Дженн Лим – Вовлеченные и эффективные. Культура бизнеса для выдающихся результатов (страница 3)
Хотя назревали большие перемены, не все футурологи прочили нам мрачное будущее. Так, автор книги «Изобилие: Будущее будет лучше, чем вы думаете»[1] Питер Диамандис считает, что благодаря технологиям эпоха ограниченных ресурсов сменится эпохой изобилия, и человечество не только заживет в достатке, но и обретет множество новых возможностей.
Под «возможностями» футурологи имеют в виду не только решение климатических проблем и избавление от нищеты, что одновременно поможет миллиардам людей, но и поиск ответов на экзистенциальные вопросы, о которых я упоминала ранее. В научных журналах и фантастических рассказах постоянно пишут, что наступит время, когда благодаря ИИ наше сознание сможет жить уже после смерти тела. Если вам нравится эта гипотеза, не забудьте оформить вечную подписку на облачные сервисы, а то потом будет поздно.
Однако, чтобы нам открылись эти возможности, должны ли мы, люди, тоже эволюционировать по экспоненте? Большинство ученых скажут, что это невозможно. С момента нашего появления на Земле мы эволюционировали в довольно устойчивом темпе, и кажется совершенно нелогичным, что однажды утром мы проснемся и начнем развиваться со скоростью технологий. Документальный фильм «Социальная дилемма» (кто-то считает его довольно реалистичным ужастиком) демонстрирует последствия неспособности физиологически эволюционировать со скоростью технологий, которые мы уже сейчас ощущаем в повседневной жизни. Теперь необходимость угнаться за соседями уже не является главной проблемой человечества: мы и так понимаем, что в чужом огороде трава всегда зеленее. Фильм «Социальная дилемма» говорит о том, что ничего не дается бесплатно, и за пользование соцсетями и интернетом мы расплачиваемся чем-то намного более важным и ценным, чем деньги, – данными о себе, наших детях и даже домашних животных, которые поступают туда, где мы уже не можем их контролировать.
Итак, что же делать, если развитие технологий опережает наше собственное развитие? Дома и на работе следует сосредоточиться на том, чему никогда не смогут научиться компьютеры.
Например, на способности к эмпатии и творчеству. На соблюдении принципов инклюзивности, равенства и этики. На решении проблем сквозь призму человечности во все более непредсказуемых и неизвестных ситуациях. На проживании всех эмоций, счастливых и несчастливых, и осознании, что «это тоже пройдет». Нам, людям, следует сосредоточиться на том, что получается у нас лучше всего: просто
Следует ожидать, что ИИ и автоматизация будут и дальше подрывать наш привычный образ жизни и рабочие процессы. Учитывая, что мы видели в кино про захват мира машинами, перспектива немного пугает. Вместо мелодичных голосков Алексы и Сири мы вполне можем услышать голос ЭАЛ 9000 из «Космической одиссеи 2001 года»[2] – компьютера с личностью Ганнибала Лектера, который говорит: «Простите, не могу вам помочь. Ко мне заглянул старый друг на виртуальный ужин». Со стороны может показаться, что технологии постепенно захватывают власть над нами. Однако чем больше мы переходим к автоматизации процессов, тем чаще надо вспоминать, что у нас есть выбор, во что верить и чему поклоняться. Это может быть природа, любая разновидность духовности, помогающая лучше понять мир и то, что ждет нас после смерти, или внутренний голос, взывающий к нам из глубин души. А может, все перечисленное.
Иногда мы забываем, что ИИ и автоматизацию придумали люди. Люди, которые, безусловно, могли бы предстать злодеями в следующем фильме о том, как ИИ захватывает мир. Но если мы продолжим проявлять эмпатию, будем помнить о своем намерении и строго придерживаться этических принципов, нам не придется переживать из-за того, что выкинут Алекса, Сири и даже ЭАЛ.
Погоня за непредсказуемым, меняющимся по экспоненте миром и всем, что неподвластно нашему контролю, – поистине устрашающая задача, но она лишь напоминает о важности контролировать то, что находится внутри нас самих: убеждения, смысл, ценности и способность адаптироваться.
Говорят, оптимизм – это когда понимаешь, что в жизни нет определенности.
Учитывая, сколько неопределенности в мире сейчас, наш уровень оптимизма должен быть намного выше обычного. Но, разумеется, это не так.
Нет ничего сложнее, чем смириться с неопределенностью жизни, хотя в этом кроется самая большая мудрость. Можно всю жизнь пытаться примириться со всеми незапланированными событиями, что с нами случаются: разводом, болезнью, смертью близкого, – и так этого и не сделать. А поскольку мир меняется по экспоненте, мы все чаще сталкиваемся с четырьмя Н:
Каждая прочитанная новость, каждый пост в соцсетях расшатывает нашу устойчивость. Всем хотелось верить, что в конце неумолимого 2020 года все невообразимые события просто забудутся. Однако прошло несколько дней с начала 2021-го, и толпа атаковала Капитолий, священную территорию, причем многим казалось, что это произошло с одобрения действующего президента. Весь мир был потрясен, и мы поняли, что наступление нового календарного года ни на что не влияет.
Многие до сих пор переживают из-за исчезновения и банкротства брендов, которые, как нам казалось, никуда не денутся: JCPenney, Cirque du Soleil, 24 Hour Fitness, Sizzler (да, пап, мне очень жаль, мне тоже будет не хватать их сырных тостов).
Хуже всего были личные новости: друзья и близкие заболевали коронавирусом и теряли работу и бизнес. Некоторые лишились и жизни. Только в США от коронавируса умерли более полумиллиона человек – примерно столько же американских солдат погибли во Вторую мировую войну, войну в Корее и Вьетнаме. В мире умерло два миллиона – примерно столько живет в Словении. Окружающая действительность изменилась и стала ощущаться совсем иначе: теперь мы больше не могли пойти в любимый местный ресторанчик и бар, где нас знают по имени. Более ста тысяч американских малых предприятий закрылись только в первые полгода пандемии. Это особенно удручает, учитывая, что малый бизнес составляет 44% американской экономики и отвечает за две трети рабочих мест, служит двигателем инноваций, которые затем перенимают крупные корпорации, и способствует здоровой конкуренции. Жаль, что самый сильный удар пришелся на наиболее увлеченных людей, пытающихся зарабатывать на жизнь и не боящихся мечтать.
Прогнозы о будущем профессиональной среды: всеобщий переход на удаленку, рост автоматизации, замена сотен миллионов рабочих мест (то есть людей) искусственным интеллектом – все это уже не прогнозы. Человечество обнулилось до базовых настроек; будущее наступило быстрее, чем мы думали, и уже стучится в дверь.
Усиление четырех Н (НННН –
ССС – страх, смятение, сомнения – снижают психологическую устойчивость и чувство безопасности. Мы ощущаем перегрузку и усталость и с трудом дотягиваем до конца дня. В рабочей среде, где нет доверия, не существует открытой и честной коммуникации и не взращивается свобода, необходимая каждому, чтобы нормально выполнять свою работу, всегда присутствуют ССС. Они внушают неуверенность в себе, снижают стрессоустойчивость и продуктивность, лишают нас энергии и жизнерадостности. Это ужасное чувство. Мы начинаем думать: а почему кому-то другому дали высокую премию? Ходят слухи об очередной серии увольнений, но кого уволят следующим – остается лишь гадать. Мы просыпаемся по утрам и задаемся вопросом, зачем вообще ходим на эту работу. Но счета сами себя не оплатят.
Как можно уверенно планировать будущую карьеру, если вокруг столько неконтролируемых событий? Как можно даже размышлять о работе мечты и любимом занятии, если завтра все может рухнуть? Где искать ответы на вопросы в мире, который с каждым днем становится все более непредсказуемым?
Как бывает со сложными вопросами, простейший ответ обычно оказывается верным. Не стоит искать его вовне, ведь он находится внутри. Хотя для книги о бизнесе это может показаться туманной эзотерикой (все эти рассуждения в духе песен Мэрайи Кэри, что герой есть в каждом из нас), во второй части книги я расскажу, почему это важно и как встать на этот путь. Пока же запомните: когда мир кажется беспросветным, самое важное, что можно сделать:
Именно поэтому я говорю, что сейчас мы живем и работаем в адаптивном веке.
Происхождение адаптации
Понятие адаптивного века во многом вдохновлено Чарльзом Дарвином. Его труды часто сводят к постулату: «Выживает не сильнейший и не самый умный, а тот, кто лучше всех умеет приспосабливаться к изменениям». Меня очень вдохновляет природа, я считаю, что мы можем многому у нее поучиться, так что я задумалась, как можно применить концепцию адаптивности к организациям и, что важнее, к людям, работающим в организации, чтобы те стали более гибкими – гибкими до такой степени, чтобы не просто выжить, но и научиться процветать в меняющихся условиях.