Дженна Вулфхарт – Из Ночи и Хаоса (страница 40)

Вздохнув, королева Татьяна отпустила мою сестру. Нелли, спотыкаясь, шагнула вперед, смотря на нас троих широко раскрытыми глазами. Она направилась к лестнице, словно собираясь присоединиться к нам.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу.

– Нет, Нелли. Отойди. Не поднимайся сюда.

Нелли остановилась, на ее нежных чертах отразилось замешательство.

– Все верно, – сказала королева Татьяна. – Тебе не стоит туда подниматься. Потому что именно там ждут боги.

Глава XXVII

Тесса

Хотя я и догадывалась, что в этих каменных саркофагах спрятано что-то, связанное с богами, шок, который я испытала, заставил меня вздрогнуть. Королева Татьяна смотрела на нас, скрестив руки на груди своего великолепного шелкового платья, и ее глаза, казалось, светились изнутри. Теперь они были ярче и пронзительнее, как будто пребывание здесь, внизу, в присутствии богов, придавало ей могущества.

Поскольку Андромеда могла влиять на магические способности, это, скорее всего, так и было.

– Я не понимаю. – Прищурившись, Торин обвел взглядом саркофаги. – Боги были изгнаны тысячи лет назад. Их нет в этом мире. А даже если бы они были здесь, то наверняка не прятались бы все это время под Королевством Бури. Ты бы поведала мне.

– Я должна была сообщить об этом только своему наследнику. – Королева поджала губы. – Пусть я отчаянно убеждала тебя заполучить этот титул, ты ослушался. Именно это стало одной из причин моего молчания. Даже зная о богах… Торин, мне не следовало оставаться единственной, кто располагает этой информацией, но я давным-давно дала обет своему отцу. Я должна была любым способом воспрепятствовать распространению этого знания. Никто не должен был догадаться, где находятся боги. И я не могла ничего поведать тебе до обряда посвящения в наследники. Но, что ж, ты обнаружил эту пещеру раньше.

Кален положил руку мне на талию, и тепло, исходившее от него, прогнало ярость. Я все еще чувствовала, как кровь бурлит в моих венах. Должно быть, уголки моих глаз покраснели. Он подтолкнул меня к лестнице.

– Нам нужно уходить.

Взгляд королевы Татьяны остановился на мне.

– Ты чувствуешь это, не так ли? Их отчаянное желание выбраться отсюда?

Облизнув губы, я кивнула, но, когда попыталась заговорить, не смогла подобрать слов. Ощущение присутствия богов навалилось на меня, словно тяжелый груз.

– Я так и думала, – сказала она с грустной улыбкой. – Видишь, со временем все становится еще хуже.

Каменные саркофаги снова загрохотали, и от этого звука меня захлестнула новая волна ярости. Я вздрогнула и прижала руку ко лбу.

– С тех пор как на небе появилась комета, – продолжила королева, – они… сдвигаются.

– Сдвигаются? – Встревоженный голос Торина эхом отразился от камня, но вскоре был заглушен другим глубоким грохотом. – Что значит сдвигаются?

– Если бы я сама могла догадаться, – проговорила Татьяна, выгнув бровь. – Как по мне, это лишь означает, что боги пробуждаются.

– Я думаю, нам нужно обсудить все это где-нибудь в другом месте, – процедила я сквозь стиснутые зубы. Стук в моем черепе становился все громче, а страх – все более гнетущим. Чем дольше мы стояли здесь, тем хуже становилось. И я не жаждала находиться в этой пещере, когда боги действительно пробудятся.

– Они были изгнаны, – раздался за моей спиной голос Калена, явственно ощущавшийся в густом мраке. – Даже моя мать соглашалась с этим фактом. В свое время она отправилась в Талавен, чтобы задать смертным вопросы о богах. Люди рассказали ей об этом напрямую. Она бы почувствовала, если бы они солгали.

– О да, они были изгнаны. – Глаза королевы метнулись к саркофагам. – Но куда? Люди сказали ей об этом?

По тому, как напряглось тело Калена, я поняла, что нет. Люди не посвятили королеву Беллисент Денар в подробности. Они рассказали ей ровно столько, чтобы убедить ее принудить сына дать клятву против врага, которого она не могла – или не хотела – называть.

– Видите ли, богов нельзя убить, – продолжила королева Татьяна, протягивая руку, чтобы дотронуться до своего ожерелья дрожащими пальцами. – Этот мир от них не избавишь и не заставишь их покинуть эти земли. Они слишком могущественны. Мы, напротив, слишком слабы. Все, что мы могли сделать, – это запереть их в этих каменных склепах и отделить от Андромеды. Ведь когда она оказывается рядом с ними, они становятся сильнее. Скоро они приобретут достаточно мощи, чтобы вырваться на свободу, независимо от того, какого рода защитные чары мы установим.

Я взглянула на ожерелье из оникса и сразу все поняла. Оно вовсе не было знаком верности богам. Для королевы ожерелье было лишь средством защиты – защиты себя и своего народа – от влияния богов, а также способом помешать богам покинуть гробницу. Но если то, что сказала Татьяна, было правдой – а судя по грохоту, так оно и было, – то скоро никакие магические ухищрения не смогут помочь.

Подавив свой ослепляющий гнев, я подошла к краю возвышения, чтобы встретиться с ее пристальным взглядом.

– Вам нужно убираться отсюда. Вам нужно собрать всех жителей Гейлфина и бежать.

– У меня нет такой возможности, – сказала она с грустной улыбкой. – Я уже говорила вам, что дала клятву, когда узнала об этом месте. Я должна оставаться здесь, в Гейлфине, и стоять на страже города, когда боги восстанут. Возможно, моей силы недостаточно, чтобы убить их, но она замедлит их продвижение. Вы воспользуетесь этим, чтобы вовремя вывести из города мой народ.

– Мама, – произнес Торин хриплым голосом. – Ты же не серьезно. Ты не можешь просто остаться здесь и умереть.

– Я могу, и я сделаю это. – Она подкрепила свои слова взмахом руки. – Кто-то должен сдерживать их достаточно долго, чтобы жители Гейлфина смогли благополучно покинуть город. Я лишь довольна, что ты разыскал это место. В глубине души я знала, что ты все такой же упрямый и любопытный мальчик, каким был всегда.

Торин покачал головой и сбежал по ступенькам. Подойдя к матери, он взял ее руки в свои и прижался лбом к ее лбу.

– Мама. Мне так жаль, что я сомневался в тебе все это время. Я должен был послушаться тебя. Я должен был…

– Тише, сын мой, – прошептала она, глядя на него остекленевшими глазами. – Откуда тебе было знать? Мне было поручено сохранить это в секрете от всех, включая тебя. Ты не должен был подозревать, что здесь происходит что-то большее.

– Это несправедливо, – выдавил он. – Ты не можешь этого сделать. Ты не должна жертвовать собой, только не так. Я потратил последние четыреста лет, злясь на тебя и держа ужасную обиду. И теперь, когда я знаю правду… нам нужно больше времени.

Она улыбнулась и погладила ладонью его щеку со шрамом.

– Это подарок судьбы – иметь хоть какое-то время. Бери то, что тебе дано, и используй это с умом, как я делаю сейчас. Выведи наших людей из этого места, Торин. Обязательно носи оникс и раздай как можно больше драгоценных камней всем остальным. В моих покоях есть запас таких украшений. Они защитят вас от влияния богов.

Она сняла свое ожерелье через голову и повесила Торину на шею.

– Я не могу забрать его у тебя, – сказал он.

– Ты должен. Я видела, что происходит с фейри, которые не защищены от влияния богов. Они становятся искаженной версией самих себя.

– Оуэн, – догадался Торин.

Она погладила его покрытое шрамами лицо.

– Мне так жаль, что он так с тобой поступил. А теперь идите. Торопитесь. Мы не знаем, сколько у нас еще есть времени, прежде чем боги пробудятся и разрушат этот город.

Словно разозленная ее словами, земля под нашими ногами качнулась в сторону. Кален схватил меня за руку в перчатке и потянул за собой, устремляясь вниз по ступенькам. Торин обнял свою мать. Нелли же в это время печальным, отстраненным взглядом смотрела на происходящее. Без сомнений, вспоминая, как мы в последний раз видели наших маму и папу.

Королева Татьяна отстранилась от Торина и указала ему на туннель, ведущий в замок. После чего схватила меня за руку. В ее глазах появился понимающий блеск.

– Я провела много времени в этой пещере рядом с богами. Они даже пытались переманить меня на свою сторону, подарив мне те когти и множество других способностей. Взятки, понимаете ли. Так что я отлично знаю, как пахнут боги, а от вас с сестрой ими ужасно разит.

Сердце бешено колотилось, я открыла рот, чтобы попытаться объяснить, но Татьяна прервала меня, прежде чем я смогла подобрать слова. А потом она взяла мою ладонь, покрытую перчаткой, и поднесла к глазам.

– А я-то думала, с чего это Оберон так зациклился на том, чтобы вернуть тебя в Альбирию, – пробормотала она, и между ее бровей пролегла морщинка. – Полагала, что он просто обезумел. Он гораздо больше беспокоился о тебе, чем о других невестах. Но я никак не могла ответить себе на вопрос почему. Было ли в тебе что-то особенное? До сих пор ты казалась вполне обычной, хотя твой запах и немного выбивался из прочих. Сперва я не могла понять. Однако мне все стало ясно, как только я обнаружила, что одно из моих любимых растений покрыто слоем пепла. От погибшего цветка.

– Я… это был несчастный случай.

– Я уверена, что так оно и было, – сказала Татьяна сдавленным голосом, протягивая руку, чтобы убрать с моего лица несколько непослушных прядей, хоть и старалась не касаться моей кожи. – Однажды я услышала пророчество. В нем говорилось, что боги вернутся и этот мир окажется под их пятой, если мы не найдем способ обратить их собственную силу против них. Также говорилось, что появится человек, достаточно могущественный, чтобы сделать это. Интересно, можешь ли этим человеком быть ты?