Джек Уильямсон – Болеутолитель. Темное (страница 86)

Барби не в силах был смотреть в ее измученные глаза.

— Это просто мои давние связи в газете, — он неловко ушел от ответа, повторяя свою неубедительную ложь. — Мне приходится скрывать свои источники. — Темный кофе выплеснулся на блюдце, когда он взялся за чашку. — Что еще сказал Сэм? — пробормотал он в отчаянии.

Нора вытерла глаза уголком белого передника.

— Что должен уехать, но не может сказать, куда. Я умоляла его приехать домой, Сэм заявил, что нет времени… Спросила, почему он не может объяснить все полиции, но он ответил, что ему все равно не поверят и что враги слишком ловко его опутали. — В голосе Норы прозвучали недоумение и страх.

— Кто эти враги Сэма, Вилл?

Барби покачал головой без всякого выражения.

— Это какой-то страшный заговор. — В растерянном шепоте Норы угадывался ужас. — Полицейские пытались заставить меня говорить и показали мне кое-что из найденных улик. Они рассказали… Я… я просто не могу поверить в это!

— Каких улик, Нора?

— Там было письмо, — тихо пробормотала она. — Написано на кусочке желтой бумаги. Почерк Ника или хорошая подделка. Там сказано, что они поссорились на обратном пути из Азии из-за сокровища, привезенного в зеленом деревянном ящике. Сэм хотел получить его сам и пытался заставить Ника помочь ему — вот, что написано там, Вилл.

Она протестующе покачала головой.

— Там еще говорится, что Сэм дал доктору Мондрику очень большую дозу сердечного, чтобы убить его в аэропорту и предотвратить передачу сокровища в музей Фонда. Будто бы Сэм повредил тормоза и коробку передач в нашей старой машине, чтобы Рекс Читтум погиб на Сардис-Хилл. И, действительно, странно, что Сэм предлагал Нику взять наш старый автомобиль, когда у Фонда есть машины лучше.

Ее сухой, тусклый голос был пропитан ужасом.

— В конце написано, будто Ник боится, что Сэм его убьет, так как хочет сохранить тайну других убийств и заполучить сокровище. — Нора запнулась. Ее голос зазвенел. — Полиция думает, что так оно и было. Они верят, что Ник действительно писал это письмо, что Сэм и Ник были одни в комнате. Найден сломанный стул, а к окну тянется след крови. Они считают, что Сэм убил его и выбросил в окно. Но ты же знаешь, что Ник ходил во сне. Ты наверняка помнишь это!

Барби кивнул и увидел, как в ней пробуждается надежда.

— Я помню. Скорее всего, Ник Спивак не писал этого письма. — Он понял, что письмо написала лоснящаяся белая волчица, когда прыгнула на стол Ника и взяла его карандаш в лапы, пока колоссальная бронированная змея тащила тело Ника к окну. Но это было безумием, и он не смел говорить об этом вслух.

— Что, разве Сэм не приходил сюда вообще? — спросил он едва слышно.

Нора задумчиво покачала головой, и тут, очевидно, до нее дошло, что означал кивок Барби в сторону «седана», припаркованного у дома…

— А, эта машина! Сэм вчера послал человека привести ее сюда из гаража Фонда, чтобы я на ней ездила вместо нашей, на которой и был убит Рекс. — Нора не сводила глаз с лица Барби. — Сэм сказал по телефону, что, может быть, враги не узнают нашей машины, но каким-то образом они догадались.

Барби, опустив глаза, помешивал кофе.

— Ты не знаешь, чем занимался Сэм?

— Я знаю только то, что он уехал неизвестно куда. — Нора опять сердито боролась со своими слезами. — Он говорил, что после смерти доктора Мондрика, Рекса и Ника ему одному предстоит выполнить чрезвычайно важную работу, а в чем она заключается, он не сказал. Я бы предпочла, чтобы Сэм взял эту машину, но у него не было времени заехать домой. Обещал взять автофургон, принадлежащий Фонду, но не сказал, куда поедет. — Она громко высморкалась.

— Вилл, — прошептала она торопливо, — что мы можем сделать, чтобы помочь ему?

— Сначала надо его найти. — Дрожащей рукой Барби поднял чашку, пытаясь обдумать положение. — Но… По-моему, я могу, — проговорил он тихо и медленно. — Пожалуй, я смогу найти его — ведь он понимает, что во всех четырех штатах каждый полицейский после полудня будет искать этот автофургон. Я догадываюсь, куда мог деться Сэм.

— Куда, Вилл, — прорыдала она, — где он?

— Это только догадка, — Барби беспокойно поежился в своем халате, — может быть, я и ошибаюсь, но вряд ли. А если я прав, все же тебе лучше не знать. Думаю, полиция скоро вернется искать меня здесь, как и Сэма.

— Полиция! — воскликнула Нора, прижав руки к груди, — ты не наведешь ее?

— Конечно, нет, Нора, — он пытался улыбнуться. — Я приму меры. Я в такой же опасности, как и Сэм. А теперь собери самое необходимое для Сэма: теплую одежду, ботинки, спальный мешок, спички, сковородку, немного крупы, зажигалку. Может, у тебя сохранилась легкая экипировка, которую он привез из экспедиции?

Она кивнула и быстро встала.

Барби добавил:

— Мне нужна эта машина, чтобы попасть к нему.

— Бери ее, бери все, что тебе надо, а я напишу записку Сэму.

— О’кей, но поторопись. Помни, что меня преследуют полицейские. — Он встал и посмотрел на нее очень серьезно.

— Нора, я имею лишь смутное представление, что за всем этим кроется, но думаю, что дело обстоит гораздо хуже, чем выглядит, да и выглядит оно достаточно скверно. Мы должны помочь Сэму, но дело не только в нем. Он — последняя надежда победить нечто более страшное, чем все то, что когда-либо угрожало людям.

Нора медленно кивнула, сжав руками кухонный столик.

— Я знаю это, Вилл. — Глаза, обведенные темными кругами, расширились. — Сэм ничего не говорил мне, даже после той ужасной ночи, когда здесь был тот ящик и что-то убило маленькую собачку Пат. Я видела, что ему было плохо, и подозревала неладное с того момента, как приземлился их самолет. — Она понизила голос. — Что-то подстерегает нас извне, что-то тихое, насмешливое и слишком отвратительное, чтобы иметь имя.

«Однако имя существует, — подумал Барби. — Это — Сын Ночи».

Глава 17

НЕ СОВСЕМ ЧЕЛОВЕК

Затаив дыхание и прислушиваясь к завыванию случайных машин, Барби пошел в ванную комнату, чтобы переменить шлепанцы и больничный халат на обувь и хаки Сэма. Под ботинки, которые были ему велики, он надел две пары толстых носков. Нора собирала шерстяные одеяла, одежду, еду и все необходимое. Пока она писала записку Сэму, он упаковал тюк и, шатаясь под его тяжестью, пошел к машине.

— Не говори полицейским, что видела меня, — предупредил ее Барби. — Не говори им ничего. Мы оба знаем, что они могут работать на врагов Сэма.

— Я не скажу, — сдавленно ответила она. — Помоги ему, Вилл.

Он осмотрел тихую улицу и засунул тюк на заднее сиденье «седана». Машина завелась легко. Барби помахал Норе, которая стояла в дверях и старалась подбодрить его улыбкой. Но бодрости он не ощутил. Осторожно, со скоростью восемнадцать миль в час, он поехал по Пайн-стрит.

Один раз где-то завыла сирена, но он продолжал ехать спокойно и справился, наконец, со своим волнением. Повернув южнее на первую сквозную улицу, ведущую к центру, затем западнее центра по направлению к шоссе, Барби все еще придерживался умеренной скорости и больше не слышал сирен. Далее он проехал десять миль на запад и взял направление на север к горам, куда вела изрезанная колеями дорога.

В пути у него было время обдумать, где может быть Сэм. Квейн не домосед, он встречал невзгоды на четырех континентах. Полагая, что полиция предупреждена, он должен был избегать дорог. Его детство прошло на ранчо в этих горах, и он инстинктивно должен был стремиться именно сюда.

Квейн, без сомнения, обременен ношей, конечно же, он не бросит ящик, привезенный из Азии, а он тяжелый — ведь так или иначе он обит серебром. Барби вспомнил, как Рекс Читтум и Ник Спивак не смогли осилить этого веса, когда выносили ящик из самолета. Один, без помощников, Сэм не сможет унести его далеко. Он должен выбрать уединенное пристанище, куда мог бы добраться на машине.

Барби знал это место!

Не исключено, что в его логике были изъяны. Неважно. Само по себе предчувствие было внезапным озарением, интуицией. Возможно, в процессе анализа что-то из его подсознательных рассуждений было утрачено, но он знал, где должен быть Сэм.

Пока он сидел на кухне у Норы, в его мозгу промелькнула яркая картина. Однажды, в рождественские каникулы, когда зима была теплой и солнечной, они с Сэмом и Рексом ехали верхом по малопроходимой горной дороге, где заканчивала свой век заброшенная лесопилка. Неожиданно Сэм повернул своего пони, чтобы показать полоску дыма на голом, красном от железа утесе над каньоном Лаурель. Сэм сказал, что это темное облако витает нал пещерой индейцев.

Барби понял, что пещера и будет убежищем Сэма. Она расположена далеко от проезжих дорог, но вполне доступна такому ездоку, как Сэм. В этой местности рос достаточно густой лес, чтобы спрятать автофургон, сделать его невидимым даже с воздуха. Там были вода и хворост для костра. Донести до пещеры свой драгоценный ящик Сэм был в состоянии. Как и тысячу лет назад пещера была естественной крепостью. Это все были доводы, а вывод пришел к Барби раньше. Сэм должен быть здесь.

Барби дважды по часу останавливался в местах, где мог скрывать свой черный «седан», и карабкался вверх, откуда была видна пустынная дорога позади. Никаких признаков преследования, но свежие следы шин среди сорной травы свидетельствовали, что Сэм здесь проезжал и должен быть где-то впереди.