Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 112)

— Эвандер?

Меня пронзило удивление.

— Откуда ты о нем знаешь?

— Келла рассказала мне об этом, когда мы были на равнинах Тии, до того, как ты проснулась. -

Боги.

Я не могла злиться на Келлу, но лучше бы она ничего не говорила.

— Все было не так.

— На что это было похоже?

— Это… это было, когда Колис привел меня во двор. Там были Избранные, которые сбросили свои покровы и действовали как слуги. Некоторые из них были довольно дружелюбны с богами, но это было трудно определить, понимаешь? Боги просто хватали Избранных.

Эш ничего не сказал, когда в моем сознании возник образ Эвандера, его глаза расширились от шока.

— Я разозлилась на то, как обращались с Избранными, и когда Эвандер схватил одну из них — Хасинту — и укусил ее… Это было сразу после… — Я оборвала себя, покачав головой. — Колис заставил меня поверить, что Эвандер насиловал Хасинту, и сказал, что я могу его остановить. Что я и сделала. — Зрелище того, как жизнь угасает в этих потрясенных глазах, наполнило мой разум, и я вздрогнула. — Затем Хасинта начала кричать. Вот тогда я поняла, что он разыграл меня. Легко. Слишком легко. Я должна была догадаться.

— Как ты могла? — спросил Эш.

— Все говорят о том, что Колис умеет манипулировать людьми. Я сама это видела.

— Это ничего не значит, Сера. Каждая ситуация индивидуальна, и я видел, как он манипулировал богами в три раза старше меня.

Я не хотела, чтобы это помогло мне почувствовать себя лучше, потому что я отняла жизнь у человека. Скорее всего, это была совершенно невинная жизнь.

— Итак, точно так же, как ты сожалеешь о том, что мне пришлось пережить, — его голова повернулась к моей, и наши взгляды встретились, — мне жаль, что тебе пришлось пережить то, что ты сделала. Хорошо?

Теперь слезы жгли мне глаза.

— Хорошо.

Он на мгновение задержал на мне взгляд, а затем отвел глаза. Свет погас, погрузив комнату в темноту. Прошло мгновение, и кровать зашевелилась, когда он повернулся на бок. Он обнял меня. Я почувствовала, как его губы коснулись моей щеки, и закрыла глаза от нахлынувших эмоций, не позволяя им вырваться наружу. Это ничему не помогло бы, а только еще больше обеспокоило бы Эша.

Я бы не стала плакать.

Я бы не стала.

ГЛАВА 28

Стражники, облаченные в фиолетовые доспехи, поклонились, когда божок провел нас через широкий зал с окнами. Мужчина продолжал украдкой оглядываться, пока мы шли за ним, его взгляд часто опускался туда, где рука Эша крепко сжимала мою. Я попыталась улыбнуться ему, но когда его щеки залил яркий румянец, я не была уверена, что это помогло.

Божок остановился перед круглой аркой.

— Ее высочество ждет вас внутри.

— Спасибо, — сказала Эш.

Он склонил свою белокурую голову, когда мы проходили через арку в комнату, открытую снаружи.

Первозданная Богиня Возрождения стояла в центре комнаты, ее вьющиеся рыжевато-каштановые волосы были распущены и струились по плечам и спине.

— Ваше величество, — сказала она, и длинные голубовато-серые одежды, которые были на ней, волочились по терракотовому полу, когда она начала опускаться.

— Пожалуйста, не надо, — остановила я ее, подняв руку. — В этом нет необходимости.

— Но это так, Серафина, — ответила она.

Я закрыла рот, когда Эш нежно сжал мою руку.

Келла прижала одну руку к груди, а другую прижала к полу. Локоны рассыпались по плечам, когда она низко склонила голову.

— Для меня большая честь склониться перед Королевой Богов.

Мои щеки вспыхнули, когда я переступила с ноги на ногу, сразу же подумав о боге Эвандере, который ранее жил на равнинах Тии, при дворе Келлы. Я отбросила эти мысли в сторону.

— Для меня честь, что ты так думаешь, — сказала я, надеясь, что это прозвучало как подходящий ответ, потому что я имела в виду именно это. — Ты можешь подняться.

Келла сделала это с царственной грацией. Первозданная богиня была воплощением чистой, ошеломляющей элегантности.

— И тебе не обязательно делать это снова, — быстро добавила я.

Уголки ее полных губ дрогнули.

— Это приказ?

— Да.

Она слегка кивнула мне в знак признательности.

— Должна сказать, что твой первый приказ, отданный мне, весьма… освежающий.

— Я уверена, что это так, — сказала я, думая, что только боги знали обо всех ужасных вещах, которые Колис приказывал ей делать в прошлом.

— Мы приносим извинения, что не смогли прийти вчера, — сказал Эш. — Но большое тебе спасибо, что нашла время встретиться с нами сегодня.

— Конечно. — Сцепив руки, она перевела взгляд туда, где рука Эша все еще держала мою, и на ее лице появилась теплая улыбка. — Я так рада снова видеть вас — вас обоих, — сказала она. — Но особенно тебя, Серафина. — Она тихо рассмеялась. — Не обижайся, Никтос.

Он усмехнулся.

— Ничего страшного.

— Ты выглядишь очень здоровой и сильной, — сказала Келла, и ее улыбка стала шире. — И такой… — Густые темные ресницы опустились. — Такой полной жизни.

Что-то в том, как она это сказала, показалось мне немного странным, но я не могла понять, почему.

— Проходите и присаживайтесь, — предложила Келла, отступая в сторону, чтобы показать столик между двумя диванами, уставленный разнообразными закусками. — Должна признать, я была удивлена, услышав, что вы двое хотели поговорить со мной, а не с остальными Первозданными.

— У нас сейчас период эйрини, — сказал Эш, когда мы сели на один из диванов с толстыми подушками. — Пока он не закончится, мы не будем вызывать их.

Тень удивления промелькнула на ее смуглом, как дым, лице.

— Значит, вы с Колисом договорились о каком-то урегулировании?

— Между Колисом и нами, — поправила я. — Я правлю не одна. Если я королева, то Никтос — король.

На ее лице появилось довольное выражение.

— Мне любопытно узнать, как была заключена сделка..

Я обвела взглядом комнату, пока Эш вкратце рассказывал ей о встрече, которую организовал Колис. Теплые белые стены были голыми. За другой зоной отдыха и раздвинутыми прозрачными занавесками я увидела высокие деревья фиолетового цвета, покачивающиеся на приятном, пьянящем ветерке, который наполнял тихое пространство.

— Интересно, — заметила Келла, когда Эш закончил. — Хотел бы я сказать больше, но не смею искушать Судьбу.

Я приподняла бровь.

— Мы тоже. Поэтому, пожалуйста, извини нас за неопределенность в отношении некоторых вопросов, которые мы хотели бы задать.

— Понятно. — Она наклонилась вперед и взяла фарфоровый кувшин. — Но, думаю, я догадываюсь, каким будет твой ответ в конце эйрини.

Эш ухмыльнулся.

— Я уверен, что ты права.