Дженнифер Арментроут – Королевство плоти и огня (страница 98)

– Он вряд ли пострадал так сильно, как мы думали.

– Да, – ответил Аластир, но, судя по тону, он мне не поверил.

– Расходитесь. – Кастил повернулся к остальным. – С Беккетом все будет хорошо. Целительница его осмотрит.

Люди – вольвены, атлантианцы и смертные – закивали, но воздух был каким-то густым, он оседал на моей коже, как колючее одеяло. Я не осмеливалась поднять голову, пока Кастил разгонял зевак. Ощущение было практически осязаемым. Эмоции толпы – откровенные и ничем не сдерживаемые. Я закрыла глаза, силясь держать чутье взаперти, но это было бесполезно. Оно вырвалось, и на меня хлынул водоворот эмоций. Потрясение. Смятение. Благоговение. Еще потрясение. Что-то невероятно горькое. Страх. Зачем меня бояться?

– Поппи. – Кастил тронул меня за плечо, и я вздрогнула. – С тобой все хорошо?

Я открыла глаза и облегченно выдохнула, заметив, что рядом только он – он и Киеран с Вонеттой. Посмотреть дальше я не решилась. Иначе так и не смогу закрыться.

– Ты в самом деле упустил очень важные подробности, когда рассказывал о ней, – произнесла Вонетта, и я чуть не рассмеялась от раздражения в ее голосе.

– Я… я не знаю, как это произошло – как я его исцелила и как начала светиться. – Я выгнула шею, чтобы оглянуться на Вонетту. – Я могу облегчать боль прикосновениями, но только временно.

– И можешь читать эмоции, – добавила она, очевидно, зная достаточно много о моей кровной линии. – Ты – эмпат.

Я кивнула и посмотрела на Кастила, стоящего рядом со мной на коленях. Он оглянулся через плечо – все уже разошлись по домам.

– Но я никогда раньше такого не делала, – сказала я. Кастил повернулся ко мне. – Если честно, я не думаю, что Беккет пострадал так сильно, как мы боялись.

– У него были сломаны ноги, – заявила Вонетта. – Они были раздавлены и вывернуты.

– Я… – Я покачала головой. – Это невозможно.

– На самом деле возможно. Эмпаты могли исцелять.

– А светиться?

– Нет, насколько я знаю, – ответила Вонетта. – Но они исчезли до того, как я родилась.

– Возможно, это из-за Отбора. – Кастил сдвинул брови, опираясь рукой на траву. – И ты находишься на земле, которая возвращена Атлантии. Ты на земле Атлантии. Это могло повлиять на твои способности.

Он поймал мой взгляд.

– И, возможно, из-за моей крови. То, что я тебе дал, остается в тебе.

Я наклонилась вперед и понизила голос:

– Я стала светиться из-за твоей крови?

Он изогнул губы.

– Не думаю, что моя кровь – единственная причина, почему ты стала сиять лунным светом.

– Это не смешно, – бросила я.

– Я не смеюсь.

– Ты стараешься не рассмеяться, – упрекнула я. – Даже не отрицай.

Тогда Кастил рассмеялся и поднял руки.

– Просто ты выглядишь… восхитительно растерянной. А теперь – восхитительно неистовой.

Я покачала головой.

– С тобой точно что-то не так.

Он выгнул бровь и глянул на Киерана с Вонеттой.

– Может кто-нибудь из вас проверить, что с Беккетом? Посмотреть, как он там?

– Конечно, – ответил Киеран.

Я поднялась на ноги.

– Я пойду с тобой, – сказала его сестра и махнула мне рукой. – Позже у меня к тебе будет куча вопросов.

У меня у самой их куча.

Я проследила за тем, как они уходят по дороге, и повернулась к Кастилу. За его спиной люди занялись починкой рухнувшей крыши.

– Они меня испугались. Не все, но некоторые. Я это чувствую.

Кастил глянул на меня, наполовину прикрыв глаза.

– Помнишь, Аластир беспокоился о том, что подумают некоторые старые атлантианцы, узнав, из какой линии я происхожу?

– Помню.

Он взял меня за руку и повел к своей лошади.

– Они подумают, что я… как, он сказал, называли эмпатов?

– Пожиратели душ.

Я вздрогнула от этого прозвища и выдернула руку.

– А если они решат, что я такая? Что я питаюсь болью?

Их страхи может подстегнуть тот факт, что я светилась в буквальном смысле. Я бы тоже забеспокоилась, если бы такое увидела.

– А что вообще ты подумал, когда узнал, что я могу облегчать боль? Что я… что я – Пожирательница душ?

– Вовсе нет. – Кастил опять повернулся ко мне. – Пожиратели душ стали почти таким же мифом, как и ламея. Помнишь, мне тогда и в голову не приходило, что ты наполовину атлантианка?

Я испытующе посмотрела на него, но в выражении лица и прямом взгляде не было ничего скрытого.

– Не знаю, как это все случилось. – Я повернулась к Тедди и погладила бок лошади. – Обычно мне нужно подумать о чем-то радостном, а потом направить это ощущение человеку. Но в этот раз оказалось достаточно приложить руки к Беккету. Мою кожу защипало сильнее, чем обычно, руки нагрелись, но это и вся разница.

– Когда ты в последний раз использовала дар для снятия боли?

Кастил поймал локон моих волос и убрал назад.

– Это было… когда я лечила раненых в Новом Пристанище. Тогда был последний раз.

– А теперь ты официально находишься на земле Атлантии.

Он стоял рядом со мной, положив руки на седло. Рукава его рубашки были закатаны, и редкие темные волосы на смуглых предплечьях казались вызывающими.

– Не знаю, в этом ли причина или в Отборе, но могут быть и дальнейшие изменения.

Я очень надеялась, что в ходе изменений я не начну светиться разными цветами.

– Может, ноги даже не были сломаны…

– Его ноги совершенно точно были сломаны. Ты же их видела.

Я отошла от лошади и, сложив руки на поясе, уставилась на светло-голубые занавески на террасе через дорогу. Их колыхал ветер.

– Твой народ уже невзлюбил меня за то, что я была Девой. А теперь они решат, что я Пожирательница душ. И я не думаю, что наш брак изменит их мнение.

– Просто люди раньше не видели ничего подобного. Им нужно время, чтобы привыкнуть, и они примут тебя. Хотя я думаю, что тебе следует воздерживаться от применения способностей…

– Я не собираюсь их скрывать. – Я встретила его взгляд, и мой был таким же твердым. – Я не собираюсь игнорировать тех, кому больно, – людей, которым я могу помочь. И не буду.

– Я не прошу тебя скрывать способности. – Кастил убрал руки с седла. – Прошу только воздерживаться, пока мы не узнаем больше. Пользуйся ими, когда рядом нет толпы свидетелей. Так мы сможем контролировать распространение информации.