Джек Макфол – Первый лорд мафии (страница 23)

— Нет, конечно, а что? — сказал с удивлением Торрио. — У Джейка дела идут в гору.

Раздраженный ходом беседы, Джим очнулся от своих грез и отрывисто сказал:

— Черт подери, ты в своем уме, Джонни? Это же нарушение федерального закона. Они схватят Гузика и доберутся до нас.

— Ты был очень занят, Джим, — тактично сказал его подчиненный.

— А я непосредственно занимался этим делом. Здесь не о чем беспокоиться. Все схвачено.

— Ерунда! — нетерпеливо закричал Джим. — С федералами не договоришься.

— Послушай, Джим. Эти агенты сухого закона получают свои должности от местных политиков. Звезды и шевроны раздадут нашим парням из округа.

— Да мне плевать, даже если сам коротышка Хинки нацепит на себя звезду. С алкогольным дерьмом все закончено. И точка.

Джонни вздохнул про себя. Каким слепым может быть мужчина, когда он думает только о том, как уложить свою девку в постель. Бедный одурманенный Джим. Он никак не мог уразуметь, что ему не придется сталкиваться с агентами ФБР, вроде сыщиков из Министерства финансов или инспекторов почтовой службы. Из всех дорог он выбрал ту, что гарантировала, по его мнению, наибольшую безопасность.

— Джим, ты же знаешь меня. Я бы не стал засовывать твою, да и свою голову в петлю. Говорю тебе, я на сто процентов уверен в успехе. Ты шепнешь пару слов Хинку и ребятам, а я буду руководить шоу. Но только бумажными делами, — произнес Джей Ти с нажимом.

— Боссом будешь ты. Тебе достанется большой куш. Ио если кому-то и придется пойти под суд, то это буду я, а не ты, — он посмотрел в упор в черные глаза. — Звучит разумно, не так ли?

Джим встал. Его глаза были прикрыты.

— Разумно, — мягко передразнил он Торрио. — Конечно, это звучит разумно, если смотреть с точки зрения Торрио. «Джим, пожалуйста, дай мне свою банду, и когда-нибудь, может быть, я отдам тебе ее обратно». — отбросив тихий насмешливый тон, он взорвался:

— Как же, отдашь ты. Большой Джим попадается на удочку, и вот он в заднице, — он злобно посмотрел на Торрио: — Маленький человечек… Маленький толстячок ты слишком вырос из своих одежек.

Торрио вскочил со стула. Его голос дрожал от волнения:

— Ты не имеешь права так разговаривать со мной, слышь ты? Я тебя никогда не обманывал. Я никогда не держал ножа за пазухой.

Большой Джим заколебался. Он заморгал глазами, как будто только что очнулся ото сна. Он простонал:

— Джонни, я готов вырвать свой язык. Дружище… Пожалуйста, прости меня.

Его большие руки мягко усадили Торрио обратно на стул. Глаза были полны раскаяния. Его смуглое лицо избороздили страдальческие морщины. Бриллиантовый Джим пододвинул свой стул поближе к помощнику:

— Мне не стыдно тебе признаться. Я выложу все начистоту. Я до такой степени втрескался в Дейл, что все остальное меня не волнует. К черту бабки. Иногда мне снятся кошмары, что я потерял ее, и я просыпаюсь мокрый от ужаса, как мышь.

— Ты был откровенен со мной. Как всегда. Но мне все это не нравится. Конечно, я знаю, что у бутлегеров есть шансы на успех. Но с этими агентами ФБР всегда может что-нибудь пойти не так Ведь правда? Господи, Джонни, если мне придется покинуть Дейл и сесть в тюрьму, клянусь, я этого не переживу.

Голос Джима упал до шепота:

— Давай оставим эту затею, — умоляюще сказал он. — Остановимся на шлюхах. Я увеличу твою долю. Дам тебе любую сумму, какую назовешь. Пожалуйста, сделай это для меня.

Джонни сдержал эмоции. Он безучастно смотрел в умоляющее лицо.

«Тупой, влюбленный идиот», — про себя пробормотал он. В коридоре послышались шаги.

— Ладно, — сказал он громко. — Я понимаю твои чувства, Джим.

Колозимо поцеловал его в обе щеки.

— Дружище. — торопливо сказал он, — спасибо тебе от всего сердца.

Дверь открылась. Вошел Майк Потсон, управляющий кафе.

— Извини, Джим, я думал ты один Здравствуй, Джей Ти.

Кивнув в знак приветствия, Торрио повернулся к Колозимо:

— Я займусь этим вопросом с Гузиком.

Джим обнял толстяка за плечи.

— Майк! — просиял тот. — Когда мы устроим вечеринку в честь мальчика и его прекрасной половины?

— Наверное, придется приехать к ним и притащить их на аркане. — улыбнулся Потсон.

— Договорились. До скорого, Майк. До свиданья, Джим.

Джонни Торрио широко улыбнулся и вышел.

У Бриллиантового Джима была своя головная боль.

— Я проклинаю тот день, когда я положил глаз на эту женщину, — сказал он Потсону. Они возвращались из банка, где Колозимо закрыл счет, сняв 250 000 долларов купюрами по 1000 долларов.

— Я стала жертвой мошенничества, — заявила Виктория Колозимо прессе. Она утверждала, что не получала извещения о бракоразводном процессе. Она собиралась идти в суд и требовать половину имущества своего мужа.

— Она обманщица. Я сделал ей честное предложение. И я не дам ей прикарманить мои денежки.

Джим отнес деньги к себе в кабинет. Потсон тактично отвернулся. Колозимо предпочитал открывать сейф без свидетелей.

Сухой закон, утвержденный поправкой к Конституции, повлек за собой проблемы. Джим обсуждал их со всех сторон в разговорах с Торрио. После той безобразной сцены Колозимо из кожи вылезал, чтобы наладить отношения с помощником. Осознавая свою зависимость от Джей Ти, он вглядывался в его желтоватое лицо, чтобы удостовериться, что прощен. Торрио хладнокровно не давал ему поводов для волнения.

Джим беспокоился по поводу своего кабаре:

— Клиенты приносят спиртные напитки с собой. Потсон сказал, что мы должны продавать ингредиенты для виски с содовой. Он говорит, что иначе мы потеряем клиентов. Я согласился, но сказал, чтобы наши ребята не продавали им крепкие напитки. Это все, что я мог сделать, правда, Джонни?

— Иначе нельзя, Джим.

— Как насчет безалкогольного пива в борделях? Как ты думаешь, это сильно по нам ударит?

— Не очень. Наше быдло в этом не разбирается. Им все равно, что они пьют.

— Я видел в книгах записи о деньгах, которые ты получаешь от Гузика. Думаю, ты рад, что мы заберем долю из его пивоварни. Я слышал, что он все еще на плаву. Ты что, позволил ему продавать пиво местным кабакам?

— Да. Джейку и паре других парней, — сказал Торрио с деланным безразличием. — Естественно, я собираю с них дань для Хинка.

— Тогда нам нужно встретиться и установить единую плату для пивоваров и самогонщиков, — он немного помолчал.

— Хочу открыть тебе одну тайну, Джонни, — он глупо улыбнулся. — Мне нужно уехать из города на какое-то время.

Он похлопал своей ручищей Торрио по спине:

— Присмотри, как обычно, за бизнесом, ладно?

Дейл Уинтер и Джим Колозимо поженились в Вест Бадене, штат Индиана, 17 апреля 1920 года. Мировой судья Исайя Кэссиди, заправив штаны в ботинки, приехал из соседнего селения, чтобы произнести торжественные слова в холле отеля «Браун». На церемонии не было ни одного человека из Леви. Никого, кто мог бы рассказать о пути жениха к успеху. Обручение было скромным, но дальше Джим развернулся вовсю. Он ликовал, позабыв о своих проблемах. Он подарил невесте золотой кулон с бриллиантами и бриллиантовое колье с изумрудами в комплекте с серьгами.

Сняв танцевальный зал, он пригласил всех постояльцев отеля принять участие в свадебном торжестве. В то время в город приехал цирк Бэлларда, и жених пригласил всю труппу выступить на лужайке перед отелем. Цирковой медвежонок укусил одну гостью за ногу, в остальном же праздник имел огромный успех.

Пресс-агент цирка рассказал об этом событии в еженедельном выпуске театрального журнала «Вэрайети». Подхватив историю, ежедневники Чикаго подтвердили догадки постоянных клиентов кабаре, которые не могли иначе объяснить одновременное исчезновение хозяина и главной вокалистки.

Когда пара вернулась в город, за ней тянулся шлейф сплетен и фотографий. Журналисты писали, что невеста выглядела сияющей и прекрасной, как никогда.

— Она больше не будет петь в кабаре, — провозгласил счастливый жених. — Она продолжит обучаться оперному пению.

— Ребята! — сказал Большой Джим. — В один прекрасный день я позову вас в концертный зал послушать, как поет миссис Колозимо.

Джим поселил свою молодую жену в двухэтажном особняке из девяти комнат на Саут Вернон Авеню, 3156, который находился примерно в миле от кафе. Виктория, бывшая жена Колозимо, жила все в том же доме на Коттедж Гроув Авеню, вместе со своим новым мужем. Антонио Виллано был на двадцать лет моложе ее. По профессии он был резчиком могильных плит. Своим новым браком Виктория молчаливо подтвердила действительность своего развода. Однако она продолжала претендовать на половину денежных средств своего мужа.

Во вторник вечером, 11 мая, Дейл Колозимо, одетая для поездки в Луп вместе со своим мужем, услышала телефонный звонок Джим с досадой в голосе крикнул ей с лестницы:

— Ангел мой, у меня важный разговор. Я должен кое с кем встретиться в ресторане. Это необходимо.

Поцеловав жену, Джим сказал, что он быстро закончит с делами и встретит ее в центре. Вульфсон высадил его у кабаре.

— Меня кто-то спрашивал? — осведомился он у Джо Габрела.