Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 214)

Эйтос — мой прадед. А Колис — двоюродный прадядя. И я ведь знала это, но раньше, чем выяснила всё о Стории.

Губы скривились в отвращении. Знал ли об этом Колис? И имело ли это для него значение?

Скорее всего, нет.

Фу.

Отбросив эти мысли, я взглянула на Делано. Он буквально дрожал от любопытства.

— Ты заметила, что сегодня утром шёл снег? — спросил он.

Я моргнула.

— Что? Снег?

— Ну, скорее, метелька, — уточнил он. — Но да.

— Здесь никогда не снегало, — пробормотала я, нахмурившись. — Разве было достаточно холодно?

— Не думаю, — ответил Делано. — Но, знаешь, меня трудно пронять холодом. — Он скрестил руки. — Полагаю, это связано с общей дестабилизацией.

Я бросила на него вопросительный взгляд.

— Киран нас посвятил, — пояснил он.

— О, — пробормотала я, пытаясь понять, когда это случилось. До Стоунхилла или совсем недавно? Казалось, столько всего прошло мимо меня. — Наверное, хорошо, что изменилось только… погода. — Я поджала губы. — И путь солнца.

— Да, — сказал Делано. — Только путь солнца.

В его тоне было что-то такое, что заставило меня рассмеяться.

— Наверное, не стоило так формулировать.

Он скользнул взглядом ко мне.

— Знаешь, я умираю от любопытства, чтобы спросить о ней, — прошептал он.

— Серафена?

В его глазах вспыхнул живой интерес.

— Да.

— Спрашивай, — ответила я, благодарно принимая отвлекающую тему.

— Какова она?

— Она была… — я запнулась, подбирая слово. — Кастил, наверное, сказал бы, что вспыльчивая. Я — что прямолинейная. И… — снова помедлила, нахмурившись. — Ладно. Может, чуть-чуть вспыльчивая.

Глаза Делано округлились.

— По отношению к Кастилу, — поспешно добавила я. — Между ними возникали… недопонимания. Но вообще она оказалась милой и совсем не такой, как я ожидала.

— А какой ты её себе представляла?

— Ну… эфемерным существом в развевающемся платье, — после паузы призналась я. — А она была одета почти как я и ругалась, как портовый грузчик.

Делано усмехнулся.

— Звучит… по-человечески.

— Удивительно, но да, — подтвердила я. — Она сказала, что не может долго оставаться в этом мире, иначе нотам вернётся к ней.

— Не удивлён. Я почувствовал это здесь, — он разжал руки и коснулся груди. — Прямо рядом с твоим.

Во мне поднялось любопытство.

— Оно чувствуется иначе? Мой нотам и её?

Его брови сдвинулись под прядями волос.

— У неё было… тёплое, свежее.

— Свежее? — я уставилась на него. — А я, значит, не свежая?

— Не в этом смысле, — губы его дрогнули в усмешке. — Я имел в виду, нотам свежий — как первый весенний ветер, скошенная трава, сирень. Лёгкий. Твой — более земной, горячий. Тяжелее. — Он наклонил голову, видя, как я нахмурилась. — Ну, разве что ты злишься… по-настоящему злишься. Тогда это… да, что-то другое.

Может, зря я спросила.

— Тогда он ледяной и жгучий одновременно.

— Ну, — я кивнула, — хотя бы не наводит на мысли о гнили и разложении.

Делано рассмеялся.

Я невольно улыбнулась в ответ и посмотрела на его профиль. Он снова глядел на Чёрные Вязы. Мысль сама собой скользнула к его семье. Он никогда о ней не говорил. Я даже не знала, есть ли у него ещё братья или сёстры.

— У тебя есть брат? — спросила я.

— Младший. Ронан, — ответил он, и лёгкая улыбка тут же угасла. — И сестра.

— Прилла? — шёпотом.

Его глаза расширились, потом он коротко рассмеялся.

— Не удивлён, что ты знаешь. Это Кас сказал?

Я покачала головой.

— Я знала, что она связана узами с Маликом, но не понимала, что она твоя сестра, пока не увидела вас вместе в Падонии и не поговорила с ним позже. — Я сжала руки, горло пересохло. Надеюсь, Делано не знает, как она погибла и что с ней сделали до того, как Джалара отнял её жизнь. Бросив взгляд на низкий столик, где лежал завернутый кинжал, я глубоко вдохнула. — Малик рассказал мне кое-что ещё.

— Боги ведают что, — пошутил он, но взгляд стал внимательнее, а плечи напряглись. — Что именно?

Я открыла рот, закрыла, потом набрала воздуха и подошла к кинжалу.

— Не знаю, как сказать иначе, кроме как прямо.

— Начинаю волноваться, — он пошёл за мной.

Я мысленно выругалась, усложняя разговор, пока брала завернутый кинжал.

— Кроваво-каменный кинжал, который подарил мне Виктер… Я знаю, что Корэлена передала его Леопольду, но не понимаю, как он оказался у Виктера. — Я должна была спросить его, когда он сказал, что никогда не встречал Леопольда. — Могу только предположить, что тут вмешались Судьбы.

Глубоко вдохнув, я повернулась к Делано.

— Кость, из которой сделана рукоять… — Я встретилась с его взглядом и увидела, как в нём проступает догадка. — Она принадлежала Прилле.

Губы Делано приоткрылись, но слов не последовало.

— Я не знала, пока Малик не сказал, — тихо продолжила я, глядя на завернутый кинжал. — Честно, я даже не задумывалась, как он был сделан, что… глупо с моей стороны. Но когда узнала…

— Я… — Делано прочистил горло. Когда заговорил снова, голос его был глухим. — Вот почему ты теперь пользуешься кинжалом из тенекамня.

Я кивнула и подняла взгляд. Его глаза блестели. Боги, если он заплачет, я сама рассыплюсь в слёзы.

— Я хотела узнать, что ты хочешь, чтобы я с ним сделала.

Делано несколько раз моргнул, глядя на то, что я держала.