Дженнифер Бенкау – Ее темное желание (страница 39)

Повелитель дэмов показал на салфетку, лежавшую рядом с тарелкой Десмонда. Тот поднял ее дрожащей рукой, и его взгляд упал на лежавший под ней кинжал с клинком, богато украшенным гравировкой. Ему не нужно было присматриваться поближе – он знал, что на нем изображены горы Немии. Он сам заказал эту гравюру, подготовил эскиз и, чувствуя, как тепло согревает сердце, показал ювелиру, какие мелкие детали для него особенно важны.

– Кадиз Хелльна, – мрачно и хрипло произнес Повелитель дэмов. – Третье имя – «Кадиз». А теперь скажи мне, кого мы поддержим – Кадиза или Лэйру, Лэйру или Кадиза. Почему мне начинает казаться, что ты уже не в первый раз стоишь перед этим выбором?

Глава 26

Лэйра

Зена Алсьяна, Зена Алсьяна, Зена…

Что-то вырвало меня из темноты. Ничего не было видно, я лишь ощутила резкую боль в руке и услышала тяжелое дыхание. Повелитель дэмов убьет меня, подумала я и, сжав кулак, нанесла удар. В ушах шумела кровь, и еще снова и снова повторялись эти два слова: Зена Алсьяна, Зена Алсьяна, Зена…

– Лэйра!

Мой кулак во что-то врезался, и в тот же момент я поняла, что значит слово, которое я только услышала: мое собственное имя.

Я поспешно потерла лицо, стирая с него что-то склизкое, мутно-зеленое, состоящее из водных растений, и наконец снова обрела способность видеть. Согнувшись, я стояла по пояс в воде в каком-то озерце. Йеро крепко держал меня за плечи, и, если я правильно разглядела его кровоточащие губы, это ему я только что как следует заехала по лицу.

– О нет, – прошептала я. Голос звучал сипло. – Это была я? Извини.

Йеро встревоженно посмотрел на меня. Если бы я не знала его лучше, я бы решила, что его лицо выражает растерянность. На берегу пруда сидела Вика, уткнув в ладони заплаканное лицо. Бледный Аларик стоял у нее за спиной и тяжело дышал, слегка приоткрыв рот. Как раз в этот момент он натягивал на свой мокрый торс предмет одежды, который я никогда не видела раньше, – ни на нем, ни на ком-то другом. Я знала о нем только по картинкам в книгах.

– Нам показалось, что мы потеряли тебя, – тихо сказал мне Йеро. – Прошла целая вечность, прежде чем ты вынырнула, а когда это случилось, ты просто лежала на воде, ровно и неподвижно, будто ты…

Меня трясло. Йеро помог мне выбраться на скользкий берег и позволил мне рухнуть прямо в руки Вики.

– Что вообще произошло?

Вика всхлипнула несколько раз, прежде чем обрела способность говорить хоть сколько-нибудь внятно.

– Волна поднялась и утянула нас под воду. Здесь мы вынырнули – мы все. Даже наши мешки всплыли в этом пруду, и твой мюродем вместе с поясом. Ты его, наверное, потеряла. Только ты… тебя не было.

– Не было… – Я ощупала свое тело, проверяя, все ли на месте. То, что я потеряла в воде клинок, мне не пришло в голову. Коснувшись шеи, моя рука застыла, и, хотя я должна была радоваться, что выжила, грудь сдавила печаль. Мой круглый камушек пропал.

– Как долго меня… не было?

– Слишком долго, чтобы тебе хватило воздуха, – рассудительно произнес Аларик. Мне было не разобрать, что выражает его взгляд. Аларик смотрел на меня так, будто знал обо мне что-то, что его тревожило.

– Я не знаю, что произошло. – Я так замерзла, что могла врать, не боясь покраснеть. Я собиралась рассказать правду остальным, но не Аларику. Он не должен был ничего узнать о моей встрече с Повелителем дэмов – для этого я ему все еще слишком мало доверяла.

К своей радости, в отдалении я наконец разглядела Каэ.

– Каэ вытащила меня, – тихо сказала Вика. – Я же не очень хорошо плаваю.

В конце концов я почувствовала такое облегчение, что все остались живы и целы, что даже не стала возражать, когда Вика принялась осторожно осматривать рану у меня на голове.

– Боюсь, придется просто подождать, пока заживет, – сказала она. – У нас нет ничего хоть чуть-чуть сухого, чтобы перевязать.

Аларик поднял сочащийся водой заплечный мешок, держа его за ремни.

– Идем дальше? Или, может, раз уж все промокло, поплывем?

Кое-кто тут слишком сильно переживает обо мне, подумала я, подавив разочарование. Было лучше, когда он вообще обо мне не думал.

Когда я поднялась на ноги, меня слегка пошатывало. Наши припасы были в худшем состоянии: сушеное мясо можно было есть и мокрым, но теперь оно не могло долго храниться. Хлеб и травы пришли в негодность, а сыр от воды стал склизким. Моя карта Немии промокла и могла порваться от любого неверного движения. Но само изображение не пострадало. В Немии был день – дождливый летний день, и я даже на расстоянии ощутила эту хрупкую смесь облегчения – ведь дождь нужен для хорошего урожая – и страха перед водопадами и наводнениями.

И все-таки теперь мы оказались в сердце Царства дэмов. Нас окружали болота, каких я еще никогда не видела. В Немии болота окрашены в глубокие оттенки зеленого и коричневого. Здесь все казалось неожиданно светлым – пруды и озера переливались различными цветами, от светло-голубого до бледно-зеленого, и только темно-зеленые лианы выделялись в прозрачной воде. Поднимаясь из глубины, они оплетали деревья. Юркие разноцветные стайки рыб уворачивались от огромных теней, которые неспешно двигались в глубине, или от черепах, на чьих панцирях светились флюоресцентные узоры.

Похожие узоры обнаруживались и на грибах, ими были усыпаны засохшие деревья, а от запаха, который висел над всем, у меня кружилась голова. Смесь терпкой земли, чего-то сладкого и трав, отдаленно напоминавших известные мне. Если бы у нас было время, я бы собрала какие-то из них и провела опыты, чтобы выяснить, для чего их можно использовать.

– Я иначе себе это представляла, – пришлось признаться мне.

Аларик подошел ко мне.

– Это царство состоит из желаний. Если бы ты прямо сейчас пожелала себе собственное царство, оно точно не было бы темно-серым, черным, как ночной кошмар, и вонючим, верно? – Он ухмыльнулся. – При этом… как ты настроена, таким оно, похоже, и будет.

Я невольно рассмеялась и, хотя была вовсе к этому не расположена, подыграла ему:

– Если оно следует моим желаниям, может быть, ты прямо за следующим…

– Прекратите! – пронзительно выкрикнул Йеро, и я сжалась. – В этом царстве и правда правят желания, это не суеверие.

Аларик подавил смешок.

– Тогда все стало бы для нас слишком просто, тебе не кажется? – Он театрально поднял руки. – Я желаю, чтобы здесь явился Повелитель дэмов, чтобы Лэйра могла пнуть его в его царственную задницу.

Не знаю, было ли дело в перенапряжении или в том, что меня только сейчас отпустила паника, но я в голос рассмеялась, и чем сильнее я старалась сдержать смех, тем сильнее меня трясло, пока у меня не заболел живот, а на глазах не выступили слезы.

– Повелитель задниц, вы нас не слышите? – крикнул Аларик, ни к кому не обращаясь. – Нам нужна аудиенция у вашей задницы.

Чего бы Аларик ни желал на самом деле – он получил увесистый удар по шее от Йеро.

– Побереги свои шуточки, неудачник! С этим не шутят. Желания коварны. Сотни желаний могут затеряться и затихнуть в этом пространстве, оставшись неуслышанными. Но ты никогда не знаешь, какое из них услышат. Нередко они оказываются необдуманными, глупыми – и в этот момент я предпочел бы оказаться от тебя подальше. Желания непредсказуемы, как погода. На них нельзя полагаться. И болота это тоже касается. Если даже ваша нога застрянет в нем, я без промедления отрублю ее, прежде чем оно проглотит вас целиком.

Я пристыженно сглотнула и двинулась вперед, чувствуя себя идиоткой. Кривая ухмылка Аларика не улучшала мое состояние.

Вика задумчиво рассматривала мокрую рубашку у себя в руке и, наконец, натянула ее, хотя стало уже достаточно тепло, чтобы остаться в нижних сорочках без рукавов.

– Не думаю, что мы нарушим здесь какой-то дресс-код, – сказала я и просто повязала рубашку вокруг пояса.

Вика вздохнула.

– Нет, но у меня уже сейчас все чешется – здесь наверняка полно мошек.

– Не будь так пессимистична, – вставил Аларик. – Их всех съели крокодилы.

Лишь недолго мы выискивали путь по твердой земле между озерцами – вскоре на воде показались узкие мостки. Лишь кое-где вдоль настила тянулись перила, сделанные из провисшего каната, и каждые несколько метров приходилось перешагивать через отсутствующие или сломавшиеся доски. Меня слегка тревожило, что дэмы построили мостки, – я не ожидала от них таких проявлений интеллекта. И все же так продвигаться вперед было явно быстрее и безопаснее. Вода под деревянным настилом снова превратилась в вязкую жидкость цвета нефти, из которой поднимались и лопались газовые пузыри. В воздухе висел сладковатый запах. Было тепло, и наша одежда медленно высыхала.

– Слова «Зена Алсьяна» вам что-нибудь говорят? – спросила я, когда Йеро и Вика оказались рядом со мной, а Аларик снова довольно сильно зашел вперед, будто он в своем безграничном любопытстве хотел увидеть все первым.

Вика кивнула, и Йеро тоже ответил положительно. На мгновение я почувствовала себя глупой и необразованной. Наверное, даже Аларик знал, что это значит. Но затем я загнала жалость к себе в дальний угол, где она не могла мне помешать, и прикрыла ее своим обычным прагматизмом. В последние годы я училась не тому, что преподают в университетах.

– Алсьяна – это старое слово, обозначающее Царство теней, – объяснила Вика. – Из времен до Войны Девяти зим, когда у немийцев еще был собственный язык. Жаль, что его больше не изучают. В дальних шкафах в библиотеке еще стоит столько старых книг на этом языке – но даже среди профессоров не осталось никого, кто мог бы на нем читать. Что значит «Зена», я, к сожалению, не знаю.