Джек Макфол – Первый лорд мафии (страница 25)
Он сосредоточился на основных вещах. Открытия были более важны, чем потери. О низвержении босса, потерявшего голову от любви, можно было позаботиться позже.
Насущным вопросом оставался поиск союзника, опытного пивовара, который был способен игнорировать сухой закон. Он нашел такого человека. Джозефа Стенсона, владельца двух легальных пивоварен.
Колозимо невольно способствовал его сближению со Стенсоном. Хотя Большой Джим отчаянно старался избежать личных неприятностей с федеральным законом, он все же не хотел полностью отказаться от своего участия в торговле нелегальным спиртным. Он не хотел, чтобы его обвиняли в предательстве. Чтобы искупить свою вину перед толстяком и подтвердить свое полное доверие к нему, он поручил Торрио подыскать поставщиков для сети спикизи.
Все вопросы, которые возникли у Стенсона по поводу значимости своего секретного союзника, испарились, когда Торрио передал ему большую часть пивного бизнеса в районах Лун и Старый Леви.
Это поручение придало веса коммерческим проектам Торрио. Он действительно мог проворачивать крупные сделки, когда ему давали возможность свободно проявлять свои таланты.
Освобожденный от босса пулей тридцать восьмого калибра, Торрио с похоронной повязкой на рукаве организовал утечку информации о своем новом партнере Стенсоне тем, кому это было нужно знать.
Есть основания предполагать, что в довесок к команде Колозимо и связям в политических кругах и полиции Торрио вложил в бизнес крупную сумму денег, чтобы поднять себя над уровнем простого исполнителя.
Стенсон начал свою карьеру в производстве нелегального спиртного с того, что прикупил две закрытые пивоварни к уже имеющимся. Вскоре после убийства Колозимо он запланировал покупку пятой. Он приобрел закрытый завод в Вест Хэммонде, штат Индиана. Недвижимость состояла из одиннадцати зданий, включая трехэтажную пивоварню, одноэтажную постройку для разлива напитков и гараж.
Согласно бумагам, приложенным к бухгалтерским книгам, вскоре после открытия пивоварни под вывеской производства безалкогольного пива она перешла в собственность Торрио.
Здесь неизбежно приходит на ум ограбленный сейф Колозимо. 250 000 долларов, пропавшие из него, исчезли бесследно. Возможно, обеспокоенный Джим, который искал способ восстановить дружеские отношения, сообщил своему заместителю код сейфа под предлогом того, что тому может не хватить наличности во время медового месяца босса.
Между провозглашением сухого закона и убийством в кафе прошло четыре месяца. Торрио, лицемерно уверяя Колозимо, что никто из людей, связанных с ним, не замешан в алкогольном бизнесе, настороженно наблюдал за развитием событий.
Он боялся появления предприимчивого человека с таким же широким кругозором, как и у него самого, но его опасения не оправдались. Подтверждая низкое мнение Джей Ти о его криминальных коллегах, они были не способны на подобную дальновидность.
Первые бутлегеры апатично добавили торговлю спиртным в список своих незаконных предприятий. Гангстеры с соседнего двора, промышляющие разбоем и воровством, ограничились тем, что продавали крепкие напитки и пиво на знакомых улицах. Их согревала мысль, что если что-то пойдет не так, они согрешили на территории, принадлежащей их политическим благодетелям.
Часть клиентов Стенсона действовала таким же образом. Терри Драген и Фрэнки Дэйк продавали пиво барам, расположенным к западу от Луп. Они выросли на соседних улицах, где и произошло их превращение из воров-карманников в главарей воровских шаек. Полиция округа знала об их связях с Морисом Эллером, членом республиканского комитета 20 округа, санитарным попечителем района и отцом Верховного судьи. Этот округ называли «кровавым», памятуя о предвыборной деятельности банд Драгена-Лэйка в поддержку Эллера.
Поскольку эти первые ласточки не отличались ни инициативой, ни сообразительностью, они не стали расширять поле своей деятельности, даже если бы к ним явился пророк, предсказывающий успех новой отрасли.
Сначала торговля спиртным развивалась медленно и неторопливо. Большинство граждан инстинктивно подчинялись закону. Значительное число людей завязали с выпивкой и считали, что пустой бар принесет только пользу здоровью детей и их собственному. Для остальных было не так важно, чтобы бутлегер жил по соседству. Для похода за бутылкой на белый свет из подвальных этажей извлекались велосипеды и газонокосилки.
В эти дни неоперившимся торговцам приходилось несладко. От них требовалось терпение, настойчивость и вера в то, что запретный плод в конце концов окажется самым сладким. Эти качества составляли жизненное кредо Торрио.
Со временем потребление алкоголя превратится в навязчивую идею, а спиртные напитки станут, при необходимой поддержке, самым востребованным товаром страны — единственным сияющим бриллиантом в кромешной тьме и единственным развлечением. Джей Ти не мог предвидеть всего этого, но он был уверен, что тщедушный малыш со временем вырастет в сильного парня, которого будет приветствовать вся Америка.
Начиная строительство своей империи, Торрио продвигался к своей цели на цыпочках. Он начал свою кампанию с наступления на южную часть Леви. Встречая мелкие банды бутлегеров, он предлагал им объединиться под своим знаменем. Большинство соглашались сразу, памятуя о гангстерах, которые стояли за его спиной. Кастеты и дубинки, более бесшумные и менее категоричные, чем огнестрельное оружие, быстро усмирили остальных. Джонни не хотел накапливать дела для досье следователя. Он еще не забыл, как Таммани под давлением общественности расправился с Полом Келли и Монком Истмэном.
Фрэнк МакЭрлейн, профессиональный убийца, и Джо Сальтис, бывший законный владелец салуна, управляли кабаками, которые обслуживали банды к западу от Сток Ярдс. Пиво им поставляла пивоварня Джольет. Они грубо заявили своему гостю, что не нуждаются в компаньонах. Торрио вежливо улыбнулся своей особой улыбкой, предназначенной для деловых партнеров, и исчез.
К востоку от Ярдс алкогольным бизнесом заправляла банда Рэген. Кольт, которую прикрывал политический деятель из кругов, близких к Таммани. Глава банды, Ральф Шелдон, глядя недоверчиво на Торрио, пробормотал, что он вполне справляется сам. «Что ж, отлично», — сказал Торрио. Он продолжил беседу о делах, и в конце концов увлекшийся Шелдон проговорился. Поскольку он своевременно не позаботился о надежном источнике сырья, то теперь ему приходилось тратить массу времени, чтобы разыскать пиво.
Торрио, сочувственно кивая, предложил помощь. Пиво, которое поставлял ему Стенсон по цене 5 долларов за баррель[29], он продавал владельцам кабаков по 45 долларов. Он сделал Шелдону специальное предложение — 35 долларов. Шелдон с благодарностью согласился и вскоре стал клиентом Торрио и потенциальным союзником.
Джей Ти присоединил к своей клиентуре ряд питейных заведений в центральной части Сток Ярдс и, не поднимая лишнего шума, собрал под своим крылом всю оставшуюся территорию до южных границ города. Южные пригороды автоматически попадали под его власть благодаря ранним завоеваниям под флагом проституции.
Он не связывался с Вест Сайдом. Поскольку Драген и Дэйк брали пиво у Стенсона, то они уже были в семье. Две мелкие банды из Норд-Вест Сайда поспешно примкнули к его лагерю. Клод Мэддокс, босс банды Цирк, которая получила название от одноименного бара, где находилась штаб-квартира банды, а также Марти Гйлфойл и Аль Уинг, совместно управляющие другой бандой, решили, что со стороны могущественного Саут Сайда будет дипломатичнее прийти с торговым предложением, чем с ружьями.
Желая сохранить мир, который был экономически выгоднее любого конфликта, Торрио проглатывал оскорбления, что было непросто при его гордости. Иногда ему отказывали по моральным соображениям. Некоторые бутлегеры сообщали, что они не собираются марать руки сотрудничеством с сутенером. Среди этих праведных личностей был Роджер Тохи, продавец пива в пригородах Дэс Плэйнс; братья Майлз и Билл О’Доннел, хозяева пригорода Цицеро, и Дин О’Бэнион, который контролировал большую часть Норд Сайда, прилегающую к озеру.
Толстяк постоянно держал руку на пульсе преступного мира. Особенно тщательно он следил за бандой О’Бэниона. Уступая только группировке Торрио по численности и размеру контролируемой территории, люди О’Бэниона были безалаберными и легкомысленными в деловых вопросах. Они затевали драки ради удовольствия подраться.
У Дина О’Бэниона, ставшего вождем племени Апачей Нью-Йорка в 28 лет, было круглое, покрытое веснушками лицо и странное чувство юмора. Выбирая своих жертв наобум, он рассказывал им истории о том, что один бандит грязно отзывался о другом. Когда в результате распускаемых сплетен бандиты завязывали смертельную схватку, Дин радостно созерцал дело своих рук.
Он любил цветы и поэтому стал совладельцем цветочного магазина на Саут Стэйт Стрит. Во время, свободное от контрабанды алкоголя и убийств (полиция подсчитала, что от его руки или по его приказанию погибло 25 человек), О’Бэнион воплощал свои артистические таланты, составляя букеты.
Его подчиненные, занимавшие верхние ступени иерархии, были очень своенравными людьми, каждый со своим собственным мнением. Они свирепо спорили на стрелках, но в конце концов всегда приходили к согласию. Ими руководила любовь к своему лидеру.