Дженна Вулфхарт – Из Ночи и Хаоса (страница 29)

– Это какой-то из твоих припасенных трюков, не так ли? Ты приводишь ко мне лорда, у которого неразрешимая проблема, чтобы я захотел вмешаться и помочь. Но я смогу это сделать, только если это королевство будет моим, верно? Если я вступлю в должность вашего наследника. Я не сделаю этого, мама. Я не убью своего брата.

Лорд судорожно вздохнул и побледнел.

С этими словами Торин вышел из Большого зала, не сказав больше ни слова и даже не бросив прощального взгляда через плечо. Мгновение прошло в напряженном молчании. Нелли уронила салфетку рядом с тарелкой и схватила меня за руку.

– Я собираюсь поговорить с ним, – прошептала она мне.

– Тебе не нужно ничего лепетать в мою защиту, девочка, – сказала королева, закатив глаза. – Я не слабая смертная, которая не может слышать слов, произносимых прямо передо мной.

Лицо Нелли покраснело, но она не клюнула на приманку, которая, скорее всего, сработала бы со мной. Вместо этого она перелезла через скамейку и последовала за Торином к двери. Но я и не была своей сестрой.

Я снова повернулась к королеве, прищурив глаза.

– Интересно, почему боги сочли необходимым наделить фейри усиленным слухом. Возможно, они поняли, что без этого вы не сможете выжить.

За столом воцарилась зловещая тишина. Кэдмон почти поперхнулся. Но Татьяна только рассмеялась, в то время как лорд рядом с ней побледнел еще больше.

– Оберон рассказывал мне о многом из того, что он вытворял с вами, глупыми смертными Тейна. Все те сказки, что он плел вам о мире за пределами Моста к Смерти. Забавно, как вы еще верите им, даже освободившись от его гнета. Боги не участвовали в создании способностей фейри, девочка. Силы принадлежат нам с незапамятных времен.

– Вы правы. – Мне было трудно в это поверить. – Оберон действительно солгал нам, но я была бы осторожна, предполагая, что вы знаете о мире больше, чем мы, простые смертные, особенно когда речь заходит о богах.

В Большом зале повисло напряжение, и когда королева устремила на меня свой сверкающий взгляд, я поняла, что голоса за другими столами тоже стихли. Но это напряжение было не единственным, что переменилось. Гнев буквально сжигал мою кожу, отчаянно пытаясь дотянуться и срезать усмешку с лица королевы. Я была так сосредоточена на Татьяне, Торине, моей сестре и странном жужжании у меня в спине, что забыла обуздать свой нрав – обуздать тьму внутри. Я сжала руки и заставила себя отступиться, но тьме это не понравилось.

Королева Татьяна схватила нож и вонзила его в ломтик жареного картофеля.

– Я знаю, кто ты, Тесса Бэрен из Тейна. Оберон много рассказывал о тебе и твоей попытке убить его в замке Альбирии.

В воздухе повисло несколько вздохов, и я постаралась не поморщиться под тяжестью сотен взглядов.

– Он предлагал мне союз при условии, что я разыщу тебя и доставлю на его маленький прогнивший мостик, – продолжила Татьяна. – Знаешь, что я ответила? – Она наклонилась вперед со свирепой улыбкой. – Я сказала: «Иди ты к черту, Оберон». А потом я помолилась звездам на небе, чтобы ты могла вечно избегать его, просто чтобы заставить его хоть немного попотеть. Хотя, в конце концов, до меня дошли слухи, будто ты все-так смогла его прикончить, умничка.

Кэдмон, сидевший на другом конце стола, скрестил руки на груди и издал нервный смешок:

– Мне ужасно нравится происходящее.

Но все, что я смогла делать, так это уставиться на Королеву Бурь в ответ. Такой выпад я не ожидала от нее услышать.

– Я не понимаю, – сказала я, мое сердце бешено колотилось о ребра. Если королева Татьяна отвергла предложение Оберона, если она знала, кто я, и желала, чтобы я одержала над ним победу, то почему она так жестоко обходилась с нами с того момента, как мы переступили порог замка?

Словно прочитав мои мысли, она прищелкнула языком.

– После того, как я отклонила его предложение, Оберон связался с моим сыном. Оуэн был более чем счастлив стать его союзником. Я полагаю, он отправил несколько высших фейри в Итчен, где они попытались заманить вас в ловушку с помощью шторма. Однако, если вы здесь, а они нет, ничего не сработало.

Оуэн. Снова.

Кален продолжал есть с убийственным спокойствием, не сводя глаз с лица Татьяны. Он не сказал ни слова, но в этом и не было необходимости. Я чувствовала его гнев, чувствовала, как бурлит его ярость.

– Если все это правда, – сказала я, опершись ладонями о стол по обе стороны от тарелки, – тогда к чему такой холодный прием?

– Холодный? – она издала звонкий смешок и указала на банкетный стол, расставленный перед нами. – Я подготовила для вас теплые, уютные постели, ведра с горячей водой для ванн и вкусный завтрак, чтобы вы могли подкрепиться после долгого путешествия.

На дальнем конце стола Фенелла чиркнула вилкой по пустой тарелке и постучала себя в грудь, прежде чем отрыгнуть. Затем она одарила королеву ослепительной улыбкой, будто соперничая в неискренней любезности.

– Вы мастерски владеете своими словами, словно оружием. Мы знаем, что вы не рады видеть нас здесь, вероятно, потому что мы были вынуждены убить нескольких людей вашего сына. Тех фейри, что угрожали нашему народу. Либо так, либо вы в сговоре с богами. По правде говоря, я не уверена, что именно из этого истина. Может, следует монетку подбросить?

– В сговоре с богами? – вскрикнул лорд Берн хриплым от волнения голосом. Он повернулся к своей королеве. – Ваше величество, что это за разговоры о богах? Сегодня утром о них неоднократно упоминалось, и о существах, обитающих в глубинах океана… есть что-то, о чем нам следует знать?

– Не стоит беспокоиться, лорд Берн. – Татьяна похлопала лорда по руке. – Если возникнет какая-то угроза – а я убеждена, что ее не существует, – я уверена, что Король Тумана позаботится об этом.

Тут Кален напрягся – пока это была единственная реакция, которую он выказал на слова Татьяны, – а королева в ответ склонила голову набок.

– Это ведь так, не правда ли? Ваша сила может сравнять с землей целые армии. Вам в действительности совсем не нужны десятки воинов или высших фейри, которые могут призывать гром и ветер. Вы легко справитесь с любой угрозой, с которой мы можем столкнуться. Кален Денар – величайшее оружие, которое когда-либо видел этот мир.

Было что-то в ее голосе, что-то в блеске ее глаз, от чего у меня по спине пробежал холодок беспокойства. Знала ли она, что сила Калена бесполезна даже против меня – и, вероятно, бесполезна против Андромеды тоже? Но как?

Мой взгляд упал на ее ожерелье. Я сосредоточилась на нем, готовясь ощутить его мощь. Когда я вошла в пещеру под Итченом и когда я была рядом с ожерельем Оберона, я ощущала магию. Это ощущение нельзя было спутать ни с чем, чувство было плотным, мрачным и жаждущим. Но от камня на ее шее ничего подобного не исходило.

Кален поднял салфетку с колен и бросил ее на стол.

– Благодарю вас за обильное угощение этим утром, королева Татьяна. А теперь, с вашего позволения, я жажду осмотреть остальную часть замка. В нем такая уникальная атмосфера. Его стиль так непохож на замки в королевстве фейри теней.

Он встал и направился к выходу. Королева Татьяна вскочила на ноги прежде, чем он успел отойти от стола. Ее щеки напряглись.

– Конечно. Вы должны немедленно отправиться на экскурсию. Я отправлю свою личную охрану сопровождать вас.

– Вряд ли в этом есть необходимость, – ответил он с откровенной, понимающей улыбкой, которая была такой же колкой, как и насмешки королевы, которыми она одаривала гостей все утро.

Татьяна явно не хотела, чтобы мы бродили по ее обители одни. Неужели она боялась, что мы можем что-то обнаружить? Что она пыталась скрыть? Или это было просто недоверие к королю вражеских фейри, который убил так много людей ее сына?

– Чепуха. – Она указала пальцем на вооруженного охранника, который стоял у стены, ближайшей к нашему столику. – Я не могу позволить моим почтенным гостям заблудиться. Видите ли, эти коридоры – настоящий лабиринт. Мой охранник проследит, чтобы вы увидели все, что вам нужно, а затем благополучно проводит вас в ваши комнаты.

Почтенные гости? Я не могла не задаться этим вопросом. Или заключенные?

Глава XX

Нив

После двух недель, проведенных в тесной каюте, люди наконец выпустили нас на палубу. Все путешествие было кошмарным. Аластер храпел и занимал слишком много места своими массивными плечами и огромными ботинками. Люди были достаточно «добры», чтобы предоставить нам доступ в ванную, где мы могли облегчиться и помыться, но, кроме этого, мы не покидали четырех стен тринадцать дней.

Единственной передышкой были беседы с Вэл. Но, черт возьми, Аластер взял привычку встревать в разговор с шуткой, совершенно не обращая внимания на то, насколько серьезную тему мы могли обсуждать. Тем не менее общаться так запросто оказалось приятно – насколько это вообще могло быть.

Теперь Аластер наконец-то был предоставлен самому себе и бродил по противоположной стороне палубы. Вэл схватилась за борт корабля, запрокинула голову и вдохнула соленый воздух. Ее волосы цвета дикого имбиря упали на лицо, и она счастливо улыбнулась. Это мгновенно заставило меня забыть, насколько я была зла из-за всего произошедшего.

Пока к нам не подошел окруженный матросами капитан, держа ладонь на рукояти меча, висевшего у него на боку. Я прищурилась и посмотрела ему в лицо, чувствуя, как клокочет гнев. Эти ублюдки продержали нас взаперти две гребаные недели.