Дженнифер Бенкау – Ее темное желание (страница 82)

– Возвращайся домой.

И магия вернулась. Наконец-то она пришла.

Она обрушивалась на эту землю, становясь все быстрее, бешено мчась. Она вырывалась из земли и сходила с небес.

Когда магия наполнила шар и вся ее энергия пронизала мое тело, я едва не упала без сил. Йеро помог мне удержаться на ногах. Фемаршала нигде не было видно. Наверное, она сбежала.

– Теперь сделай это, Лэйра.

Глава 65

Лэйра

Я двигалась куда-то против воли. Я не могла это контролировать. Ноги были словно парализованы, словно увязли в трясине. И все же я будто парила в воздухе.

Я видела сон. Я видела сон о самой себе, о той части меня, что была спрятана где-то глубоко, – она была родом вовсе не из Немии; сон о забытом наследии волшебницы.

Мне снилось, как я целую Аларика и он пытается меня удержать, но я отстраняюсь от него.

Мне снилось, как я беру с Вики обещание отвести остальных домой, и прямо сейчас, как можно быстрее, пока границы еще открыты и любой может их пересечь.

Мне снилось, как я прошу Десмонда и Кадиза воплотить в жизнь все, что они планировали для Немии, и не позволять никому их остановить – даже самым близким людям. Они были нужны Немии.

Я видела себя – видела, как я приручаю дикую магию Алсьяна-Дэра. Она стекалась ко мне, словно я притягивала ее. Она втекала в мой шар, все больше и больше, и ее дикая сила смешивалась с моей магией, сияя изумрудным и бирюзовым. Она подчинялась моей воле, становилась моей, склонялась передо мной – и делала это по доброй воле. Медленно, очень медленно мой шар наполнялся разными цветами, пока в моих руках не оказалась вся магия этого Царства.

Я осторожно заключила его в свои ладони. Как что-то настолько могущественное может быть настолько хрупким? Нечто настолько ужасное – настолько прекрасным? Что-то настолько непростительное – абсолютно необходимым?

Я была там, куда привело меня мое предназначение. Здесь я должна была быть. Эта сила должна принадлежать мне.

Теперь я знала, кто я.

Почему же это причиняло мне такую печаль?

Я изо всей силы сжала шар, выдавливая из него магию, капля за каплей. И этой магией я короновала нового Повелителя Алсьяна-Дэра; Повелителя, который защитит Немию от дэмов, как до него это делал Риан Цира.

Прости меня, Йеро; хоть ты прости меня. Сама я себя никогда не прощу до конца.

Пробуждаясь, я услышала, как детский голос шепчет:

– Я требую от тебя исполнения твоей мечты.

Это был мой голос.

Глава 66

Лэйра

Когда я пришла в себя, последние нити моего сна переплетались с туманным облаком действительности. Я была одна, совсем одна, и вокруг, в руинах замка, пылало множество огней – маленьких и больших.

Потом я поняла, что это был вовсе не сон – что я видела все это на самом деле. Что, ведомая магией, я сделала то, что должна была.

Ноги дрожали. Я опустилась на землю посреди руин, стоять было тяжело, будто я сама превратилась в камень. Магия волшебницы была слишком тяжела для меня. Будто я стала единым целым с руинами замка, погрузилась в камень и сама слилась с ним.

Это меня больше не волновало. Камень не может испытывать отчаяние. Камень не может быть жестоким. Тот, кто стал камнем, не страдает от решений, которые приходится принимать.

Мне показалось, что я слышу, как мое сердце с последним ударом обращается в камень. Слышался скрежет. Болела рука.

Я снова пришла в себя, потому что что-то не давало мне спать. Я же была камнем. Почему тогда я ощущала себя такой мягкой, такой податливой, такой слабой? Голова лежала на чем-то теплом, и легкое покачивание тут же снова погрузило меня в новый сон, сотканный из воспоминаний. Прекраснейших воспоминаний. Они напоминали об обещанном будущем и были горькими и сладкими одновременно, потому что обещание неизбежно остается лишь мечтой.

– Тебе надо уходить.

Эти слова развеяли сон. Я бы разозлилась, если бы не соскучилась так сильно по этому голосу. По чувству, что меня держат сильные руки. По дыханию, которое я любила больше, чем чье-либо.

– Ты совершила невозможное, Лэйра.

– Я невозможная лгунья, – пробормотала я. – Я останусь с тобой. Я должна остаться с тобой. Я всегда этого хотела, понимаешь? Я не могу быть там, где нет тебя.

Он должен был рассмеяться. Он всегда смеялся. Но вместо этого его пронизала дрожь. Он поцеловал мои волосы и ничего не сказал. Он молчал долго. В какой-то момент, после того как дрожь успокоилась и я ощутила влагу на своих волосах, словно начался дождь, он сказал:

– Я давно позволял другим управлять моей жизнью. Сначала ради своего происхождения, ради положения. Потом, на десять долгих лет, я заложил ее своему хозяину. А теперь… – Он сглотнул. – Но, Лэйра, рядом с тобой я был свободен, понимаешь? Когда мы были вместе, ты и я, тогда я мог дышать. Мне и правда казалось, будто я свободен. Но потом пришел посланник хозяина и я получил задание убить наследницу рода эс-Ретнея – уничтожить ее. Я был совершенно сломлен, когда осознал, что это ты.

– Но у тебя не было выбора. Калейя…

– Да, я хотел спасти Калейю. Но и тебя тоже. Когда я отказался, хозяин прислал другого.

– И тогда тебе пришлось соврать о моем происхождении, чтобы…

– Я разрушил твою жизнь, чтобы спасти тебя. Было несложно найти человека, который был бы немного похож на тебя и согласился за деньги сказать, что переспал в подходящее время с твоей матерью. Я знал о ней и о тебе достаточно, чтобы придумать для него убедительную историю, в которой князь не стал бы сомневаться. С этого момента наследницы рода эс-Ретнея больше не существовало, и мое задание было исполнено. А твоя жизнь разрушена.

Я покачала головой:

– Подверглась сильным потрясением, да. Но не разрушена.

Он тихо рассмеялся.

– Это я понял, как только ощутил твой кинжал у своего горла.

– Ты мог бы мне рассказать, – пробормотала я, уткнувшись в его мовлэ, но тут же я поняла, что заклятие, которое наложил хозяин, не давало ему это сделать. Оно едва не убило Аларика, когда он был вынужден заговорить об этом, чтобы спасти меня.

– Я это сделал, – тихо ответил он. – Я позаботился о том, чтобы ты видела, кто тебя предал. Ты должна была возненавидеть меня, чтобы не тосковать обо мне. Тогда тебе было бы легче забыть про эту любовь. Мой хозяин – настоящий монстр. Он человек, но намного хуже любого виденного мной дэма. Предав тебя, я отправился в Эшриан на три года, чтобы оказаться как можно дальше отсюда.

– И все же мы снова нашли друг друга.

– Она об этом знала, твоя прародительница. Она дала мне рассекатель времени, чтобы с его помощью я спас жизнь. Свою собственную. Она сделала это для тебя, Лэйра. Потому что я еще мог пригодиться.

– А что с этими ужасными магическими оковами? Их больше нет? Ты теперь свободен?

– Определенно. – По его груди снова прошла дрожь, и меня сковал страх. Я потеряла последнюю долговую печать. Ее больше не было. А Кадиз направлялся в Немию. Я не выполнила просьбу Аларика, я не справилась.

– Я не оправдала твоих ожиданий. Мне очень жаль. Твоя сестра…

– Все в порядке, Лэйра. Это не твоя вина. Это с самого начала только моя вина. Я не должен был перекладывать ее на тебя. Теперь я знаю, почему нельзя говорить о своем хозяине, никогда и ни при каких обстоятельствах. Чтобы не дать сделать именно то, что совершил я: переложить долг на кого-то другого. Это не ты не справилась. Это я не справился.

– А твоя сестра?

– Ты должна идти, – произнес он, проигнорировав мой вопрос. Я чувствовала его боль в каждом звуке. Значило ли это, что Калейя погибла? Этого не должно было случиться. Не после того, как он боролся за нее столько лет.

– Я не уйду. Я не уйду без тебя! – Я попыталась встать, чтобы увидеть его лицо, удержать его. Но было слишком темно, а я была слишком слаба. Он с легкостью прижал меня к себе, так что мне было не пошевелиться. – Что же я наделала?

– Ты сделала все правильно. Все. А теперь тебе надо спать, слышишь?

– Почему?

– Потому что я должен рассказать тебе то, чего тебе не следует слышать. И под конец ты сочтешь меня сентиментальным слабаком, – прошептал он. – Потому что я должен с тобой расстаться, потому что ты будешь нужна Немии. И потому что я не могу больше ждать. Каждое мгновение – это еще одна ошибка. Я должен снова восстановить границу, Лэйра. Иначе скоро не останется никакой Немии.

Я ощутила, как его губы коснулись моего лба, и тяжесть опустилась на меня, как бы я ни сопротивлялась. Что он имел в виду – «границы»? Что все это значило?

Потом, когда я проснулась… Я могла думать только о том, что должна как можно быстрее сказать ему, как сильно я его люблю.

Интерлюдия

Месяц спустя

Он не мог поддерживать огонь вечно.

Оно нравилось ему – его Царство, состоящее из огня, пепла и дыма. Несмотря на то что вид пламени теперь стал для него невыносим, потому что его глаза изменились – стали черными как уголь и видели в темноте; а вот любой источник света ослеплял его, вынуждая отворачиваться. Но само его существование стало утешением, тепло огня было словно частица родины в этом холодном как лед месте, которое теперь принадлежало ему.

Но постепенно огонь уничтожил почти все, выжег все, что не успело сбежать в глубину страны, и настало время, когда он предложил огню отступить, прежде чем тот ослабеет и потерпит поражение. Видеть это было бы для него невыносимо.

– Милорд.