Дженнифер Кларк – За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии (страница 15)
Новая эра «Ювентуса» – и превращение футбола из развлечения в бизнес – началась 22 октября 1922 года, когда состоялся первый матч на стадионе «Ювентуса», в честь которого о ворота была разбита бутылка шампанского. «Ювентус» одержал победу над «Моденой» со счетом 4:0. Никто не удивился, что спустя девять месяцев Эдоардо Аньелли назначили президентом. Клубу нужен был менеджер, который возглавит его в период трансформации и обеспечит окупаемость вложений в новый стадион – и Эдоардо с этой точки зрения был идеальной кандидатурой. И еще нужен был кто-то с толстым кошельком, потому что для завершения трансформации одних членских взносов было недостаточно. Так, Пьеро Пирелли был президентом футбольного клуба «Милан» с 1909 по 1928 год, и именно на его средства был построен стадион «Сан-Сиро», а сенатор Борлетти в 1926 году приобрел «Интер». Спустя год после того, как Эдоардо стал президентом «Юве», друг семьи и производитель алкогольных напитков Этторе Мороне Чинзано встал во главе основного конкурента «Ювентуса» – футбольного клуба «Турин».
С точки зрения Джованни и Эдоардо, вложение средств в «Ювентус» было еще одним способом инвестировать часть прибыли, заработанной в годы Первой мировой войны. Кроме того, незадолго до этого семья приобрела акции страховой компании «САИ»[8], а также роскошные магазины «Ринашенте», созданные по образу парижской «Галери Лафайет».
Новые стадионы были важны, но для того, чтобы футбол стал бизнесом, способным вырасти в гиганта современной индустрии развлечений, ему необходимо было избавиться от репутации любительской забавы. Это случилось в 1926 году, когда правительственный орган, ведавший делами спорта, разрешил привлекать профессиональных игроков и их трансферы между командами. В тот же год Эдоардо нанял первого профессионального тренера клуба, венгра Джено Кароли, который познакомил Италию с новым методом игры, требовавшим высокого уровня технического мастерства. «Ювентус» больше не был кучкой школьников, гоняющих мяч по полю. Команда начала свое триумфальное восхождение. Футбол постепенно становился похож на тот вид спорта, каким мы его знаем. Так, например, в 1925 году фанаты «Ювентуса» организовывали поездки на автомобиле или поезде в Болонью и Верчелли, чтобы посмотреть матчи команды.
Благодаря лидерским качествам Эдоардо, а также его стилю и деньгам «Ювентус» постепенно становился лучшей футбольной командой. Прежде игроки могли быть профессионалами, но не иностранцами. Эдоардо нашел хитроумный способ обойти это правило: он стал приобретать игроков, которые родились в Аргентине в семьях итальянских эмигрантов. Так он переманил из Аргентины в Турин Раймондо Орси на сезон-1928/29, посулив тому бонус 100 000 лир, зарплату 8000 лир, «Фиат 509» и квартиру.
С 1931 по 1935 год «Ювентус» выиграл в пяти чемпионатах подряд. Ни одна команда не побила этот рекорд – до тех пор, пока сам «Ювентус» не одержал девять побед кряду, с 2011 по 2020 год. Идентичность команды теперь была неразрывно связана с именем семьи Аньелли и «Фиатом». В 1931 году команда впервые сыграла матч против «Верчелли» в Виллар Перозе, на котором присутствовали члены семьи Аньелли и работники завода «РИВ». С тех пор эти матчи превратились в ежегодную традицию.
Своим успехом «Ювентус» обязан новому мощному инструменту коммуникаций: радио. До сих пор фанаты команды взахлеб читали многочисленные газеты о спорте или ездили по городам вслед за своей командой, чтобы вживую посмотреть игру. За пять лет, в течение которых «Ювентус» одержал серию побед в чемпионатах, число абонентов радио выросло с 242 000 в 1931 году до 1 миллиона в 1938-м.
Для маленького сына Эдоардо Джанни поездка с отцом на стадион, где шла игра «Ювентуса» или тренировка игроков, способствовала укреплению отношений между ними. Любовь к команде и любовь к отцу стали для мальчика синонимами. Впервые Эдоардо взял Джанни на стадион, когда ему было всего четыре года, в 1925 году. Собравшееся на тренировочной площадке руководство команды с восторгом наблюдало, как Эдоардо выводит маленького сына из своего «Фиата».
«Отца я запомнил большим, важным человеком, – вспоминал Джанни в интервью писателю Марио Пеннаккья. – Когда он впервые взял меня с собой на матч «Ювентуса», я был еще совсем ребенком. На поле был игрок по имени [Ференц] Хирцер, венгр, которого отец только что купил. Он был невероятно быстрым, и все руководство команды пришло посмотреть на его игру. В качестве проверки они велели ему пробежать поле из конца в конец – и он пулей рванул вперед».
Эдоардо провел на поле освещение, чтобы команда могла тренироваться и по ночам, и внедрил дисциплину, которую привил ему отец и к которой он сам привык за время обучения в Военной академии Модены. Эдоардо и Вирджиния дали «Ювентусу» не просто деньги и собственные управленческие навыки – но особый стиль, шик и социальные связи. Теперь игроки должны были носить галстук в свободное от игры и тренировок время. Наследный принц Умберто и принцесса Мари-Жозе сделались страстными поклонниками футбола и 19 марта 1930 года даже посетили матч против миланской команды «Амброзиано».
В качестве ответной любезности супруги Аньелли устроили венценосной чете роскошный ужин в вилле Аньелли на Корсо Оппорто. Ему предшествовали масштабные приготовления. Перед приходом гостей дворецкий обошел комнату за комнатой с горящими углями, политыми ароматными маслами, чтобы напитать ими шторы и гобелены. В обеденной зале накрыли стол скатертью с великолепной вышивкой и кружевом, сервировали хрусталем и тонким фарфором, украсили крошечными букетиками роз. В углу залы стояла горничная с горячим утюгом в ожидании, пока закончит свою работу флорист, чтобы тут же разгладить складки на салфетках. Когда все было готово, в холле выстроились дети, чтобы приветствовать чету. Двери распахнул дворецкий в темно-синей ливрее, и вошел наследный принц Умберто – высокий, стройный, ослепительный в своем мундире. Мари-Жозе была высокой блондинкой, на голове ее ярко сверкала диадема.
По случаю победы команды в июне 1932 года в туринском парке Валентино был устроен праздник с 350 гостями, среди которых были видные политические деятели и спортсмены. Была там и Вирджиния с двумя собаками – черной и белой, в цветах формы «Ювентуса». Когда же годом позже вечеринка повторилась, Эдоардо попросил мужчин прийти в смокингах, а дам – в вечерних платьях.
Окрыленные успехом «Ювентуса», Эдоардо и Вирджиния взялись за новый проект: лыжный курорт Сестриере, где Эдоардо даже участвовал в проектировании подъемника и лыжных трасс. Их целью было составить конкуренцию Санкт-Морицу и Кортине, куда традиционно ездила элита, увлеченная этим новомодным зимним видом спорта.
Как и в случае с гонками и футболом, семья Аньелли занялась развитием лыжной моды, когда лыжи еще только набирали популярность как вид спорта. И так же как гонки и футбол, лыжный спорт в те годы разительно отличался от того, что мы видим сейчас. Не было ни толпы у подъемников, ни относительно удобного снаряжения, используемого в наши дни на лыжных базах. На протяжении тысячи лет в Европе и в Китае были в ходу примитивные лыжи, а в скандинавских странах, России, Польше и Финляндии лыжи даже использовались во время военных действий начиная с XV века. Лишь после того, как норвежец по имени Сондре Норхейм в 1868 году разработал лыжи «Телемарк», которые легче было контролировать на поворотах, лыжи стали популярным видом спорта.
Во время своей поездки в Норвегию в 1928 году Джованни Аньелли зачарованно наблюдал за норвежцами, стремительно спускавшимися на лыжах со Скандинавских гор. Да и как тут остаться равнодушным? Ведь он вырос у подножия Итальянских Альп, но до тех пор, пока не появились подъемники и бугели, всем, кто катался на лыжах в Альпах, приходилось подниматься в горы пешком. Именно Джованни пришла в голову идея создания горнолыжного курорта. Случилось это, когда однажды он сидел в Виллар Перозе и любовался снежными вершинами. «Почему мои внуки ездят кататься на лыжах в Швейцарию и Кортину, когда здесь у нас есть свои горы?» – подумал он.
Первым делом он учредил лыжный «Кубок Аньелли», приз, которым награждались победители соревнований 1929 года в Колле Сестриере. В этом масштабном мероприятии принимали участие 3000 лыжников со всего Пьемонта, объединенные в 18 команд. Среди них был даже кронпринц Умберто, а Эдоардо и Вирджиния наблюдали за соревнованиями вместе с другими важными гостями и аристократами. Эдоардо лично вручил кубок команде-победительнице из Бардонеккьи.
И хотя к созданию курорта Джованни подтолкнуло желание завлечь туда молодых членов своей семьи и патриотическое стремление сделать Италию новым направлением для любителей горнолыжного спорта, неудивительно, что при своей любви к технологиям он решил создать самый современный курорт с первым в Италии моторизованным подъемником. Этот проект он передал Эдоардо. Весной 1929 года Эдоардо пригласил туринского инженера Витторио Бонаде Боттино на обед в Виллар Перозу, где молодой наследник и его жена изложили ему свои планы. После обеда инженер вместе с Вирджинией отправились на ее двухместном «Фиате» за 100 километров к западу от Турина «на большой скорости до места, расположенного недалеко от итало-французской границы, не без нескольких заносов на поворотах, на которые бесстрашная Вирджиния, управлявшая автомобилем, реагировала веселым смехом», вспоминал Бонаде.