Дженнифер Макмахон – Разоблачение (страница 63)
Пригибаясь слева от заднего бампера пикапа и отчаянно высматривая место, где бы пописать, Эмма увидела своего отца у края воды.
Он что-то нес. Какой-то груз, который он забрал из пикапа. Эмма слишком боялась посмотреть и всю дорогу пряталась под брезентом, так что у нее закружилась голова от запаха скипидара. Наверное, часть ее мозговых клеток уже погибла от этого. Дети говорили, что нюхать скипидар – это круто, но она ощущала лишь головную боль и жжение в ноздрях. Почему кто-то делает это ради забавы?
Теперь, когда ее глаза привыкли к темноте, она увидела, что ее отец на самом деле кого-то несет на плече. Это была женщина, и она была без сознания.
О боже. Это было гораздо хуже, чем роман с какой-то чужой женщиной! Что, если он окажется серийным убийцей? Нужно ли ей позвонить в полицию и сообщить об этом?
Эмма задержала дыхание и продолжила наблюдать. Вскоре она поняла, что это не женщина, которая осталась без чувств.
– Нет, – прошептала Эмма. – Нет, только не это!
Он забрал ее скульптуру! Это была Дэннер; она видела знакомые ботинки и прядь светлых волос. Он обвязал Дэннер с головы до ног блестящей желтой веревкой.
Но это еще было не самое худшее.
У берега на краю воды стояло огромное каноэ из мастерской ее отца, а внутри, привязанный к бортам, словно узник, находился Фрэнсис, опустившийся на колени. Лось, который просил пощады.
– Нет, – повторила Эмма, округляя рот в беззвучном крике.
Ее отец брел по мелководью, он поднял Дэннер и затолкнул ее в распахнутую дверцу на груди лося.
Что он делает?
«Это волшебный фокус, – решила Эмма. – Все равно что уложить женщину в коробку перед тем, как распилить ее пополам».
Потом она увидела, как ее отец взял прямоугольный красный предмет на носу каноэ.
Даже из своего укрытия за пикапом Эмма почуяла запах бензина. Он полил бензином Фрэнсиса и каноэ. Она слышала, как жидкость выливалась из горлышка и расплескивалась повсюду.
Ей нужно было пописать. Немедленно.
Она опустилась на четвереньки и поползла к лесу за пикапом, ощущая мочевой пузырь как жесткий, болезненно сжатый кулак внутри себя. Вскоре она нашла дерево, за которым можно было укрыться, не теряя из вида пляж, спустила шорты и нижнее белье. Эмма ненавидела делать это на улице. Никогда не знаешь, что за насекомые могут прятаться в листве. Или змеи. Однажды она слышала историю о девушке, которая вышла пописать из кемпинга, и змея заползла прямо в нее. Потом у нее появились змееныши. Мэл заявила, что это неправда, потому что змеи откладывают яйца. «Может быть, они вылупились из яиц уже внутри», – сказала Эмма. Неизвестно, произошло ли это на самом деле, но ясно, что когда писаешь в лесу, то с тобой могут случиться всякие ужасные вещи.
Когда Эмма приступила к делу, сидя на корточках на опавшей листве и держась рукой за тонкую березку, она услышала, как кто-то идет по лесу. Но уже было слишком поздно, и она не могла прерваться на середине и спрятаться. Поэтому она нагнулась как можно ниже и продолжила, пока фигура шла по тропинке слева от нее. Затаив дыхание, Эмма смотрела, как Уинни проходит не более чем в десяти футах от нее.
Уинни была одета в такой же наряд, как в тот день, когда она прыгнула в бассейн и спасла жизнь Эмме. Ее парик выглядел как точная копия парика Дэннер, словно они с Дэннер – родные сестры.
Может быть, это тоже часть фокуса.
Эмма все еще писала, и ей казалось, что это будет продолжаться бесконечно, когда Уинни вышла из леса и направилась к пляжу.
– Ты опоздала, – услышала она голос своего отца.
Уинни приблизилась к каноэ, но держала голову опущенной, словно осматривала землю перед собой.
Она тихо спросила про куклу.
– Я привез ее, – ответил отец Эммы. – Она уже внутри.
У Эммы дух захватило от такого предательства. Как мог ее отец забрать Дэннер, как они с Уинни могли совершить такую ужасную, неописуемую вещь?
Уинни кивнула, отвязала веревку от дерева и толкнула каноэ, а потом забралась на нос. Отец Эммы занял место позади, за лосем. Они взяли по одному веслу и начали грести.
Эмма встала, надела шорты и подождала, пока они не отплывут подальше, а потом молча бросилась в воду, решительно намеренная остановить их, чего бы это ни стоило.
Глава 76
Отчалить от берега оказалось проще, чем он думал. Каноэ стояло прямо. Для Уинни было достаточно места впереди, а Генри устроился сзади, за лосем, от которого несло бензином. Они молча выгребли на середину озера, направляясь к тому месту, где он когда-то утопил тело Сьюзи в одежде, набитой камнями. Где она ушла на дно и с тех пор не появлялась. Он вспомнил, как плавал кругами и смотрел, как она тонет; ее белые призрачные волосы опускались все ниже и ниже, пока не превратились в крошечную точку вроде отражения звезды в воде.
Его весло разрезало воду. Генри посмотрел на рябь позади и подумал, что видит внизу ее лицо. Сьюзи смотрела на него, ее лицо было омыто звездным сиянием.
Он верил, что Сьюзи каким-то образом стала озером. Ее дух повсюду, плещет в борта каноэ, манит и дразнит, направляет их туда, куда она хочет.
– Я думал, ты хотела сжечь одежду и парик, – обратился он к Уинни. Когда он выглядывал с левой стороны от лося, то мог видеть ее спину. Светлый парик блестел, как сигнальный огонь. Он закрыл глаза и вслушался в плеск воды.
– А где дневник? Ты говорила, что хочешь положить его в лося и тоже сжечь.
Она не отвечала.
– Уинни?
Она молчала, только начала грести немного сильнее.
У Генри запершило в горле от паров бензина. Он посмотрел на другой берег. Туда было далеко плыть, и он был не уверен, что у него получится. Слишком большая дистанция для человека, который боится воды. Генри пожалел, что не надел спасательный жилет, и о том, что позволил Уинни уговорить себя на этот шаг.
Ему показалось, что он что-то видит в воде – утку или, может быть, баклана. Это что-то медленно двигалось к ним.
Он заставил себя отвернуться, начал грести сильнее и быстрее, глядя на задние ноги лося, ампутированные у коленей. Теперь ему казалось, что он слышал приглушенный стон внутри.
Сдавленный голос. Нет,
Белый шум.
Но эти голоса исходили не от лося. Они доносились с берега, с того пляжа, который они только что оставили позади.
Генри продолжил грести, но обернулся и посмотрел на пляж. Нечто в воде по-прежнему плыло за ними.
Теперь Генри стал думать, что это не утка, не баклан и даже не Сьюзи. Он представил лягушек, оставленных в аквариуме, – стеклянный ящик, наполненный бледными, раздутыми телами. В каком-то другом измерении эти лягушки преследовали его: распухшие, вонючие и безмерно мстительные.
Это метаморфоза, пупсик.
Но там, на пляже за лягушками, виднелись две фигурки, которые прыгали вверх-вниз, махали руками и звали его. Они выглядели как куклы, далекие и нереальные. Женщина со светлыми волосами в развевающейся одежде и мужчина, машущий электрическим фонариком.
Светловолосая женщина была похожа на Уинни, чего не могло быть: Уинни находилась перед ним и работала веслом. Мужчина, как думалось Генри, был довольно похож на Билла Лунда.
Они изо всех сил выкрикивали его имя. И что-то еще.
Что-то насчет Сьюзи.
– Это Сьюзи! – вопили они.
Но этого опять-таки не могло быть: перед ним сидела Уинни, переодетая как Сьюзи. Даже несмотря на то, что она обещала сжечь одежду и парик. Несомненно, это была Уинни.
– Уинни?
Генри посмотрел из-за лося на Уинни, которая с улыбкой повернулась к нему. Лишь теперь, когда она смотрела прямо на него и он видел ее лицо, понял, что это вовсе не она.
– О, боже мой, – пробормотал он.
Этого не может быть. Так не бывает.
Но какая-то часть его сознания уже знала правду.
– Удивлен? – спросила она. – Ты еще ничего не видел, пупсик. Самое лучшее я приберегла под конец.
Глава 77
Кто-то громко постучал в дверь хижины, и Уинни закричала через клейкую ленту, закрывающую рот, и так сильно стала дергаться в своих путах, что стул упал на пол. Билл Лунд вломился внутрь. Уинни была почти довольна, когда увидела секундное ошеломление на его лице, которое сменилось неуверенностью в том, что делать дальше. Он застыл на две-три секунды, потом подошел к Уинни и снял клейкую ленту с ее рта.
– Сьюзи, – выдохнула она. – Она здесь! Она выглядит совсем по-другому, но это она. Она жива, и она вернулась!
– Знаю, – сказал Билл. – Но где она теперь?
– На озере, вместе с Генри. О, господи, что она собирается сделать с Генри?
– Я следовал за Генри от его дома, – объяснил Билл. – Должно быть, пропустил поворот на озеро. Я так и думал, что он приедет сюда.