Дженнифер Арментроут – Падение руин и гнева (страница 85)

— Он сказал мне, что вчера ты был с жителями Арчвуда.

— Был. — Он откинул с лица прядь темных волос, и его бледные щеки порозовели. — Я подумал, что было бы разумно, если бы я увидел, что делается. Чтобы меня увидели. — Он прочистил горло. — Я ненадолго задержался там сегодня утром.

— Думаю, это хорошая идея. — Я улыбнулась ему. — Надеюсь, это вдохновит других принять участие.

— Надеюсь, — пробормотал он, опуская руку на подлокотник кресла. — Поживем — увидим, я полагаю.

Я кивнула, сделав глубокий вдох.

— На самом деле, я хотела кое о чем с тобой поговорить. — Я переплела пальцы, не понимая, почему так нервничаю. На самом деле, это было неправдой. Я боялась, что сегодня покажусь наивной дурочкой. — Это насчет твоего второго кузена.

— Так ли это? — Он взглянул на закрытую дверь.

Я открыла свои чувства, позволяя этой связи установиться между нами. Я увидела серую стену.

— Есть ли у него… есть ли у него такие же способности, как у меня?

Он нахмурил брови и наклонил голову набок.

— Ты пытаешься меня прочитать, Лис?

Я напряглась.

— Ты можешь сказать?

Он грубо рассмеялся.

— Только потому, что я знаю тебя достаточно долго, чтобы распознать, когда ты читаешь кого-то. — Твой взгляд становится довольно напряженным, и ты не моргаешь

— О, — я слегка поерзал на стуле.

— Он читает, — ответил он.

Я перестала ерзать. Все замерло.

— Вот так я и понял, что то, что ты сказала при нашей первой встрече, может быть правдой. У него была такая же способность узнавать. У него были и другие… способности. — Его плечи поднялись, когда он глубоко вздохнул. — И если тебе интересно, почему я не сказал тебе, то это потому, что к тому времени, когда я встретил тебя, Вейн уже совершал акты государственной измены. Я подумал, что если я скажу тебе, что есть еще один такой, как ты, ты захочешь встретиться с ним, а встреча с ним подвергнет тебя опасности.

Я все еще была связана с ним, и его мысли отражали то, что он говорил, но он знал, что я была в его сознании. Слышать мысли не означало, что меня нельзя обмануть.

— Значит, ты знаешь, кто я… я такая? — Прошептала я.

Он уставился на меня, нахмурив брови.

— Принц что-то сказал тебе?

— Нет.

— Тогда я не понимаю…

— Я целестия? — Перебила я.

Он быстро заморгал. Прошло мгновение.

— Я не знаю.

— Клод. — Я наклонилась вперед, вцепившись пальцами в колготки на коленях. — Ты все это время знал, что я на самом деле не смертная?

— Целестии тоже смертны, Лис. У нас просто более крепкая кровь. Вот и все, — сказал он.

Вот только с целестиями не обращались как с низкорожденными.

— Ты знал?

Он выдержал мой взгляд, затем отвел глаза.

— Сначала я… я подозревал, что ты..

Боль пронзила мою грудь, когда я сделала глубокий вдох, который ни к чему не привел.

— И ты никогда не говорил мне? Почему бы тебе не…

— Потому что я не уверен, кто ты такая, — перебил он. — И я говорю правду. На тебе нет метки.

Я нахмурилась.

— Какой метки?

— Твои глаза. Они карие. Красивый оттенок карего, — быстро добавил он. — Но у всех целестийцев такие же глаза, как у меня. Некоторые из них отличаются от других. Он отвел взгляд. — Но в тебе нет характерных черт целестии.

ГЛАВА 31

В ту ночь мне почти не удалось выспаться, и я не была уверена, было ли это из-за осознания того, что я ошибалась в отношении Клода, или из-за отсутствия Торна. Я также не была уверена, что из этого хуже — что вызывало у меня общее чувство беспокойства.

И это беспокойство преследовало меня все утро и весь день, пока я бродила по оживленным залам поместья. Персонал сновал туда-сюда, некоторые несли вазы с маргаритками бананового оттенка и петуниями с белыми лепестками, в то время как другие несли подносы с мясными блюдами, которые еще предстояло приготовить от Примверы. Все были слишком заняты, чтобы обращать на меня внимание.

Празднества начинались завтра.

Торн, скорее всего, вернется послезавтра или на следующий день.

Я остановилась у прохода, тяжелые мысли вернулись к Клоду. Я чувствовала смесь разочарования и гнева, замешательства и небольшой душевной боли. Я попыталась понять его позицию, и мне это удалось. В основном. Потому что он все равно должен был рассказать мне о своих подозрениях. Я имела право знать, даже если с этим знанием ничего нельзя было поделать.

Но разве я не поступила так же с Торном? Я не понимала, почему моя интуиция остановила меня, но это не меняло того факта, что наша встреча в Юнион-Сити, вероятно, была причиной того, что Торн почувствовал, что мы знакомы. Но это не объясняло, как все это связано с тем, что было у Мейвен и Клода. Почему это вообще имело значение. Моя интуиция была спокойна, если не считать беспокойства.

Я обернулась и увидела входящего в холл Грейди. Я направилась к нему. Я начала говорить.

— Что бы ты ни хотела мне рассказать, придется немного подождать, — сказал он, положив руку мне на поясницу. — Есть кое-что, что тебе нужно увидеть.

Любопытство взыграло, но вместе с ним и тревожная энергия. Я нервничала, в груди все сжималось.

— Хаймель только что вышел из Большого зала. — Грейди провел меня по узкому коридору к одной из многочисленных внутренних дверей. Он понизил голос, когда мы вошли в главный зал, который теперь был заставлен вазами с цветами, которые я видела ранее, расставленными на многочисленных мраморных подставках. — Он был не один.

Я оглядела широкий коридор фойе, который открывался с обеих сторон наружу, и мой взгляд упал на каменные двери с колоннами.

— С кем он был?

— Ты увидишь. — Грейди кивнул в сторону одного из окон, выходившего на часть подъездной дорожки, ведущей к особняку.

Я увидел Хаймеля, стоявшего к нам спиной, но мое внимание привлекли те, кто стоял внизу. Трое из них верхом на черных как смоль лошадях возвышались над графствами. У одного из них были длинные светлые волосы, которые напомнили мне о лорде, которого мы видели в Юнион-Сити, собранные в узел на затылке, но эти светлые волосы не были такими белоснежными, как у лорда Самриэля. Кожа другого была как теплая глина на солнце, а у третьего были волосы цвета воронова крыла, и именно он говорил с Хаймелем.

Было ясно, что они хайборны, но я не знала никого, кто прибыл бы с Торном. Кроме того, командир Разиэль и лорд Бастиан уехали с Торном.

— Они из Примверы? Привезли еще еды? — Спросила я.

— Я так и думал, пока не увидел того, кто сейчас разговаривает с Хаймелем, — сказал Грейди, положив руку на стекло. — Это принц Райнер.

Мои глаза расширились, когда я подошла ближе к окну, не в силах разглядеть ни одного из них.

— Что, черт возьми, он здесь делает? — Спросил Грейди.

— Может, это из-за угрозы со стороны Западных земель, — предположила я, хотя никогда раньше не знала, что принц посещал Арчвуд. — Или из-за теневого рынка.

— Да. — Грейди повернулся ко мне всем телом. — Но какого черта он разговаривает об этом с Хаймелем, а не с самим бароном?

Это был чертовски хороший вопрос.

Хаймель выполнял довольно большую часть повседневных обязанностей в Арчвуде, но не было никакой возможности, чтобы барон был недоступен для общения с Хайборном.

Особенно с принцем.