Дженни Моллен – Город лайков (страница 3)
– Я уверена, что Марина тебе кое-что принесла. И если ты сможешь сейчас одеться, спорим, она тебе это подарит, – сказала я.
Роман засиял и начал скакать перед Мариной, словно фанатка в первом ряду на концерте Тейлор Свифт. Я завидовала власти, которую она над ним имела. Она была классной тетей. А еще – единственной тетей, что делало ее только прикольнее. И завидовала я ей не только потому, что мой сын ее обожал, но и потому, что она получала от него только самое лучшее. Они смеялись, играли, а потом она собиралась и уходила. Ей не приходилось иметь дело с хаосом, в который всегда скатывался процесс его одевания, с истериками из-за продуктов, которые он отказывался есть, или с трехчасовым приключением, которым становилась подготовка ко сну. Марина была убеждена, что с детьми легко, а сложно – только с их мамами.
– Окей, слушайте все, – сказала я, глядя на наручные часы. – Нам пора пошевеливаться. У Романа занятия с девяти. Сегодня очередь Ильи его отводить, и…
– НЕ-Е-ЕТ! – закричал Роман, вжимая пятки в деревянный пол. – Я хочу, чтобы мамочка меня отвела!
Я взглянула на Илью, который, хоть и присутствовал в комнате, с тем же успехом мог находиться и в офисе. Он с головой ушел в электронную почту.
– У мамочки сегодня собеседование, – напомнила я всем.
– Я думал, у тебя уже было вчера. – Роман озадаченно на меня посмотрел.
– Это другая работа. И новый день. Новый день, новая работа, – я постаралась, чтобы это прозвучало позитивно. Мне хотелось, чтобы Роман воспринимал меня как победительницу, хотя сама я себя таковой не считала.
– И собеседований будет два. У меня встречи с двумя разными компаниями, так что шансы на успех еще выше, правда?
Роман безучастно на меня посмотрел и пукнул. Потерпевшая поражение, я направилась в сторону маленькой кухни Кена. Отмеряя три стакана смеси для Феликса, я дала Марине наставления.
– Микроволновки у нас нет, так что тебе придется подогреть бутылочку в кастрюле. Феликсу можно поспать еще полчасика, но потом ты должна его разбудить, а то у него собьется режим на весь оставшийся день. А, и еще – мы уже покормили Рыжика, но ему надо будет выйти на улицу пописать, – проинструктировала я, расставляя стаканчики со смесью вдоль плиты.
– А тебе не интересно, почему я пролила латте? – Марина посмотрела на меня, явно оскорбленная тем, что я не уделила ей пристального внимания. Прежде чем я смогла придумать оправдание, она вдруг разразилась тирадой, наполовину обращаясь ко мне, наполовину рассматривая маникюр.
– Так вот, этот урод начал на меня орать, когда я притормозила, потому что я не хотела открывать дверь и пускать его в машину.
– Следи за языком! – шикнул Илья на свою сестру. Он опустошил чашку с кофе и поставил ее возле раковины.
– Потише, вы оба, – мягко сказала я. – Малыш еще отдыхает. Мы ведь хотим, чтобы он еще полчасика поспал.
Марина не обращала на меня внимания. Вместо этого она сердито взглянула на брата и продолжила свой рассказ.
– Ну, вообще-то, не любой внедорожник «Мерседес» – это «Убер», чувак. – Марина усмехнулась, копаясь в ящиках в поисках чего-нибудь на завтрак.
– А я думала, ты работаешь в «Убер», – ответила я, пока мыла чашку Ильи, удостоверяясь, что он это видит.
– Я – напарница, Мег. Это значит, что я вожу только женщин. Моя машина, мой выбор. Фу-у-у! Ребята, у вас тараканы! – завопила она, роняя на пол коробочку сырного печенья в виде кроликов и наблюдая за тем, как оно разлетается во все стороны.
– Заткнись! – пристыдил Илья сестру по-русски.
– Малыш! – Я опустилась на колени и сгребла руками сырных кроликов.
– Ребят, не буду врать, мне это начинает напоминать токсичное окружение на работе, – сказала Марина.
– Никто тут не токсичный, – сказали мы с Ильей в унисон в страхе, что она может схватить свою сумочку
Марина взглянула на меня, словно собираясь что-то сказать, но тут вмешался Роман.
– А можно мне подарок?
– Когда оденешься, – четко приказала Марина, указав пальцем на толстовку от спортивного костюма, лежавшую на полу. И, как по мановению волшебной палочки, Роман сразу же подчинился.
С гордостью, словно только что научила собаку разговаривать, Марина продефилировала к своей сумке и достала из нее фигурку Супермарио.
– Это из тех времен, когда мы с твоим папой были маленькими. Я купила его на
– В завтраки раньше клали игрушки? – Роман взглянул на меня так, как будто его мозг был готов взорваться.
– Хочешь, верь, а хочешь, нет, но и сейчас кладут. Но только если мама выбирает крутые марки, – Марина мстительно мне улыбнулась.
– Роман, нам пора! – нервно сказал Илья.
– Но я хочу, чтобы меня отвела мамочка! – Роман повис у меня между ног, пока я шла к нему с ранцем.
Илья бросил взгляд на меня, потом снова на телефон. Боже, как он был жалок.
– Ну ладно, – сказала я, – можешь отвести его завтра.
Прежде чем нам с Ильей удалось поцеловаться на прощанье, Феликс начал кричать из-за гипсокартонной стены, которую Кен установил, чтобы создать иллюзию наличия второй спальни. Его пронзительные крики напомнили мне техносирены, которые начинают звучать, когда заказываешь шот «Секс на пляже» в Тихуане.
Я разочарованно вскинула руки. – И-и-и-и… малыш проснулся!
– Не смотри на меня! – сказала Марина.
– П****ц! – выругался Илья на своем родном языке, а потом сконфуженно взглянул на меня и взял ключи. – Пожалуйста, не злись на меня.
Я посмотрела, как мой красавчик муж выскользнул в дверь, жалея, что не способна на него злиться.
– Надолго я вам сегодня нужна? – спросила Марина, когда ее брат уже был вне пределов слышимости. – Я попала в фокус-группу по изучению «Ластрелль».
– Изучению чего? – спросила я, спеша на помощь Феликсу, пока он снова не зарыдал. Марина невозмутимо пригладила свой дерзкий высокий хвост и направилась к большому зеркалу, где полюбовалась своим нарядом, а потом начала пристально рассматривать густо накрашенное лицо. Она была такой же красивой, как и ее брат, но прятала это под кучей слоев тонального крема, хотя и утверждала, что на ней «лишь немного пудры и бронзера».
– «Ластрелль», – громко повторила она. – Это новая технология, которая снимает от четырех до семи слоев кожи и дарит сияние. Но первую неделю ходишь как человек-ящерица.
Я вернулась к ней с Феликсом на руках. В свои пять месяцев он был копией своего старшего брата. У него были темные волосы, как у Ильи, и моя изогнутая верхняя губа.
– А ты уже делала эту процедуру? – спросила я, испугавшись, что она сейчас начнет обдирать лицо прямо у меня на глазах.
– Еще нет, – ответила она. – Сегодня сделаю.
– Мамочка! Я жду! – Роман остро реагировал, когда я обращала внимание на кого-то другого. Отчаяние на его лице было таким, словно его только что оставили в раскаленной машине.
– Окей. Да. Пошли. – Я наклонилась, удерживая Феликса одной рукой, а другой пытаясь засунуть ножки Романа в его крошечные ботиночки.
– Хочешь взять на руки Феликса? – спросила я Марину. Но она пребывала в трансе, выдавливая несуществующий прыщик на подбородке. Если бы я искала няню для своих детей, то Марина была бы последней, кого я наняла. Она была неаккуратной, ненадежной и постоянно выглядела так, словно нарядилась в развратный костюм на Хэллоуин. Но она не была растлительницей малолетних, не носила мой размер обуви, а мои дети ее обожали. А еще она дешево обходилась.
– Так во сколько тебе надо уйти? – спросила я, пытаясь скрыть разочарование. Это было очень типично для Марины: она всегда делала вид, что хочет помочь, но когда момент наступал, находила способ слинять.
– Примерно в три пятнадцать. Самое позднее, – пожала плечами она, наконец взяв Феликса на руки и засияв, как мать Тереза.
– Окей. Раньше я приехать не смогу, – сказала я. – Занятия у Романа заканчиваются в три.
Я посмотрела на Романа, натягивавшего кофту. Если я не выведу его из дома прямо сейчас, через пару минут он уже будет голым и в слезах.
– Ладно, – сказала я. – Окей, хорошо.
– Ой, а я не рассказала тебе про стоматолога? – спросила Марина, когда я уже собиралась взять сумку. Я постаралась быть вежливой, собирая вещи и пристально глядя на Романа, словно он был башней из брусков[6], готовой в любой момент развалиться.
– У меня свидание со стоматологом. Он предложил мне сделать бесплатную ночную капу, – продолжала Марина. – Боже, ну и вонючая дыра. Она потрогала стену. Кусок старой краски отломился и упал на пол. – Ты уверена, что тут безопасно жить?
– А что такое вонючая дыра? – навострил уши Роман.
– Ничего, милый, – помотала я головой. – Бери ранец. Не забудь выгулять Рыжика! – напомнила я Марине, еще раз целуя Феликса.
– Да, да, да! – кивнула она. – А еще не забудь прислать мне пароли от вайфая, «Нетфликса» и «Симлис»[7].
– Договорились, – ответила я, медленно осознавая, что теперь у меня не два ребенка, а три.
Глава третья
Для сентября в городе было неожиданно жарко. Гораздо жарче, чем я представляла себе по фильмам Вуди Аллена, в которых осень в Нью-Йорке – это сезон пиджаков оверсайз и твидовых штанов. Я не располагала большими пиджаками, кроме тех, что принадлежали Илье, а брюки у меня были только для беременных. В последний раз я покупала себе одежду еще до рождения Романа. А появившись на свет, он стал моим приоритетом, так что любые отложенные деньги я тратила на ползунки, а потом и на другие костюмчики все больших размеров, которыми он был одержим. Моим же повседневным нарядом были черные джинсы и футболки с логотипами рок-групп, в которых я больше была похожа на мальчика препубертатного возраста, застрявшего на концерте