будем возвращаться к нему. Часть нашей души будет вечно оставаться здесь.

И тогда Тесс швырнула камень. Она подняла мелкий булыжник, когда Сьюзи и Генри боролись из-за ружья, и с тех пор крепко сжимала его в руке. На самом деле она не собиралась этого делать. Это не было преднамеренным поступком, как говорят на судебных заседаниях в телевизионных драмах. Ей казалось, что она швыряет камень прямо в то будущее, которое описывала Сьюзи. Это будущее представало как ужасный и бесчувственный мир, заключенный в хрупком стеклянном шаре, и она хотела разбить его вдребезги, прежде чем оно получит шанс на существование.

Гладкий камень размером с грейпфрут вылетел из ее руки, как у опытного подающего в последнем иннинге[16], и угодил прямо в цель. Тесс и представить не могла, что у нее такой хороший прицел.

Она словно в замедленной съемке наблюдала, как камень пролетел над водой и попал Сьюзи в левый висок. Раздался громкий треск, и Сьюзи безмолвно ушла под воду.

Тесс застыла на месте с вытянутой рукой, как будто надеялась, что камень вернется назад. Уинни завизжала.

– Господи! – воскликнул Спенсер.

Генри, который к тому времени выбрался на пляж, побежал назад и нырнул в воду. Ему понадобилось несколько минут, чтобы найти Сьюзи. Когда он это сделал, то подхватил ее, поплыл обратно и вытащил на берег под мышки, где уложил ее на песке. Ее лицо было покрыто кровью, вытекавшей из глубокой раны на виске.

– Кажется, она не дышит, – сказал Генри.

– Сделай что-нибудь! – простонала Уинни.

– Кто-нибудь умеет делать искусственное дыхание? – спросил Спенсер.

Генри опустился на корточки, надавил Сьюзи на грудь и трижды быстро выдохнул ей в рот. Тесс это показалось не совсем правильным, но что она знала? Генри снова принялся за работу: нажим-выдох-выдох-выдох, нажим-выдох-выдох-выдох… казалось, что прошло уже много времени. Тесс с надеждой смотрела на него, ожидая того момента, когда грудь Сьюзи судорожно содрогнется и она начнет выплевывать озерную воду, а потом недоуменно оглядится вокруг и, может быть, даже спросит: «Что случилось?» Но минуты проходили, а Сьюзи продолжала лежать неподвижно, безвольная и бледная в лунном свете. Генри пощупал пульс на обоих ее запястьях.

– Думаю, она мертва, – объявил он. Его голос звучал так спокойно и деловито, что Тесс не могла поверить в серьезность его слов.

Уинни плакала. Спенсер обнял ее и прижимал к себе, хотя она отталкивала его. Спенсер, который не должен был оставаться здесь, который должен был убежать сразу же после выстрела, но по какой-то причине не сделал этого.

– Нам нужна помощь, – сказала Тесс. Она была уверена, что если доберется до телефона и по ее вызову приедет какой-нибудь волшебник с сильнодействующими препаратами, бинтами и электрическими стимуляторами сердцебиения, то Сьюзи вернется к ним, и скоро все они будут смеяться над тем, как она оказалась на волосок от гибели. Они скажут, что Сьюзи разоблачила саму смерть.

Тесс пошла к лесной тропинке. Она вернется к хижине, заведет автомобиль и доедет до магазина, где есть телефон. Там она позвонит по номеру 911 и сообщит о несчастном случае.

– Тесс, – Генри так крепко схватил ее за руку, что темно-синие отпечатки его пальцев не сходили потом еще почти целую неделю, и потянул обратно. – Остановись. Нам нужно все обдумать.

Его жаркое дыхание отдавало текилой, и он смотрел на нее, как на незнакомку.

– Ты убила ее! – выкрикнула Уинни, и Спенсер крепче притянул девушку к себе и прошептал «ш-ш-ш» в ее волосы, как будто она была ребенком, только что проснувшимся от кошмара.

– Я… – начала Тесс, – я не собиралась…

Этого не было. Этого не могло произойти. Ее рука болела от железной хватки Генри, и она попыталась отцепиться от него.

– Я этого не хотела, – тихо сказала Тесс. Она не знала, к кому обращалась.

– Теперь мы в полном дерьме, – сказал Спенсер.

– А ну-ка все заткнитесь и дайте мне подумать! – рявкнул Генри. Он отпустил Тесс и направился к большому плоскому валуну в центре пляжа. Сьюзи называла его «жертвенным алтарем». Тесс стояла над ее телом, высматривая признаки жизни, хоть какой-то намек на то, что Генри ошибся. Она опустилась на колени и приложила ухо к груди Сьюзи в надежде услышать сердцебиение. Но она услышала только Спенсера у себя за спиной, который снова и снова чиркал колесиком зажигалки, но не мог высечь искру. Тесс подняла голову и приложила щеку ко рту Сьюзи, пробуя дыхание. Губы Сьюзи были холодными и синеватыми в лунном свете.

– Насколько я понимаю, у нас есть выбор, – наконец сказал Генри совершенно трезвым голосом. – Мы можем позвонить в полицию и объяснить, что случилось. В таком случае Тесс с большой долей вероятности отправится в тюрьму и, возможно, мы последуем за ней. Когда они начнут расследование и выяснят определенные вещи, которыми мы занимались, то мы действительно окажемся по уши в дерьме. «Сердобольных Разоблачителей» поместят под микроскоп, и мне кажется, никто из нас этого не хочет. Сьюзи тоже бы не одобрила это.

С другой стороны, мы можем спрятать тело на дне озера. Мы нагрузим ее и переправим вплавь ближе к центру.

– Мы не можем просто утопить ее! – крикнула Уинни. – Люди будут спрашивать, куда она делась. Нельзя заставить человека исчезнуть, чтобы никто этого не заметил. И мы не можем так поступить с ней!

– Никто не будет искать, – возразил Генри. – У нее из родственников одна тетка, которая даже не потрудилась приехать на выпускную церемонию. Непохоже, чтобы Сьюзи с кем-то переписывалась или созванивалась. Мы были ее единственной настоящей семьей. Если кто-нибудь спросит, мы скажем, что она решила добраться автостопом до Калифорнии. Кроме того, я думаю, что она хотела бы быть погребенной здесь. Подумайте, как сильно она любила это место. Теперь она навсегда станет его частью.

Генри начал собирать камни на пляже и совать их в карманы и под одежду Сьюзи, а поскольку его никто не останавливал, он продолжал это занятие.

– Ты правда хочешь сделать это? – спросила Уинни в перерыве между рыданиями.

– Мы должны нагрузить тело, чтобы она не всплыла на поверхность.

Тогда Тесс опустилась на колени и обхватила правую руку левой, ощущая песок и кусочки гравия, оставленные камнем на ее ладони.

Генри медленно понес Сьюзи к воде, а затем поплыл на спине к центру озера, положив ее тело себе на грудь и живот. Они выглядели как любовники, прижавшиеся друг к другу в воде при свете луны. Голова Сьюзи болталась на его плече. Тесс, у которой было острое зрение, показалось, что, когда Генри наконец отпустил Сьюзи, она улыбнулась ему.

Когда Тесс пришла в себя, то первым делом подумала о том, что так и не закончила свою историю. Потом она подумала, что вокруг пахнет бензином. Она не могла нормально дышать; постепенно до нее дошло, что у нее заклеен рот. Руки и ноги связаны. Везде темно, как будто она завернута в плотный целлофан. И она плывет по воде, покачивается вверх-вниз на какой-то лодке. Ее перевозят как груз.