Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 230)

— Чую, что то, что тебя смутило, связано с тем, о чём вы умолчали. Откуда знаю? После того как Ривер сказал, что всегда знал, ты снова притихла и застыла.

Глубоко вдохнув, я закрыла глаза и слегка покачала головой.

— Я… — сухой смешок сорвался с губ. — Это прозвучит невероятно.

— Отлично, я как раз верю в невероятное, — отозвалась она. — Взгляни хотя бы на меня — как мне не верить?

Я действительно взглянула на неё. Я знала, что должна использовать этот момент, чтобы рассказать, что сделала с ней — почему она верит в невозможное. Но заговорила о другом:

— Ты знаешь легенду о Стории?

Глава 44

ПОППИ

Что я здесь делаю?

Ответа не было, пока я стояла с закрытыми глазами, чувствуя, как необычно прохладный ветер тянет выбившиеся из косы пряди.

Я задала себе этот вопрос уже сотню раз с тех пор, как Кастил ушёл — узнать новости от его отца и других в Пенсдёрте и ещё раз поговорить с братом о нашем новом плане в отношении Возвышенных. Он предлагал пойти с ним.

Я вежливо отказалась и пришла сюда.

Зачем — не знала. Как королева я должна была быть рядом, советоваться с ним. От вины в животе крутило.

Кастил помедлил, когда я сказала «нет», и я видела: он хотел спросить, всё ли со мной в порядке. Как бы сказала Тони, сегодня утром я была подозрительно тихой и неподвижной.

Но прошлой ночью именно она заняла это место, когда я рассказала ей о Стории. Шок, замешательство — даже если она пыталась не показывать. Кто бы не испытал?

Я даже не спросила у Кастила про Малика — удалось ли ему убедить брата не ехать в Пенсдёрт, — а как жена, как партнёр должна была. Это только усиливало рой в желудке. Дело не в том, что мне всё равно. Наоборот. Последнее, чего я хотела, — чтобы Малик сорвался и погубил себя. И я боялась, что у него есть причина: что Колис призвал Ревенантов, и Миллисент ушла, не в силах противостоять зову. Грудь сжалась так, что будто не оставалось воздуха.

Не знаю, почему я не поделилась этим с Кастилом, пока он, перебирая сахарные фрукты, выбирал для меня самые целые ягоды клубники. Это сидело в голове, но там же теснилось всё остальное.

Наверное, именно это «всё остальное» и привело меня сюда.

Открыв глаза и взглянув на затянутое тучами небо, я медленно выдохнула и опустила голову.

Не верится, что я пришла сюда.

Луг — лишь уступ хребта Элизиумских пиков, чуть выше шпилей Храмов Тени и Солнца, в тени вечного горного подъёма.

Розовые и лиловые полевые цветы усыпали траву до самого скопления высоких вязов у подножия Пиков. Покрывало нежных бутонов заканчивалось всего в нескольких шагах от края, с которого сорвалась Стория.

Куда делись маки?

Или их никогда здесь не было, и то, что я видела в стазисе, лишь плод воображения?

Заправив за ухо выбившуюся прядь, я медленно обернулась. Здесь было так тихо. Только ветер и птичьи трели.

Сжав губы, я повернулась к краю утёса и пошла. Луг был удивительно умиротворённым. Не таким, каким должен бы казаться. Я попыталась представить, как Стория поднималась сюда, чтобы собрать цветы. Это заняло бы почти целый день.

Скоро я услышала шум воды, разбивающейся о камни, и цветы с травой сменились утрамбованной, каменистой землёй. Мои шаги замедлились, потом остановились. Глубоко вдохнув, я взглянула вниз. Бледно-серые скалы образовывали узкие выступы над отвесной пропастью. На середине пути, под одним из таких уступов, вода белыми брызгами стекала по камням, превращаясь в туман и исчезая в озере, чёрном как ночное небо. Взгляд скользнул к берегам, где вязы росли так густо, что не было видно самой земли. Я проследила за этой зелёной полосой до тех мест, где виднелись башни Уэйфэра.

Я не чувствовала ничего.

Как и тогда, когда держала Звезду. Наверное, поэтому я здесь — хотела понять, почувствую ли связь с этим местом. Огорчение, гнев — хоть что-то. Но не чувствовала ничего, кроме раздражения на себя.

Если это место, где я… сбросилась с обрыва, разве я не должна что-то испытать?

Как неловко.

Я снова уставилась на скальный склон, перебирая застёжки на жилете.

Упала ли Стория на один из тех выступов? Или пролетела мимо, в озеро? Был ли это быстрый конец — удар о камень под «удачным» углом? Или смерть принесла вода? Высота была огромной: падение стремительное, но не настолько, чтобы она не понимала, что происходит… что ждёт впереди. Хочу верить, что смерть пришла мгновенно, и Колис не успел вмешаться. Без страданий.

Они пришли позже.

Боги, зачем я вообще об этом думаю? Это же ужасно, особенно если учесть, что речь не о какой-то далёкой женщине из прошлого. Я размышляла о собственной смерти.

Потому что я — это она.

Хотелось закричать, что это не так, но даже ложь не поднималась к горлу. Я — Поппи.

Но я была Сторией.

Вздохнув, я запрокинула голову и закрыла глаза. Не стоило приходить сюда. Столько всего нужно сделать. Тренировки. Совещания с Кастилом и Кираном о том, как управлять сущностью. Поиск способа ослабить Колиса. Всё было бы полезнее, даже переход через Пелену на Континенты, чтобы увидеть, какую катастрофу готовят Древние…

Глаза распахнулись, рука соскользнула с застёжек жилета.

Древние.

Они тоже носители сути жизни и смерти, могущественнее Колиса. И их не назовёшь «младшими» Первородными. Они…

— Ещё и напрочь безумные, — пробормотала я. Привлекать Древних — всё равно что тушить огонь маслом.

И они мне не нужны.

Я уже знала, что способно убить Колиса, и мне не нужно было его ослаблять.

Пальцы скользнули по рукояти костяного кинжала на бедре. Тёплый хват, совсем не как у кинжала из кровавого камня и кости волвена, который всегда оставался холодным. Я посмотрела вниз, гадая, из чего сделана рукоять. Она была лёгкой.

В груди сжалось, пока я смотрела на оружие. Чего я жду?..

Осознание ударило в грудь, перехватив дыхание. Я обернулась: воздух вокруг задрожал, подняв волоски на руках. В паре футов от меня серебристый эфир вспыхнул и быстро растянулся, превращаясь в сияющий разрез реальности.

Через мгновение из разлома шагнул Кастил. Моё дыхание вновь сбилось — но уже по другой причине. В чёрных кожаных штанах, подчёркивающих высокий рост, и тунике, идеально сидящей на широких плечах и груди, он выглядел так, каким я всегда представляла себе бога: почти нереально прекрасным, с золотым сиянием эфира в глазах.

Ветер подхватил тёмные волнистые пряди, откидывая их с резких линий его бровей.

Я неловко махнула рукой.

— Привет.

Одна бровь у него изогнулась.

— Здравствуй, Поппи.

Щёки запылали, и я скрестила руки. Что со мной в последнее время — всё машу и машу?

Взгляд Кастила скользнул за мою спину и снова вернулся ко мне.

— Что ты здесь делаешь?

— Я… не знаю.

Он помолчал.

— В смысле, не помнишь, как оказалась здесь? Или пришла сама, но не понимаешь зачем?

— Второе. Я… — хотела сказать, что пришла проверить, почувствую ли хоть что-то в этом месте, но слова застряли в горле. Звучало глупо и бессмысленно. К тому же я и сама не была уверена, что именно ради этого пришла.

— Ты что? — мягко подтолкнул он.

Я покачала головой и пожала плечами.

— Даже не уверена, что хотела сказать. — Опустив подбородок, прочистила горло. — Есть вести из Пенсдёрта?

— Ни одной за последний час, — ответил он, и узел в животе стянулся крепче. — Когда я вернулся в Соляр и не нашёл ни тебя, ни костяного кинжала, подумал, что ты уехала в Пенсдёрт.