Дженнифер Барнс – Дурная кровь (страница 23)

Ты хочешь, чтобы мы не спешили. Чтобы случайно не выдали себя.

Я последовала ее указаниям. Зверобой. Тысячелистник. Ольха. Боярышник. Проходя мимо табличек с названиями растений, я обдумывала первые впечатления. Интуиция подсказывала, что старик провел в Гейтере всю жизнь. Вдовий Пик явно стремился защищать его – и музей.

Тебе не нравятся туристы, но ты работаешь в музее. Либо противоречивый характер, либо работу не найти.

Я сменила направление и вернулась по тропинке к железным воротам. Подойдя к ним, я снова ощутила дежавю, как тогда, когда увидела сад впервые.

Я что-то упускаю.

Оглядев окрестные улицы, я заметила пару туристов, потом обратила внимание на местную жительницу, которая выгуливала собаку. Она скрылась, завернув за угол. Мне захотелось просто пройти следом, посмотреть, что в следующем квартале, но, сойдя с места, я уже не могла остановиться.

Я что-то упускаю.

Я что-то…

Дин нагнал меня. Остальные шли чуть дальше. Краем глаза я заметила нашего телохранителя.

– Куда мы идем? – спросил Дин.

Я уже не шла за той женщиной с собакой. Она свернула в одну сторону, я – в другую. Очарование исторической части Гейтера осталось в нескольких кварталах позади. Теперь кругом были жилые дома – в основном небольшие и нуждающиеся в ремонте.

– Кэсси, – повторил Дин. – Куда мы идем?

– Я не знаю, – ответила я.

Лия подошла к нам вплотную.

– Ложь.

Я не осознавала, что лгу, но теперь, когда Лия указала на это, мне стало ясно. Я знаю, куда я иду. Я точно знаю, куда я иду.

Навязчивое ощущение дежавю, глубоко тревожное что-то, ощущение, одолевшее меня, как только мы оказались в этом городе, превратилось во что-то более конкретное.

– Я знаю это место, – сказала я. Дело было не в том, что с Гейтером что-то не так. Я ощущала что-то знакомое.

«Я понимаю, – прошептал мамин голос в моей памяти. – Тебе понравились город, дом и наш маленький дворик…»

За прошедшие годы было столько домов и столько переездов. Но я остановилась перед странным домиком – обшитые синим стены, внушительный дуб, тень от которого заслоняет всю лужайку, – и мне показалось, будто кто-то плеснул мне в лицо ледяной водой. Я представила, как стою на парадном крыльце и смеюсь, а мама пытается закинуть веревку на ветку дерева.

Я подошла к дереву и провела пальцами по качелям на потрепанной веревке, свисавшим с ветки.

– Я была здесь раньше, – хрипло сказала я, повернувшись к остальным. – Я жила здесь. С мамой.

Глава 30

Найтшейд родился в Гейтере. Через несколько десятилетий сюда переехала мама. Это не могло быть случайностью.

Отчетливо ощущая, как кровь струится по жилам, я заставила себя переключиться на точку зрения Мастеров. Каждый из вас выбирает себе ученика. Кто выбирает Пифию? Я шагнула к дому. Биение сердца заглушало все звуки.

– Это не Найтшейд выбрал твою маму. – Голос Дина пробился сквозь какофонию у меня в голове. – Если бы он… если бы я это сделал, – сказал Дин, переключившись с третьего лица на первое, – я бы не стал ждать, пока дочь Лорелеи вступит в программу прирожденных, чтобы с ней познакомиться.

Замерев на полпути между воспоминанием и кошмарным сном, я подумала о Найтшейде – о том, как его плечи тряслись от смеха, когда я допрашивала его, о его неподвижном, сером трупе. Если ты не выбрал мою мать, есть немалая вероятность, что один и тот же человек выбрал вас обоих.

– Это многое меняет. – Агент Стерлинг вытащила телефон. Она привела нас сюда, надеясь найти информацию про Мэйсона Кайла – кем он был до того, как стать Найтшейдом, как давно он исчез из этого города. Она не ожидала найти прямую связь между Гейтером и Мастерами.

Я заставила себя вдохнуть, заставила разгоняющийся пульс замедлиться. Это прорыв, которого мы ждали. Это наш шанс. И, судя по сверхъестественному спокойствию, с которым говорила агент Стерлинг, по тому, как она за пару секунд переключилась в режим агента, она это понимала.

– С вероятностью девяносто восемь процентов вы звонили агенту Бриггсу. – Слоан оценивающе посмотрела на агента Стерлинг. – И с вероятностью девяносто пять целых шесть десятых процента вы попытаетесь вытащить нас из Гейтера.

Вы не можете. У меня слишком сильно пересохло во рту, и я не могла говорить. Я вам не позволю.

– Мы приехали сюда искать иголку в стоге сена, – произнесла Стерлинг с пугающе нерушимым спокойствием. – И только что нашли меч. Нам нужно оценить, какие риски связаны с дальнейшими поисками в Гейтере. Если Джуд и я скажем, что вы уезжаете, – вы уедете, никаких споров, никаких вторых шансов. – Наверное, телефон Бриггса переключился на голосовую почту, потому что Стерлинг повесила трубку, ничего больше не сказав.

– Вы подавляете прилив адреналина. – На этот раз анализировать агента Стерлинг начал Майкл. – Вы возмущены. Вы напуганы. Но больше всего, под маской агента Вероники Стерлинг, вы чувствуете себя как любитель острых ощущений в верхней точке американских горок, в тележке, которая вот-вот рухнет вниз.

Агент Стерлинг и глазом не моргнула.

– Нам нужно заново оценить риски, – повторила она. Я понимала, что она думает про Лаурель. Про Скарлетт Хокинс. Про сопутствующий ущерб, про то, что такое риск на самом деле.

– Я никуда не уеду, – сказала я, и в моем голосе было столько же напряжения, сколько у Стерлинг – спокойствия. Я много лет корила себя за пробелы с памятью – за то, что не могла вспомнить и половины тех мест, где жили мы с мамой, за то, что не смогла рассказать полиции ничего, что помогло бы узнать тех, кто ее забрал. Я не покину Гейтер, не получив ответов – про маму, про Найтшейда, про связь между ними.

– Я уйду из программы, если будет нужно, – сказала я агенту Стерлинг. Слова застревали в горле. – Но я останусь.

– Если Кэсси остается, – протестующе сказала Слоан, – то и я останусь.

Дину не нужно было ничего говорить вслух.

– Я думаю, Кэсси вполне можно терпеть, – небрежно прокомментировала Лия.

– Было бы жаль отказываться от чего-то, что можно терпеть. – Майкл улыбнулся, но это не выглядело как улыбка – уголки губ растянули кожу, на которой еще оставались синяки.

– Джуд. – Агент Стерлинг повернулась к нему в поисках поддержки, тщательно контролируя свой голос. Я подумала о том, может ли Майкл различить весь спектр эмоций, скрытый за этим контролем. Я подумала о том, насколько близко Вероника Стерлинг подошла к тому, чтобы стать той женщиной, которой она была до гибели Скарлетт, – человеком, который глубоко проживал все. Человеком, который сначала действовал, а потом думал.

Джуд посмотрел на меня, потом на каждого из нас по очереди, а затем покосился на агента Стерлинг.

– Первое правило воспитания детей, Ронни? – сказал Джуд, и я вспомнила, что он знал ее с детства. – Не запрещать им то, что они все равно сделают. – Джуд пристально посмотрел на меня. – Это пустая трата угроз.

Спустя час агент Бриггс так и не ответил на звонки Стерлинг.

Сегодня дата Фибоначчи, и Бриггс не отвечает на звонки. Может быть, он занят осмотром места преступления – может быть, все уже началось.

– Давайте установим некоторые правила. – Агент Стерлинг заселила нас в единственный отель Гейтера, велела Стармансу пытаться дозвониться до Бриггса, а затем объяснила дальнейший план нам. Рассчитанными, точными движениями она выложила на кофейный столик набор маленьких металлических предметов – один за другим.

– Следящие маячки, – пояснила она. – Маленькие, но заметные. Всегда держите их при себе. – Она подождала, пока мы все возьмем себе по одному – размером и формой с мятную конфету, – а затем продолжила: – Никуда не ходите в одиночку. Всегда держитесь группами – по двое или больше – и даже не думайте пытаться избавиться от тех, кто вас охраняет. И, наконец… – Агент Стерлинг достала два пистолета из своего кейса и проверила, поставлены ли они на предохранитель.

– Умеете обращаться с оружием? – Агент Стерлинг посмотрела на Дина, он кивнул, и она перевела взгляд на Лию. Возможно, их двоих обучали обращению с оружием до того, как я вступила в программу, или агент Стерлинг выбрала их, исходя из их прошлого.

Лия протянула руку, чтобы взять пистолет.

– Я-то – конечно.

Джуд взял у агента Стерлинг сначала один пистолет, потом второй.

– Лия, я не буду повторять дважды. Используй пистолет, только если ваши жизни окажутся в непосредственной опасности.

В кои-то веки Лия не стала отвечать в своей обычной язвительной манере. Джуд передал ей пистолет, а потом повернулся к Дину.

– И, – продолжил он тихо, – если ваши жизни в опасности и вы вытащили пистолет? Будьте готовы стрелять.

«Ты уже похоронил свою дочь, – прочла я в словах Джуда. – Что бы ни случилось, ты не хочешь терять нас».

Дин сомкнул пальцы на пистолете, и Джуд орлиным взглядом окинул Майкла, Слоан и меня.

– А что до остальных хулиганов, в городке такого размера есть два типа людей: те, кто любит поболтать, и те, кто очень, очень не любит. Держитесь поближе к первым, или вы уедете отсюда так быстро, что и оглянуться не успеете.

Никто не стал возражать. В том, как говорил Джуд, в ритме и интонации его голоса, слышались интонации военного.

– Наша задача – сбор информации, – перевела Слоан. – Если мы видим кого-то враждебного…

Избегаем.

Глава 31

Найти, с кем поговорить, проще всего у водопоя. В Гейтере это была закусочная. Она была достаточно далеко от исторической части города, чтобы туда ходили в основном местные, но не настолько далеко, чтобы туда не заглядывали время от времени туристы, – идеально.