Дженнифер Макмахон – Разоблачение (страница 66)
Чьи-то руки схватили его за воротник рубашки. Его потянуло вверх.
Он оттолкнул руки, но ему необходимо было дышать. Лишь один глоток драгоценного воздуха, и он снова опустится под воду.
Теперь он стал пробиваться к поверхности, а его спаситель по-прежнему крепко держался за воротник рубашки. Он вынырнул, поймал ртом воздух и услышал голос Эммы:
– Папа!
Он повернулся и увидел, что Эмма хватается за его рубашку.
– Но ты же ушла под воду, – сказал он, кашляя и отплевываясь, а потом потянулся к ней дрожащими руками.
– Я думала, что ты тонешь, – она сама тяжело дышала.
– Нет. Это же ты только что тонула.
Он прижал ее к себе; оба дрожали и работали ногами под водой. Эмма была в шортах и футболке. Никакой развевающейся одежды. Никаких венков и ожерелий из водорослей, вплетенных в ее волосы и обернутых вокруг шеи.
Возможно ли, гадал Генри, что человеческие страхи могут обрести самостоятельную жизнь? Это ли сущность призраков – вещей, вызванных к жизни нашими тревогами и волнениями, бессознательной энергии, обретающей почти физическое воплощение?
Сьюзи, словно игривая выдра, плавала вокруг Генри и Эммы.
– Уже думала, что мы потеряли тебя, – сказала она. – Что случилось, Генри? Ты же был отличным пловцом. Очень грустно, что тебя спасает маленькая девочка.
Где-то за ними лось трещал и ломался, когда пламя распространялось все дальше. Но за шумом огня был слышен другой звук – низкий стон, как будто лось кричал от боли.
Это был почти человеческий звук, но вместе с тем жужжащий и лихорадочный: все тот же белый шум.
Барахтаясь в воде, Генри вспомнил вес и упругую плотность куклы Дэннер. То, как он положил ее в своей студии, словно жертву на алтаре.
– Папа! – закричала Эмма. – Ты должен вытащить Фрэнсиса! Скорее! Нужно спасти Дэннер.
Еще один жужжащий стон раздался откуда-то изнутри лося.
Генри вспомнил, что это именно Тесс швырнула тогда камень. Это она подмешала сонное зелье в бокал Сьюзи. Но это Генри набил ее одежду камнями и притащил ее на середину озера, но именно Тесс убила ее.
Он принялся бешено грести к пылающему остову лося. Генри снова сражался с водой, стараясь оставаться на плаву и двигаться вперед. Его лицо то и дело опускалось вниз. Он заглатывал озерную воду, отплевывался и кашлял.
– Дэннер! – закричала Эмма и быстрым кролем поплыла к горящему лосю.
Плавательные мышцы Генри стали жесткими и непослушными, но вскоре он набирал ход, по-прежнему глотая воду. Его тело вспомнило все и взяло верх над ним, преодолевая сокрушительный страх его ума. Он всегда был сильным пловцом. Самым сильным и быстрым из них.
– Ты опоздал, Генри, – закричала Сьюзи. – Ты выглядишь жалким!
Жар, исходящий от лося, был слишком силен. Его рога обрушились, голова наклонилась вперед и повисла словно на ниточке. Его спина была объята пламенем. От хвоста не осталось ничего, кроме углей и пепла.
– Преступление из-за неразделенной страсти, – прокомментировала Сьюзи. – Ты обнаружил, что жена изменяет тебе с другой женщиной, и сломался. Так болезненно и так трагично! Это наверняка попадет в шоу «Суд идет»!
Генри подплыл ближе к лосю, и правда обожгла его как некий особенный огонь. Он повернулся к Сьюзи:
– Что ты натворила?
Она рассмеялась.
– Ох, Генри. Вопрос в том, что ты натворил.
Теперь Эмма была рядом с ним.
– Дэннер, папа! – пищала она.
– Назад, – рявкнул он дочери. Потом он задержал дыхание и ушел под воду.
Он нырнул вниз и вперед, затем потянулся вверх. Пока не нащупал деревянный корпус. Теперь он находился под лодкой. Вскидывая руки, он схватился за борт каноэ (пальцы затрещали от жара) и дернул ее вниз со всей силы. Каноэ клонилось набок, затем перевернулось. Он вынырнул за глотком воздуха с другой стороны.
Его легкие были забиты густым дымом. Куски горящего лося отвалились от тлеющего каркаса и образовали маленькую пламенеющую регату. Туловище лося, – или то, что от него осталось, – быстро начало погружаться.
– Скорее, папа! – закричала Эмма. Она плавала рядом с тонущим лосем. Он визуально оценил ситуацию и понял, что дверца находится внизу. Генри обхватил туловище; обугленное дерево еще горячее, но пламя погасло. Левой рукой он нащупал дверцу с обратной стороны. Потом он вдохнул воздух, нырнул и потянул дверцу на себя. Эмма вдруг оказалась рядом с ним и тоже начала тянуть. Но дверцу заклинило. Они ощупали края и стали стучать и цепляться за них. Генри пришлось снова подняться на поверхность, но Эмма, – их дочь как будто отрастила плавники и могла вечно оставаться под водой, – и к тому времени, когда Генри сделал режущий вдох и снова нырнул, то увидел, что Эмма открыла дверцу. Теперь была ее очередь подняться за воздухом.
Фигура, обмотанная веревками, билась и отталкивала его, когда он вытаскивал ее из скелетных останков лося. Он потерял хватку, и тело выскользнуло из рук и стало погружаться вниз. Тогда он нырнул глубже, схватился за желтую веревку и поднялся на поверхность.
Барахтаясь в воде с помощью Эммы, они неуклюже размотали наполненную водой веревочную мумию, под которой скрывалась кукла. Генри сорвал мокрую ткань с ее лица.
– Папа! Нет! – закричала Эмма, но потом она увидела, что под тканью лицо ее матери. Глаза Тесс были распахнуты от паники, рот заклеен пленкой.
– Мама? – закричала Эмма. – Ты – это Дэннер?
Генри и Эмма освободили ее от остатков веревки и кукольного костюма Дэннер, убрали с ее рта клейкую ленту. Тесс хватала ртом воздух, кашляла и содрогалась всем телом.
– Генри, – наконец прошептала она и прижалась к нему обнаженным телом. Она дрожала, но с ней все было в порядке.
Тесс тихо вскрикнула.
– Ш-ш-ш, – успокоил ее Генри. Ты в безопасности. Теперь все будет хорошо.
– Сьюзи, – Тесс с трудом перевела дыхание и посмотрела на воду. – Ее больше нет.
Они посмотрели туда, где только что была Сьюзи, – искали взглядами рябь на воде, пузырьки, что угодно, – но она ускользнула. Остался лишь светлый парик, плавающий на поверхности воды.
Глава 82
– Я подошел близко к тому, чтобы связать все вместе, – сказал Билл Лунд.
Они собрались на пляже вокруг пикапа Генри и ждали, когда приедет полиция. Тесс завернулась в заляпанную краской холстину, валявшуюся в кузове. Она дрожала и никак не могла согреться. Генри стоял рядом с ней, но их тела почти не соприкасались. Время от времени, когда ее охватывал приступ острого кашля, он наклонялся и осторожно похлопывал ее по плечу, как старая тетушка. Эмма сидела со скрещенными ногами на большом плоском камне в центре пляжа. Она держала в руке мокрую садовую перчатку – все, что осталось от куклы Дэннер.
– Я проследил за Тесс до дома Клэр Новак и видел, как Клэр расхаживает в хижине, – рассказал Билл. – Я подозревал, что это Сьюзи, но не имел твердых доказательств. И разумеется, я не имел понятия, что вы все считали ее мертвой.
Генри уже объяснил, что десять лет назад произошел… несчастный случай.
– Я вплавь доставил ее тело к центру озера, – сказал он Биллу. – Потом я видел, как она ушла на дно.
Тесс до сих пор не могла поверить в случившееся.
Сьюзи оказалась жива.
Клэр на самом деле была Сьюзи. Это было невероятным.
Страсть: вот чего не хватает.
Она представила руки Клэр. Потом усердно постаралась вернуться в прошлое и увидеть руки Сьюзи. Неужели это были одни и те же руки? Да, она могла изменить форму лица, цвет глаз и волос, – но разве Тесс все равно бы не узнала ее? Можно ли узнать человека по его рукам, по мелким жестам, которые невозможно скрыть?
Возможно ли, что Тесс настолько изголодалась по любви и вниманию человека, который действительно мог бы понять ее, что она не обращала внимание на предупредительные знаки?
Как это трогательно. И как жалко.
– Она оставила мне одежду и парик, а потом писала в моем дневнике, – сказала Уинни. – Это на самом деле была Сьюзи. Только не в призрачном варианте.
Билл кивнул.
– Не могу поверить, что все это время она была жива, – добавила Уинни.
– Она была жива и вынашивала мстительные планы, – уточнил Билл.
Тесс прикоснулась к плечу, где остались слабые отметины от зубов Сьюзи.
«Ты хочешь спастись, Тесс?»
– Когда она вернулась в хижину и связала вас, то что-нибудь сказала по этому поводу? – обратился Билл к Уинни.