Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 115)

— Только не говорите, что их отправили в шахты на Пиках Элизиума, — попросила она.

— Им дали выбор, — ответил Киерен. — Шахты или Харроуфелд.

Харроуфелд был скорее исправительной колонией, чем полноценным городом, находился в долине Нил и располагался ближе к Трём Рекам, чем к Равнинам Уиллоу и Айронспайру, где находились цитадель и военные казармы. Поппи подумала, что если Харроуфелд вообще рассматривали как вариант, значит генерал Ла’Сер успел взять его под контроль ещё до её пробуждения.

Тогда ей пришёл в голову другой вопрос:

— А как обстоят дела с тюрьмами в Атлантии? Я никогда не спрашивала.

— Не такие ужасные, как в Харроуфелде, — ответил Кастил. — У нас больше подход к реабилитации: несколько небольших колоний вместо одного большого лагеря. Обычно они расположены в сельскохозяйственных районах, чтобы заключённые могли учиться и трудиться.

— Им платят за работу? — уточнила Поппи.

— Да, получают справедливое вознаграждение, — с лёгкой улыбкой подтвердил Кастил.

Киерен добавил, двигая вилку по тарелке:

— Знаю, тебе не нравится мысль об отправке людей в шахты или Харроуфелд, но сейчас это лучшее, что мы можем сделать. Когда всё уляжется, пересмотрим систему наказаний.

Поппи медленно выдохнула и кивнула: сейчас, в разгар войны с истинным Первозданным Смерти, реформы невозможны.

— Значит, у Кровавой Короны остаётся примерно пятьдесят тысяч солдат?

— Плюс-минус несколько тысяч, — подтвердил Кастил.

— А что с королевскими рыцарями? — спросила Поппи.

Киерен рассказал, что точного числа королевских рыцарей они так и не выяснили, даже после проверки в Айронспайре. Известно лишь, что Исбэт утверждала — их несколько тысяч, но достоверность этих слов неизвестна. Похоже, остатки армии ушли на север.

— В Пенсдёрт? — спросила Поппи. — Этот порт слишком мал для такого количества воинов… Масадония?

— Возможно, — тихо ответил Киерен и добавил, что при планировании нужно исходить из того, что оставшиеся войска теперь подчиняются Колису. Если бы он был на их месте, то нацелился бы на самые важные города: столицу, Оук-Амблер, Пенсдёрт, Масадонию и, скорее всего, Уайтбридж.

Поппи удивилась, что не на Три Риверс, но Кастил пояснил: город хоть и крупнее, но расположен на окраине цивилизации и не столь стратегически важен. К тому же перемещение армии на восток легко заметить, в отличие от манёвра через Масадонию. Белый Мост же даёт выход и к Нью-Хейвену, и к Три Риверс, и к Западному проходу.

Поппи отметила, что небольшая армия могла бы пройти через север Кровавого леса и войти в Оук-Амблер тем же путём, которым они сами покидали его. Киерен успокоил: генералу Сиру уже отправлено предупреждение, и они готовы.

Кастил предложил план: отправить генерала Мурина обратно в Уайтбридж, а Ла’Сер с частью сил — в Оук-Амблер для поддержки Сира; остальные войска оставить в столице. Поппи почувствовала сомнение, но понимала логику в его словах.

Киерен добавил, что пятьдесят тысяч солдат лучше пока оставить в Падонии, так как врагу не известны их точные силы, и повернулся к Поппи:

— Что думаешь ты?

Поппи знала: даже если её мнение расходилось бы с их планом, Кастил и Киерен непременно выслушали бы её. Она тщательно обдумала всё ещё раз и согласилась с их решением, хотя неопределённое чувство тревоги продолжало грызть изнутри. Ни она сама, ни её ведентия не могли объяснить это смутное предчувствие.

— Я согласна, — сказала она наконец.

Кастил обменялся взглядом с Киереном и кивнул. Поппи медленно сделала глоток глинтвейна, пытаясь смыть тянущее беспокойство. Они строили стратегию так, словно им противостояли обычные смертные или даже Вознесённые, для которых важнее всего выживание. Вампиры не могут жить без людей, значит, ими можно было рассуждать и договариваться.

Но Колис — совсем другое дело.

Ведентия молчала, а какое-то более глубокое, неосознанное чувство предупреждало: Колис не будет разумным и предсказуемым.

Глава 20

POPPY

Киерен перевёл разговор на Вознесённых:

— Нам нужно обсудить, что с ними делать.

Поппи сначала почувствовала облегчение от смены темы, но быстро поняла — этот разговор не легче военных планов. В глубине души она знала, какое решение неизбежно.

Кастил наблюдал за ней, пока она делала глоток сладкого вина, которое вдруг показалось горьким.

— С ними нужно разобраться, — произнёс он.

Поппи поставила бокал и спросила о тех Вознесённых, у кого не было запасов крови — неизвестно же, почему. Киерен признал, что они, скорее всего, просто лишились припасов. Кастил добавил: если Вознесённые долго не питаются, их неизбежно охватывает кровавое безумие, превращающее в кра́венов, и он ни разу не встречал тех, кто сохранил бы рассудок без крови.

Поппи снова задумалась: могут ли Вознесённые выживать без питания? Но ведентия молчала. Истории о таких случаях не существовало.

Она понимала: решение уже очевидно. Но мысль о том, чтобы уничтожить всех Вознесённых до единого, тяжёлым грузом ложилась на сердце. И это казалось ей почти абсурдным.

Поппи размышляет: если бы Исбэт причинила Кастилу ещё больший вред или убила его, она бы без колебаний уничтожила всех Вознесённых. Почему же сейчас она сомневается? Ведь, как ни крути, Вознесённые живые существа, и их смерть — это настоящая смерть.

Кастил мягко коснулся её руки:

— Я знаю, у тебя в голове сейчас буря мыслей. Расскажи нам.

— Я не понимаю, как оказалась в положении, где должна принимать такие решения, — призналась Поппи. — Я не готова к этому.

Киерен спокойно ответил, что мало кто бывает готов к подобному, даже после обучения.

Поппи заметила, что нервно теребит салфетку, и Кастил накрыл её руку своей. Его тихие слова пронзили её:

— Они — не Ян.

У Поппи перехватило дыхание. Возможно, именно поэтому ей так трудно принять решение: она думала об Иане, о надежде, что он отличался от прочих Вознесённых. Но это лишь глупая иллюзия — в тот миг, когда Ян стал Вознесённым, он перестал быть тем, кого она знала и любила. И если позволить этим чувствам управлять собой, она поставит под угрозу и смертных, и атлантийцев.

Собравшись, Поппи произнесла хрипло:

— Мы не можем их спасти. Лучшее, что можем — не допустить, чтобы их судьба постигла других.

На лице Кастила мелькнуло удивление.

— Ты уверена, что готова к такому решению?

— Нет, — честно ответила она. — Но я думаю, что правильно поступать не всегда приятно.

— Звучит удивительно… взрослo, — заметил Киерен, слегка склонив голову.

Поппи бросила на него сухой взгляд и спросила:

— Как мы это сделаем?

Кастил сжал её руку:

— Есть способы, при которых никто не будет страдать и это не станет показательной казнью. Так мы докажем, что отличаемся от Кровавой Короны.

Вспомнив их публичные расправы, Поппи кивнула:

— Верно. Это должно быть тихо.

Киерен обменялся взглядом с Кастилом:

— Я могу собрать людей, которые справятся…

— Нет, — резко прервала его Поппи.

Оба мужчины удивлённо посмотрели на неё.

— Это наш выбор, — твёрдо сказала она, сжимая руку в кулак. — Мы сами должны исполнить решение.

— Поппи… — начал Кастил, сжимая её пальцы. — Тебе не нужно брать это на…

— На душу? — перебила она. — Почему я должна перекладывать это на чужую? Ведь это будет тяжёлым грузом. И должно быть. Никто не займёт моё место. Никто из нас.

Челюсть Кастила напряглась, потом он тихо кивнул: