Джек Уильямсон – Рождение новой республики (страница 1)
Джек Уильямсон
Рождение новой республики
«The Birth of a New Republic» написано в соавторстве с Майлзом Дж. Бруером М.Д. (Miles J. Breuer. M.D.), журнал «Amazing Stories Quarterly», зима 1931
«The Metal Men» журнал «Amazing Stories», № 12, 1928
«Dead Star Statiun журнал «Astounding Stories», № 11, 1933
© ООО «Издательство «Северо-Запад», 2020
© Перевод А.Федотов, 2020
© Перевод А.Флотский, 2020
Рождение новой республики
(научно-фантастический роман)
Глава I. Новый Фронтир
Сегодня, в последние дни двадцать четвертого столетия, я уже стар, и собираюсь посвятить заключительные годы моей длинной и бурной жизни воспоминаниям, написанию мемуаров о моем скромном вкладе в только что завершившийся исторический период, который был, возможно, самым важным в истории человечества. За время моей жизни колонии на Луне превратились из кучки слабых, разрозненных городов в сильную и преуспевающую, могучую Лунную Корпорацию, с которой вынуждены считаться все. Я был одним из участников ужасной битвы, в которой была завоевана автономия этой корпорации. Моя цель — описать то, что я видел во дни этой самый великой из войн так просто и правдиво, как я могу.
Моя история должна начаться с моего отца. Он родился в Питтсбурге в 2276 году. Прошло уже больше столетия, с тех пор как Соединенные Штаты Америки вместе с другими политическими организациями, именовавшимися «государствами, которые когда-то управляли миром», утратили любую реальную власть над людьми в пределах своих древних границ. Питтсбург был цитаделью Корпорации Металлов, одного из самых могущественных трестов, которые управляли миром.
Решение мигрировать в колонии на Луне было вполне в духе моего отца. Его мятежный дух восставал против сложной, хорошо организованной жизни Земли. Он был глубоким мыслителем, оригинальным и независимым в суждениях; он потратил большую часть юности, бродя по Земле. Философ по натуре, он не находил себе места в бессмысленной суете корпоративных мегаполисов.
Отец не был человеком, способным заточить себя на восемь часов в день в стеклянной клетке офиса, ради того чтобы пришить золотую кайму к своей тунике и возить жену по фешенебельным клубам, где будут болтать о последних шоу «с клубничкой» и делать ставки на ракетные гонки. Он не желал тратить время и деньги на казино и «Портвейн 2200», извиваться на танцполах под ревущую музыку. Мои родители были не такими людьми. Естественно, что они думали об эмиграции на Луну.
Мир в те годы был полон новых надежд, связанных с ночным светилом. Там, в четверти миллиона миль от Земли, выносливые пионеры спустя два столетия после того, как последние новые земли были освоены на Земле, открыли новую границу — Фронтир. Жизнь там была проста и трудна. Люди были свободны от корпоративных правил и искусственной политкорректности. Они жили близко к природе. Их жизнь зависела от их мозгов и рук, а не от величины их банковского счета. На спутнике Земли было полно места для настоящих мужчин; там требовались инициативные и смелые люди, не нуждающиеся в ежеминутном контроле бюрократической машины. На Луне человек не был винтиком. Когда строил себе дом — это был его дом.
Отец был профессиональным инженером. В свое время он работал в главной лаборатории Корпорации Металлов в Питтсбурге, где разрабатывали новые автоматы. Эти машины освободили людей от повседневного рутинного труда. Люди предались безделью, бездумному отдыху и разнообразным порокам.
Положение отца было завидным, по крайней мере, для его сослуживцев. Была возможность карьерного роста, достижения того уровня доходов, который означал волшебное превращение из обычного работника в одного из менеджеров, возможно, даже место в Совете директоров.
Я помню полного, напыщенно го, покрасневшего джентльмена по фамилии Кейлинг, который бывал у нас по нескольку раз в месяц, и который заинтересовался фантастической схемой контрабанды наркотиков из Индии субмариной и хотел, чтобы отец помог спроектировать эту подводную лодку для перевозки дури. Однако при этом у него было превосходное положение в питтсбургском обществе. Он являлся к нам лишь для того, чтобы втянуть отца в свои сомнительные авантюры, невзирая на полное равнодушие отца к его прожектам, и сильно удивился, когда услышал, что мы собираемся эмигрировать на Луну. Мне было лет пять, но я отчетливо помню, как этот тучный господин охал и ахал, крутя массивные золотые перстни на своих толстых пальцах.
— Джон, вы хотите сказать мне, что готовы бросить вашу карьеру ради глупой авантюры? Луна — пустыня. Вы же видели фильмы? Горячий, как ад, двухнедельный день, и пустыня, покрытая замерзшим воздухом ночью. Дикие горы, полные проклятых
Он усмехнулся моей матери, которая сидела, чопорно глядя на него из кресла-качалки. Затем громко расхохотался, стремясь показать, что сказанное им — не более чем шутка.
Отец ничего не сказал в ответ. Кейлинг вытащил огромную черную сигару, наполнив комнату облаками черного, густого дыма.
— И подумайте о рейсе. Я не рискнул бы отправиться туда, даже если бы мне пообещали кресло Генерального Директора! Я не псих! Холод, тесные каюты, пассажиры, как сельди в бочке. Духота. И «космическая болезнь», от которой помирает каждый двенадцатый. Компания не несет ответственности… Именно так они получают деньги. Вы знаете, Карлтон — вице-президент «Коммуникаций 5»… У него была навязчивая идея взять жену на Луну в свадебное путешествие. И она умерла! И Хэмлин, мой старый приятель, слетал туда, в Колон, и вернулся с разрушенными легкими. А Смит! Он был Колониальным Секретарем на Луне в течение четырнадцати лет… возвращался со своей семьей, и метеорит разбил судно!
Кейлинг картинно заломил руки. Мой отец взглянул на него строго и серьезно.
— Я знаю все об этом, — сказал он тихим, учтивым голосом. — Но почти два миллиона человек переселились на Луну! Там кипит жизнь!
— Да! Адское «кипение»! Вы должны возиться на пустынных холмах с дикими лунными телятами и работать как дьявол за половину того, что вы бы получили в офисе, прямо здесь. Питаясь консервами и концентратами, весь день жариться на солнце, где-то в кратерах, а «вечером» мчаться к одному из этих унылых купольных городишек, чтобы не замерзнуть двухнедельной ночью. Джон, вы лучше подумайте!
— Это решено! Никакие доводы этого решения не изменят.
— Черт возьми, Джон, я хотел бы, что бы Босс Уорни встретился на твоем пути… если бы не твоя жена!
Рассказы о космических пиратах, таких как Босс Уорни, всегда приводили меня в дикий восторг. Пираты были кровожадными и отчаянными грабителями и убийцами, без сомнения. Но опасность и романтика их ремесла создавала вокруг них своеобразный ореол привлекательности, и я думаю, что большинство мальчишек в те годы мечтали о том дне, когда они смогут убежать, чтобы стать межпланетными разбойниками.
Уорни был, возможно, наиболее прославленным из космических пиратов. Рассказов о его деяниях было множество. Он грабил богатые суда десятками. Как-то раз он уничтожил три патрульных космических крейсера прямо над космопортом Нью-Йорка. Несколько лет спустя он захватил президента Корпорации Химикатов и его дочь, сняв их с лайнера, который перехватил по пути на Луну. Он принял их очень гостеприимно, но держал в плену, пока не получил выкуп. Тогда он высадил их в небольшой деревне на Калифорнийском побережье. У него, как сообщали, была своя тайная база то ли в недрах Гренландия, то ли в джунглях Бразилии, то ли в Гималаях, и ещё одна на обратной стороне Луны. За прошедшие тридцать лет десятки экспедиций были снаряжены, чтобы отыскать его сокровища. Но, насколько я знаю, золото Уорни все еще находится там, где знаменитый пират спрятал его. Впрочем, подозреваю, что его бесшабашная команда, должно быть, проиграла и пропила его в Мексике, на Востоке и на Луне, в любом месте, которое было достаточно диким, чтобы вытерпеть их присутствие…
У замечаний Кейлинга об условиях жизни на космических кораблях были основания. Они, возможно, были лучше, чем он заявил, но Корпорация Металлов поддерживала монополию на торговлю с Луной, и ее военные корабли безжалостно уничтожали любое судно, пойманное на лунных трассах. Строительство и обслуживание космических кораблей были дороги, и суда были переполнены теми, кто мог позволить себе заплатить за билет. Их комфорт не причинял чиновникам корпорации большого беспокойства.
Метеориты были опасны. В течение ста пятидесяти лет коммуникации с Луной тысяча судов была разрушена столкновением с этими железными странниками космической бездны. Никакая система телескопов, прожекторов или радиолокаторов не давала полной гарантии. Снова и снова суда достигали космодромов разрушенными, с утечками воздуха, с командами, вынужденными носить скафандры, и пассажирами, умирающими в своих каютах.