Джек тени – Шипы кровавой розы (страница 26)

— Там нет выхода на поверхность, — продолжил Скритч. — Лаз заканчивается тупиком, упираясь в фундамент стены. Но оттуда до поверхности не больше десяти метров камня и земли. И грунт там почти весь вымыт. Оставшийся камень не гранит, из которого сложены стены, а мягкие породы.

— Ты хочешь сказать… — заинтересованно сказал Корин.

— Я хочу сказать, что если заложить там хороший заряд, мы сможем устроить им большой бада-бум прямо под ногами, — закончил за него Скритч. — Но есть проблема.

— Какая?

— Этот лаз… он в ужасном состоянии, еле держится. Провести по нему большой отряд штурмовиков невозможно. Он просто рухнет. Даже моим парням там было не по себе. Мы потеряли там ещё пятерых, их просто завалило от того, что мы мимо оползня крались. Пройти по нему смогут только самые лёгкие и ловкие.

Он замолчал, и я понял, что он имеет в виду. Пройти по этому смертельно опасному лазу смогут только ратлинги.

— Но мы сможем пронести заряд, — добавил Скритч, как будто прочитав мои мысли. — По частям, это займёт время, но это возможно. Мои парни протащат его, установят, а потом…

Он посмотрел на меня, ожидая решения. Решения, от которого зависела не только судьба нашего штурма, но и жизни его оставшихся в живых сородичей. Это была смертельная миссия, но другого выхода у нас не было.

Я посмотрел на Лиру. Она молчала, но в её глазах я прочёл тот же самый ответ. Это наш единственный шанс.

— Скритч, — я подошёл к нему и положил руку ему на плечо. — Сколько тебе нужно времени, чтобы подготовить этот… сюрприз?

— Если работать без остановки, и если Корин даст нам достаточно мощную, но компактную взрывчатку… дня три-четыре.

— У тебя два дня, — твёрдо ответил ему. — И я дам тебе лучших сапёров Корина в помощь.

Я посмотрел на карту, на эту тонкую извилистую линию, которая была нашей единственной надеждой. В голове уже рождался план…

Скритч не дрогнул, лишь коротко кивнул, его глаза впились в моё лицо, словно пытаясь прочесть, есть ли в моих словах хоть тень сомнения. Не найдя её, он так же молча развернулся и вышел, оставив нас троих с этой новообретённой смертельно опасной надеждой.

— Два дня… — первым нарушил молчание Корин. Гном задумчиво потирал свою бороду, его взгляд был прикован к карте, к той тонкой линии, что начертил Скритч. — Это почти невозможно, Железный. Протащить по этому кротовьему лазу несколько сотен килограмм взрывчатки, установить её, обеспечить синхронизацию… Это адская работа даже для моих лучших сапёров в идеальных условиях. А там…

Он осёкся, но я понял, что он хотел сказать. Там, в темноте, в тесноте, под постоянной угрозой обвала, эта задача превращалась в русскую рулетку с почти полностью заряженным барабаном.

— У нас нет другого выхода, Корин, — я устало опустился на стул. — Ты сам сказал, стены нам не пробить. Осада убьёт нас раньше, чем у них закончится еда. Этот туннель наш единственный шанс.

Гном поднял на меня свои глубоко посаженные глаза. В них не было страха, лишь суровый, деловой расчёт.

— Мои парни не боятся темноты и тесноты, — пробасил гном. — Мы дадим Скритчу всё, что нужно. Упакуем заряды, чтобы их можно было пронести по частям, соберем систему детонации, надёжную, как гномий засов. Но я должен тебя предупредить. Шанс, что что-то пойдёт не так, очень велик. Один неверный шаг, один осыпавшийся камень, и вся северная стена Крейгхолла взлетит на воздух раньше времени. Вместе с нашими парнями.

Я молча кивнул, прекрасно понимая его сомнения.

— А что, если Каэлан узнает? — подала голос Лира. Она до этого сидела неподвижно, как изваяние, но я видел, как напряжённо работает мысль. — Мы будем копать почти под носом у часовых, наверняка там предусмотрены контр-меры, как минимум слухачи.

— Поэтому всё должно происходить в полной тишине и секретности, — я посмотрел на неё. — Вход в туннель охраняется. Никто, кроме тех, кто участвует в операции, не должен знать о нём. Работы будут вестись только ночью. Но ты права, риск велик. Поэтому, пока Корин и Скритч будут готовить наш финальный сюрприз, мы с тобой устроим для Каэлана представление.

Я встал и подошёл к карте. В голове, лихорадочно перебирающей варианты, план уже обрёл свои окончательные, жестокие очертания.

— Каэлан ждёт, что мы будем делать дальше, — начал говорить, водя пальцем по карте. — Он видит, что мы окопались, ведём позиционную войну. И считает, что мы готовимся к долгой, изнурительной осаде. Поэтому, нам надо укрепить его в этой уверенности. Более того, мы должны заставить его поверить, что наша сторона готовимся к новому штурму.

— Ты хочешь его спровоцировать? — уточнила лисица.

— Я хочу заставить его смотреть в другую сторону, — ткнул пальцем в южную стену Крейгхолла. — Вот сюда. Завтра, с рассветом, мы начнём демонстративную переброску войск. Танки, артиллерия, пехота, всё двинется на южный фланг. Мы начнём рыть новые траншеи, накидывать валы для прикрытия стрелков и пушек. Создадим полную иллюзию того, что готовимся к лобовой атаке именно здесь.

— Он откроет по нам огонь, — заметил Корин.

— Разумеется! — кивнул в ответ. — И мы с радостью ответим. Завяжется артиллерийская дуэль, начнутся стычки. Мы будем шуметь, кричать, атаковать, отступать. создадим такой информационный шум на крови, что у него не будет ни времени, ни возможности обратить внимание на то, что происходит на севере. Всё его внимание, резервы и маги будут стянуты сюда, в нужную точку.

— А в это время… — начала Лира.

— А в это время, под покровом этой суматохи, Скритч и Корин сделают своё дело, — закончил я. — И когда Каэлан будет полностью уверен, что он разгадал наш план и готов отразить наш решающий штурм на юге, мы нанесём удар здесь.

Я провёл пальцем от туннеля к северной стене.

— Подрыв, пролом в стене. И в этот пролом, как нож в масло, войдут лучшие штурмовые отряды. Урсула, Асаи, все, кто у нас есть. У них будет не так много времени, пока Каэлан поймёт, что произошло, и начнёт перебрасывать войска. За эти минуты мы должны будем захватить плацдарм внутри крепости, закрепиться и встретить контратаку.

Я замолчал, обводя их взглядом. План был рискованным и дьявольски сложным в исполнении. Он требовал идеальной координации, выдержки и готовности к огромным потерям.

— Но сработает ли? Каэлан умён, лорд-командующий может не поверить в такую прямолинейную подготовку к штурму. — тихо произнесла Лира.

— Поэтому она не будет прямолинейной, — возразил ей. — Ты и твои лисички сделаете всё, чтобы она выглядела максимально реалистично.

— Считай, что сделано, — улыбнулась Лира. — К завтрашнему вечеру лорд Каэлан будет абсолютно уверен, что ты прямолинейный, тупой варвар, который собирается разбить себе лоб о его южную стену.

— Ну, вот и договорились, — я выпрямился, хрустнув спиной. — Завтра начинаем самую важную и самую опасную игру в этой войне. И права на ошибку у нас нет.

С первыми лучами солнца наш лагерь превратился в гигантскую театральную сцену, на которой разыгрывалось первое действие моего плана. Каэлан и его офицеры, наблюдавшие за нами в свою подзорные трубы, должны были видеть именно ту картину, которую я хотел показать.

На южном фланге, на том самом, что был обращён к наиболее защищённой части Крейгхолла, началось лихорадочное движение. Сотни солдат, которых я специально для этого снял с других участков, начали демонстративно рыть новые линии траншей, причём делали это нарочито бестолково, суетливо, как будто ими командовал не опытный инженер, а какой-нибудь перепуганный капрал.

Танки, которые до этого были вкопаны в землю, с рёвом вылезли из своих укрытий и, поднимая тучи пыли, поползли на новые позиции. Они выстраивались в штурмовые порядки, разворачивали башни в сторону крепости, двигатели работали на холостых оборотах, создавая постоянный низкий гул, который был прекрасно слышен на стенах.

Корин, мой главный режиссёр, был в ударе. Гном носился по всему флангу, размахивая руками, орал на солдат и инженеров, заставляя их перетаскивать с места на место макеты осадных орудий, которые мы сколотили за ночь для пущего эффекта. Это были грубые, уродливые конструкции из брёвен и брезента, но издалека они вполне могли сойти за настоящие катапульты и тараны. А в это время, вдали от посторонних глаз, в глубоком тылу и под землёй, шла настоящая, тайная работа.

Я отправился в мастерскую Корина. Она располагалась в большом, хорошо укрытом блиндаже, и вход в неё охраняли два десятка гномов, вооруженных крупнокалиберными винтовками. Внутри было жарко и пахло чем-то едким химическим. Десяток лучших гномов-сапёров колдовали над нашим подарком для Каэлана.

На длинном верстаке были разложены компоненты. Это был адский коктейль, который Корин разработал специально для этого случая. В его основе был обычный порох, но гном смешал его с какими-то особыми реагентами, которые, по его словам, должны были многократно усилить мощность взрыва.

Заряд был модульным, состоял из нескольких десятков небольших, но очень тяжёлых брикетов, каждый из которых был упакован в промасленный брезент. Это было сделано для того, чтобы ратлинги могли пронести его по частям через узкий лаз.

— А детонатор? — спросил я, разглядывая сложную систему шнуров и каких-то кристаллов.

— Тройная система, — с гордостью ответил гном. — Основная на рунах, стабильная и не боится сырости. Запускается дистанционно, с помощью вот этого простого артефакта. — Он показал мне небольшой кристалл, который тускло светился в полумраке мастерской. — И еще одна дублирующая, на случай, если магия даст сбой.