Дженнифер Барнс – Маленькая жестокая правда (страница 52)

– Я не брошу тебя здесь!

Сэди-Грэйс упрямилась. Она выбралась из этой ямы, но не хотела оставлять меня. К сожалению, я гораздо медленнее отходила от наркотика, который нам дали. К телу только сейчас стала возвращаться чувствительность. Даже если бы Сэди-Грэйс удалось каким-то непостижимым образом вытащить меня из этой открытой могилы, я бы лишь замедлила ее, потому что еще не избавилась от оцепенения и не могла толком двигаться.

– Ты должна. – Я заставила ее послушаться меня. – Я понятия не имею, где мы находимся, но тебе нужно оказаться как можно дальше отсюда, когда она вернется.

Без Сэди-Грэйс в яме стало совсем одиноко. Теперь ничто не мешало мне думать о том, что я, возможно, никогда не выберусь отсюда.

И обо всем, что я, возможно, никогда не смогу сказать.

Я заставила свои руки пошевелиться. Движение причиняло боль. Еще никогда в своей жизни я так не радовалась боли. Раз мне больно, значит, я могу чувствовать. Я чувствую свои руки. А теперь и ноги.

Сэди-Грэйс помогла мне сесть спиной к стенке ямы. Попробовав переместить свой вес, я упала лицом в землю. Мне удалось перекатиться, потому что я прекрасно понимала, что если упаду лицом в землю, на которую тетя Оливия – или кто она там, черт бы ее побрал, – швырнула нас, то, вероятно, задохнусь.

Кто знает, что еще могло случиться?

Сэди-Грэйс позовет на помощь. Я с трудом поднялась на колени, стараясь не думать о том, что моя жизнь сейчас зависела от Сэди-Грэйс Уотерс, которая однажды на полном серьезе сказала мне, что, по ее мнению, у рыб должен быть отдельный рай, потому что в обычном раю люди едят рыбу.

– Сойер?

Я услышала, как кто-то зовет меня по имени.

– Сэди-Грэйс? Вы здесь?

Кэмпбелл. Слава богу.

Глава 55

Моей спасительнице нравится разыгрывать из себя героиню почти так же, как рассказывать мне, что у меня паранойя и бред. Да, история, которую я только что рассказала Кэмпбелл, звучала неправдоподобно, но что из нашей жизни за прошедший год не казалось неправдоподобным? Как бы то ни было, сейчас в первую очередь нужно было найти Сэди-Грэйс и убраться к чертовой матери с Острова Короля, пока наша похитительница не вернулась, а уж потом доказывать Кэмпбелл Эймс то, что я не сошла с ума.

– Пожалуйста, скажи мне, что ты знаешь, как выбраться с этого острова!

Я опиралась на Кэмпбелл, позволяя ей помочь мне доковылять до кромки леса. Возможно, мне бы и самой удалось справиться, но сейчас, пока действие наркотиков еще не закончилось, я бы предпочла любую помощь.

– Конечно, знаю! – парировала Кэмпбелл. – Не вплавь же я сюда приплыла! Мой гидроцикл на берегу, на восточной стороне.

Интересно, нашла ли его уже Сэди-Грэйс? Остров был не таким уж большим. Я повела Кэмпбелл в том направлении, куда ушла моя подруга по несчастью, но пока что ее нигде не было видно. Для человека, совершенно не умеющего быть незаметным, Сэди-Грэйс на удивление хорошо скрыла свои следы.

– Как ты нас нашла? – спросила я Кэмпбелл, выходя на поляну.

Лунный свет заливал все вокруг, позволяя разглядеть ее наряд.

– Кстати, классная накидка!

Под алой мантией на Кэмпбелл было лишь тонкое белое платье и длинные белые перчатки.

– Когда я оказалась единственной из нас четверых, кто явился на посвящение, это меня насторожило. Виктория сказала, что Лили не приняла окончательного решения. Я решила, что вы с Сэди-Грэйс отказались прийти из солидарности. Но потом Виктория объявила, что получила сообщение Лили: «Белые перчатки» должны ждать вас обеих.

– Она взяла с нас обещание, – вспомнила я, чувствуя раздражение. – Но как ты узнала, что мы на острове?

Мне до сих пор было непонятно, как тетя Оливия умудрилась привезти нас сюда.

– Мы узнали, что вы здесь, – раздался голос позади меня, – благодаря парню Сэди-Грэйс и приложению «Найди друга». Сразу после посвящения мы попросили его отыскать вас. Приложение показало, что вы где-то очень близко от нас.

Я резко обернулась, чуть не сбив с ног Кэмпбелл. Через мгновение из леса вышли две фигуры – Виктория Гутьеррес и широко улыбающаяся Сэди-Грэйс Уотерс.

– Я нашла помощь! – радостно объявила Сэди-Грэйс. – А ты нашла Кэмпбелл!

Она помолчала полсекунды, а затем бодро затараторила:

– У меня есть умные часы. Мисс Оливия забрала наши телефоны, пока мы были без сознания, но забыла про мои часы. Бун смог их отследить. В каком-то смысле это Бун нас нашел. Настоящий герой!

Даже после похищения, наркотиков и ямы Сэди-Грэйс сияла, говоря о Буне. Я подумала, что она-то точно никогда не станет держать кого-то на расстоянии. Она не берегла свое сердце. Понятия не имела, как это.

Если бы я оказалась одна в той яме, меня бы ни за что не нашли. Эта мысль разъедала мой мозг, как кислота. Ник даже не знал, что я пропала.

– Да, Сэди-Грэйс, – сказала Кэмпбелл, закатив глаза. – Бун – настоящий герой во всей этой истории. А теперь давайте найдем Хоуп и свалим отсюда, пока не разразилась буря.

– Хоуп тоже здесь? – спросила я.

– Все остальные ушли после посвящения, – ответила Кэмпбелл. – Но Хоуп, у которой отменный вкус, раз она выбрала меня в качестве своей замены, осталась вместе со мной.

– Она осталась не ради тебя, – добавила Виктория. – Хоуп вечно ходит по краю. Она обожает неприятности.

– И она на этом острове, – сказала я. – Где-то здесь.

Я не знала, что именно женщина, называвшая себя Оливией Тафт, хотела сделать с нами и почему она выбрала именно этот остров. Но мы скрывали от нее все, что было связано с «Белыми перчатками», и, возможно, она полагала, что остров заброшен.

Вдалеке прогремел гром. Виктория накинула капюшон своей алой накидки и спросила Кэмпбелл:

– Думаешь, Хоуп вернулась к лодкам?

– Есть только один способ выяснить это.

Пока мы ковыляли к восточной части острова, я задумалась о том, что Виктория ни словом не обмолвилась, почему мы с Сэди-Грэйс пропустили посвящение или почему мы были все в грязи и нетвердо держались на ногах.

Что ей рассказала Сэди-Грэйс?

Поверила ли она ей?

До берега оставалось всего ничего, и я ждала, что в любую секунду из тени на нас выскочит «тетя Оливия». Была ли она все еще на острове? Или она покинула его, полагая, что мы с Сэди-Грэйс уже никуда не денемся? Или она поспешила смыться, поняв, что не одна здесь?

– Какого черта?! – воскликнула Кэмпбелл, когда мы вышли на берег. – Где мой гидроцикл?

Даже в темноте было видно, что галечный пляж пуст. Ни лодок. Ни Хоуп.

– Моя лодка тоже пропала, – спокойно сказала Виктория.

Мы дружно уставились на воду.

– Может, они просто уплыли? – с надеждой спросила Сэди-Грэйс. – Они не могли далеко уплыть. Может, поищем их?

– Можно, – согласилась Виктория. – Но лучше дождаться рассвета. Тогда их будет легче заметить. А в худшем случае доберемся до берега вплавь.

– Я голосую за то, чтобы мы поплыли прямо сейчас, – сказала я. – Знаю, сейчас темно, но бухта Кэмпбелл недалеко.

Меня никто не поддержал.

– Ночное плавание! – уговаривала я. – Только представьте: черная гладь озера и нас ведет слабый лунный свет! Это же в лучших традициях «Белых перчаток»! Можем поплыть голышом, если хотите.

– Или, – ровным голосом возразила Виктория, – мы можем найти Хоуп и дождаться рассвета.

– Торчать здесь – не самая лучшая идея, – ответила я. – А Хоуп, судя по всему, уплыла с острова.

В животе вдруг что-то сжалось.

– Сэди-Грэйс рассказала тебе…

– Я рассказала ей все! – защебетала Сэди-Грэйс. – Во всех подробностях! Особенно ту часть, где мое тело начало обретать чувствительность.

– У твоей тети поехала крыша, – резюмировала Виктория. – Не знаю, правда, зачем ей понадобилось бросать вас в яму на заброшенном острове. Но, полагаю, каждый может дойти до ручки. Тут я ее понимаю.

Я вспомнила дом Эллен и тот момент, когда тетя Оливия сказала мне, что я сама во всем виновата. Чем именно я «довела ее до ручки»?

– Расслабься, Сойер, – сказала Кэмпбелл. – Нас четверо, а она одна. Сомневаюсь, что Оливия Тафт или ее таинственный двойник на самом деле какая-то провинциальная шпана.

– Боже упаси! – раздался приятный голос.

Тетя Оливия медленно вышла из тени, держа в левой руке фонарик.