Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 78)

— Ты веришь в это из-за того, что я сделала с тобой?

— Нет, — Колис наклонился вперед, его губы изогнулись вверх. — Я знаю это из-за того, как ты жаждала убить Эвандера.

В груди у меня заныло. Нет. Колис ошибался.

— Я не жаждала. И не наслаждалась этим. Это одно из многих различий между нами, — сказала я, наблюдая, как он снова садится на трон. — Ты принимаешь сделку или нет?

— Ты не приняла и не отвергла мою, — заметил Колис.

— Сейчас вам это и не нужно, — вмешался Айдун. — Никому из вас не нужно. У вас обоих есть время все обдумать.

— Это правда, — сказал лжекороль. — Но действительно ли тебе нужно время?

— А тебе? — ответила я.

Губы Колиса скривились в плохой копии улыбки, а затем он возвысился надо мной, и нас разделяло не более фута пространства. Задыхаясь, я отпрянула от шока, когда сердце бешено заколотилось о ребра. Даже с моими вновь обострившимися чувствами я не заметила ни малейшего движения с его стороны. Настолько он был быстр.

Даже Эш не мог двигаться так быстро.

Этот ублюдок мог выглядеть слабым, но он все равно был невероятно силен.

И я… я все еще очень сильно его боялась.

Его улыбка расширилась, достигнув серебряных глаз, полных клубящихся малиновых пятен. Показались кончики клыков. Мой желудок резко скрутило, а внутренности обдало холодом. По позвоночнику поползло ледяное ощущение, задевая самую суть. Я заставила себя не шевелиться и не отступать, хотя каждый инстинкт кричал, чтобы я поступила именно так.

— Колис, — предупредил Айдун, понизив голос. — Ты знаешь правила.

— И я не нарушил ни одного, — ответил Колис, его взгляд остановился на моих глазах. — Я всего лишь разговариваю с ней.

— И это нельзя сделать так, как ты делал раньше? — возразил Древний.

— Можно, — Колис наклонил голову и опустил ее, отчего прядь волос упала на скульптурную щеку. Он глубоко вдохнул, и его губы скривились. — Я чувствую его запах на тебе.

Крошечные бугорки ужаса вспыхнули на моей коже. Отвращение нарастало и душило меня.

Эта улыбка стала еще шире:

— Я мог бы наказать тебя за жизни, которые ты забрала, когда была здесь в качестве гостьи.

— Гостьи? — прошептала я.

— Я мог бы наказать Никтоса более сурово за убийство одного из его братьев, — сказал он, его голос звучал четко, но губы едва шевелились. — И за нападение на меня, его Короля. Я бы даже имел право наказать тебя за вопиющее пренебрежение к моей власти и за то, что ты назвала другого Королем. Не так ли, Айдун?

— Ты восседаешь на Троне Богов, — стоически ответил Древний. — Но она носит Корону Корон.

Плоть под его глазами истончилась, и я увидела блеск багровой кости:

— Я мог бы убить ее много раз, — ответил Колис, не сводя с меня своих мечущихся глаз. — Легко. Но я этого не сделал. Это не имеет значения?

Может, Айдун и ответил, но я его не слышала. Я даже не видела ничего, кроме Колиса. Было такое ощущение, что здесь только он и я. Вдох. И не было ощущения, что мы стоим в атриуме Дворца Кор. Задержка. Было ощущение, что мы находимся в Убежище, в его личных покоях, и я… нет. Я не была в клетке. Я была свободна.

— Вместо этого я был щедр и добр, — сказал Колис, но я готова была поклясться, что его губы не шевельнулись. И…

Из-за спины Колиса тускло блеснуло золото. Мой взгляд метнулся за его плечо. Трона я не увидела. Паника пробежала по моим венам, когда я увидела решетку, но это было невозможно. Меня там нет.

— Я был нежен с тобой. Заботлив, — голос Колиса пульсировал. — Даже приятен.

В том, что сделал Колис, не было ничего приятного. Я не хотела ничего чувствовать. Он заставил. Но меня там не было. Колис стоял передо мной…

Или позади? Паника накатила, как дикий зверь в ловушке, потому что я чувствовала его позади себя, под собой, его рука слишком крепко обхватывала мою талию, а бедра раскачивались…

Каждый сантиметр моего тела окунулся в ледяной ливень сырого, острого страха, когда я почувствовала дрожь в его руках, обнимающих меня. Давление оседало на моей груди, заставляя дыхание сбиваться, когда я чувствовала учащенный стук его сердца о мою спину, а его рука скользила по моему боку, касаясь груди и сжимая бедро. Вдохни. Сущность набухла при воспоминании о нежелательном жаре его укуса. Держи. Пальцы дернулись, покалывая. Выдохни. Я не могла остановить его. Я не могла ничего сделать, кроме как сидеть и принимать его, как это было с Тавиусом, со всеми тренировками, с…

Я была в ловушке.

— Колис! — голос Айдуна внезапно прогремел, возвращая меня в настоящее. — Достаточно.

Тяжело дыша, я отступила назад и уставилась на Колиса. Мы находились во Дворце Кор. Золото за его спиной было от трона и прочего безвкусного декора. Решеток не было. Он стоял передо мной, и…

Я посмотрела вниз. Пол дрожал? Мой взгляд обежал атриум. Толстые полотнища материала, закрывающие окна, колыхались. С потолка посыпалась тонкая пыль, а где-то в зале раздался раскат грома.

— Неужели я пугаю тебя, Серафина?

Я повернула голову назад к Колису, и меня пронзила волна страха.

Кожа под его глазами уплотнилась, а блеск тусклой кости потускнел:

— Очевидно, да.

— Это не она, — Айдун повернулся ко мне лицом. — Тебе нужно успокоиться, пока Никтос не нарушил условности и не показал себя.

Потребовалось мгновение, чтобы совет Древнего дошел до сознания. Не я заставляла дворец дрожать.

Это был Эш.

Он улавливал мои эмоции, хотя я знала, что его нет рядом с нами. Я не чувствовала его присутствия.

Если бы Эш появился, это привело бы к каким-то извращенным последствиям. Мой взгляд вернулся к Колису. Он ухмылялся, глядя на меня. Это было именно то, чего он хотел.

Сжав руки, я сосредоточилась на своем дыхании, делая медленные и ровные вдохи.

— И ты, — Древний повернулся к Колису. — Использовать сущность против нее таким образом — неподобающе для того, кто называет себя Королем.

— Я не причинил ей вреда, — Колис откинул льняную голову назад, и клубящиеся красные тени исчезли из его плоти. Он начал отступать назад к помосту. — Я не нарушил никаких правил.

— Подождите, — я напряглась. — Что ты?..

— Истинный Первозданный Смерти может искоренить в человеке его травму и страх, отправив его в тот момент, — ответил Айдун, прежде чем вадентия успела ответить. То, о чем он говорил, было похоже на то, что может делать онейру — если только онейру манипулирует негативными эмоциями и создает кошмары. — Это сихкик — уникальная способность, связанная с Первозданными. И эта способность предназначена только для тех, кто приговорен к Бездне.

Мои губы разошлись в быстром вдохе, когда я оглянулась на Колиса. Он пересек помост. Он…

Он не мог сделать этого раньше. У меня покалывало в затылке, когда Колис садился на свой трон. Когда Колис украл угли, он нарушил равновесие. А когда украденные им угли угасли, даже Колис ослабел. Но мое Вознесение восстановило угли жизни и равновесие.

И оно восстановит — или уже восстановило — силы Первозданных, в том числе и Колиса, хотя в нем осталось всего несколько угольков смерти после того, как он совершил перенос. Оставшиеся угольки были в Эше.

А это означало лишь то, что Колис стал еще могущественнее.

Это должно вызывать наибольшее беспокойство. Так оно и было, но на первый план выходил тот факт, что он использовал эту способность на мне. Ярость нарастала, стирая остатки страха и паники.

— О чем ты меня спрашивал? — сказала я. — Минуту назад.

Колис сдвинулся, еще шире раскинувшись на троне.

— Я спросил, не напугал ли я тебя.

Сдерживая ярость, я улыбнулась.

— Ты мне противен.

Плоть на его челюсти и щеке истончилась. Вновь появились пунцовые полосы.

Я еще не закончила.

— Так же, как ты всегда вызывал отвращение у Сотории.

Волны красных теней в его плоти затихли. Прошло несколько секунд, пока взгляд лжекороля удерживал мой, а багровый цвет исчезал из его плоти.

— Я бы посоветовал тебе использовать это время с умом, Серафина.