Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 32)
— И я буду стучать, пока не откроете, — пообещала она. — У меня полно времени.
— Чёртовы боги, — пробормотал мужчина себе под нос, на миг прикрыв глаза.
— И вся ночь у меня тоже есть, если на то пойдёт, — добавила она.
На его челюсти дёрнулась мышца, а у меня на языке вспыхнул горячий привкус гнева.
— Я разберусь, — сказал он и подался вперёд…
Я застыла, пальцы онемели от того, как сильно я сжимала колени. Я уже не ощущала мягкой ткани халата под ними.
Он остановился, вновь закрыл глаза и тихо выругался.
— Прости.
Я не знала, за что он извиняется.
Я наблюдала, как он медленно поднялся. Мой взгляд скользил по напряжённым мышцам его спины, пока длинные шаги не донесли его до двери.
Он обхватил ручку, плечи поднялись в глубоком вдохе — казалось, он пытается успокоиться, но это не помогало. Он приоткрыл дверь.
— Тони.
Это… имя…
— Хоук, — отозвалась она, повторяя его сухой, безразличный тон. Почему-то уголки моих губ дрогнули. — Ой, извини. То есть… Кастил, — продолжила она, и в затылке пронзила резкая боль. Я перехватила дыхание и сжала колени так, что казалось, руки вот-вот сломаются. — Или лучше Ваше Высочество? Или вам по душе Ваше Превосходительство Многих Имён? Как насчёт Вашего Величества…?
— Забавно, — перебил мужчина.
— Спасибо.
Его вздох мог бы сотрясти стены. Я бы нисколько не удивилась. Он наклонил голову:
— И где же ты была?
— Прости, — донёсся приглушённый, чуть отдалённый голос. — Пришлось заняться, ну, базовыми телесными потребностями.
— Разумеется, — пробормотал мужчина и вновь сосредоточился на собеседнице. — Чем могу помочь, Тони?
— Хочу увидеть Поппи.
Я выпрямилась.
— Её здесь нет, — ответил он.
— Чушь, — резко возразила она. — Я знаю, что она там.
— И почему ты так думаешь?
— Потому что ты бы здесь не сидел, если бы её не было, — сказала она, и мне захотелось улыбнуться. — Но вот чего я не понимаю, так это почему ты держишь её в…
— Она спит, — перебил он. — Что любой нормальный человек понял бы, не получив ответа после трёх минут стука.
— Я не стучала так долго.
— Да. Стучала. — Каждое слово он произнёс нарочито отчётливо. — Я считал.
— Ну да, совсем не странно. — Пауза. — Но это не объясняет, почему ты здесь. В…
— Не смей, — сказал он, и в его холодном тоне прозвучала едва уловимая нота силы, напомнившая мне о… — Не договаривай, Тони.
Несколько секунд стояла тишина. Я почти видела, как женщина за дверью взвешивает, стоит ли игнорировать столь явное предупреждение. Потому что она всегда…
Боль ударила, словно молния, и я откинулась к стене.
— Есть причина, по которой ты открываешь дверь всего на фут? — спросила она. Боль постепенно отступала.
— Особой нет.
Мне не показалось, что он говорит правду. Я медленно разжала руки, накрепко сжимавшие колени, и подалась вперёд, опираясь ладонями о холодный пол. Голова казалась готовой скатиться с плеч.
Женщина за дверью, похоже, тоже не поверила.
— Ага, конечно.
— Веришь или нет…
— Не верю, — перебила она.
— Поппи спит. Я дам знать, когда можно будет её увидеть. — Он начал прикрывать дверь. — А пока…
— Даже не думай. — Между дверью и косяком втиснулись голова с серебристыми кудрями и хрупкое плечо, и тут…
— Чёртовы боги. — Он резко двинулся, блокируя её, кулак у бедра сжался. — С тобой что-то не так?
— Это с тобой что-то не так! — парировала она. — Ты не даёшь мне увидеть подругу. Подругу, которую я знаю дольше тебя. И не объясняешь, что вы тут, внизу, делаете.
Внизу?
Я подалась вперёд, не обращая внимания на гул в висках. На миг мне удалось разглядеть её лицо, прежде чем он снова заслонил её собой. Волосы и глаза — почти белые, только зрачки выделялись резким контрастом на фоне тёплой, тёмно-коричневой кожи. Черты были удивительно красивые и… смутно знакомые. Будто я знала её. И всё же…
В груди дрогнуло нечто — слабое, как огонёк свечи на ветру.
— Я не тот, кто глупо пытается вломиться в комнату, где находятся Королева, — он шагнул вперёд, вынуждая её отступить на пару дюймов, — и Король.
— Королева — прежде всего моя подруга, — прошипела она.
Дыхание перехватило. Это… это что-то значило. Что-то огромное. Потому что понятие дружбы для меня всегда было запретным. В голове поднялась волна растерянности, и я снова прижалась к стене.
По его спине пробежало напряжение, мышцы переливались под кожей, когда он выпрямился.
— Если это так, тебе бы не стоило мешать её отдыху.
Из коридора донёсся низкий, раздражённый вскрик.
— Я знаю, что ты лжёшь!
— В чём именно?
— В том, что она отдыхает, — отрезала она. Если бы его спина стала ещё прямее, хребет хрустнул бы. — То же самое говорил Киерен, когда я его встретила. Она проснулась, и я не о том, что просто спала.
Секунда. Другая. По коже побежали мурашки.
— И что заставляет тебя так думать? — мягко, почти зловеще спросил мужчина.
— Кроме того факта, что несколько часов назад весь замок тряхнуло? — парировала она.
Я не видела его лица, но в его голосе послышалась усмешка.
— А откуда тебе знать, что это был не я?
— Ты на такое не способен.
— Хочешь поспорить?
Опять потянулась долгая пауза.
— Нет, не очень, — призналась она, и я уловила лёгкую дрожь в её голосе.