Джек Кетчам – Пассажир (страница 7)

- Нет!

- Все равно тебя никто не услышит, разве что пара лягушек. Эти магазины как бетонные бункеры. Думаю, могу немного ослабить хватку.

- По... пожалуйста, сделайте это.

Мужчина ослабил хватку, но все еще держал ее одной рукой, так что боль утихла до тупой пульсации, когда он наклонился, закрыл дверь другой рукой и уселся на свое место.

- Так лучше?

- Д... да.

- Вот и хорошо.

Мужчина по имени Эмиль открыл дверь со своей стороны и вылез из машины.

- Рэй, останься с ней.

- Как тебя зовут, милая?

- Джанет.

- Рэй, останься здесь с Джанет. Билли, пойдем со мной.

Мужчину, который меня схватил, зовут Рэй, а коротышку - Билли.

Эмиль повернулся к Мэрион и улыбнулся.

- Пойдем, - сказал он. - Кое-что увидишь.

- Подожди здесь, - сказал ей Эмиль, и она встала у прилавка, делая вид, что интересуется стойкой с журналами.

Она слушала, как какой-то старый пердун в белой футболке и подтяжках нудно рассказывал лысеющему продавцу о штукатурной пыли и опилках, которые прямо вытягивают влагу из его рук...

- ...прямо вытягивают из моих рук, посмотри на эти руки, прямо вытягивают, разве это не ужасно!

Продавец, глядя на свои ладони, ответил:

- Да, Боб, это ужасно.

Покупатель расплачивался за бутылку "Old Times", а продавец упаковывал ее в бумажный пакет, пока Билли ставил две упаковки пива на прилавок слева от нее, а Эмиль рядом бутылки виски "Makers Mark" и "J&B".

Старик сунул бумажник в передний карман своих мешковатых коричневых штанов, повесил сумку на сгиб руки и собрался уходить.

- Простите? Сэр? - сказал Эмиль.

Мужчина остановился и прищурился на него.

Ты кое-что увидишь, - сказал он. Она догадалась, что это как раз то самое. Ей пришлось постараться, чтобы не улыбнуться.

- Оплатишь это вместо меня, приятель? У меня не хватает наличных.

Мужчина взглянул на виски и пиво и покачал головой.

- Чокнутый сукин сын, - пробормотал он.

Он снова двинулся к двери, но Эмиль обхватил ее сзади за плечи и притянул к себе, оказавшись между мужчиной и дверью. Когда она почувствовала дуло пистолета у щеки, ее вздох был искренним.

- Заплати. Или я застрелю леди, а потом тебя.

- Он говорит серьезно, - сказал Билли. - Он не шутит.

- А ты, за прилавком, не двигайся.

Было видно, что старик оценивает ситуацию. Ей стало интересно, в какой войне он участвовал. Он не был особенно взволнован. Стреляный воробей.

Пока все шло хорошо, думала она, изображая жертву, с широко раскрытыми глазами и приоткрытым ртом, что, как она надеялась, выглядело как неподдельный ужас, хотя она уже практически кончала... А потом Эмиль усугубил, ситуацию, скользнув рукой по ее груди и сжав ее, и старик, похоже, сразу все понял. Его лицо изменилось, ожесточилось. И Эмиль, должно быть, тоже это заметил, потому что именно тогда он повернул пистолет и выстрелил, и старик рухнул на пол, завывая и хватаясь за левую ногу, а его бутылка лопнула рядом с ним.

- Я забыл упомянуть, что с таким же успехом могу сделать это в обратном порядке, - сказал Эмиль. - Упакуйте, - сказал он продавцу.

Он ласкал ее грудь, и она, не в силах сдержаться, застонала.

- Он с радостью заплатит, как только сможет.

Именно так они оба и поступили.

Они выбежали из магазина с радостными криками, как мальчишки, укравшие у девочек трусики, но она слышала приглушенный выстрел, и за рулем теперь был Билли, а Эмиль и Мэрион сидели сзади с Рэем. Оглянувшись, она увидела, что они целуются, а его рука у нее между ног, так что ничуть не удивилась, когда он велел Билли свернуть на узкую грунтовую дорогу, остановиться и выключить фары. Они вышли из машины. Эмиль держал в руке бутылку скотча. Смеясь, они побежали в лес.

Далеко они не ушли - за ближайшие сосны. Через открытое окно слышалось стрекотание сверчков, хихиканье и стоны Мэрион, мерзкое животное хрюканье Эмиля. В тихом воздухе под ними трещал хворост.

Они и были животными. Как и Рэй, который прижимал пистолет к ее щеке, проводя им сначала по одной стороне лица, потом по другой, так что каждый раз ей приходилось отстраняться, и он, в конце концов, ударил ее стволом по голове, чтобы заставить сидеть неподвижно, - ударил легонько, но ее голове сегодня так сильно досталось, что было чертовски больно, - и тут она почувствовала, как он склонился над ней, услышала перегар, когда он провел стволом по ее шее и ключице, направляясь к груди, почувствовала взгляд Билли.

Надо это прекратить, - подумала она. - Сейчас же. Она уже чувствовала, что купается в грязи.

- Еще чуть-чуть и лучше убей меня, - сказала она.

- А кто сказал, что нет?

- Ты не убивал копа. Это он его убил. Если тебя поймают, я смогу это подтвердить. Если убьешь меня, то не смогу. Слышал о свидетелях обвинения?

- Угу.

- Конечно, же, да, - сказал Билли. - Все так делают. Это когда ты нападаешь на кого-то и остаешься безнаказанным.

Коротышке явно не хватало винтиков в голове. Ей оставалось обратиться со своим предложением к Рэю, который, по крайней мере, казался вменяемым, - и ей нужно поторопиться. Звуки из кустов почти прекратились.

- Если ты не будешь причинять мне боль, и не будешь оскорблять меня, я смогу тебе помочь. Я знаю, о чем говорю. Я - адвокат. Это моя работа.

- Адвокат?

- Защитник.

- Чушь собачья.

Она ожидала такой реакции. Покопалась в сумочке в поисках бумажника, открыла его и протянула ему ламинированную карточку.

- Видишь? Это пропуск в суд. Их не вкладывают в коробки с хлопьями, Рэй.

Он взял пропуск. Пистолет больше не давил на ее плоть.

- Будь я проклят, - oн изучил пропуск и протянул ей обратно. - Ну, - сказал он, - по правде говоря, я бы не стал в тебя стрелять. Если бы ты ничего не выкинула. Я семейный человек, знаешь ли. Хочешь посмотреть? Она услышала, как он роется в заднем кармане, достает бумажник и листает пластиковые вкладыши. Похоже, он никак не мог найти то, что искал.

- Однажды у меня был адвокат, - сказал он. - Он мне понравился. Я оценил его усилия, предпринятые в моих интересах.

Потом она услышала, как он захлопнул бумажник и резко сунул его обратно в джинсы, повернулась и увидела, как Мэрион и Эмиль продираются сквозь заросли. Мэрион заглянула в окно и улыбнулась Джанет.

- Ничто не сравнится с прекрасным отдыхом на природе, милая. Подвинься.

Алан был уже в тридцати ярдах от автомобиля и двигался вниз по склону, занятый мыслями о деле Мохики, как вдруг заметил синий "Таурус" Джанет, мигающие аварийные огни которого мерцали, словно светлячки, темный и безмолвный у дороги. Разворачиваться здесь, на холме, было небезопасно, поэтому он проехал до конца спуска, развернулся и поехал обратно вверх. Перестроился и припарковался прямо перед его погасшими фарами, вышел из машины и заглянул в окно. Он не знал, радоваться ему или огорчаться тому, что в машине никого нет.

Вернувшись в машину, он позвонил ей на мобильный, но услышал только автоответчик, и это явно не принесло ему облегчения. Может, она в автосервисе? Договаривается об эвакуаторе? Возможно. Он узнал номер автосервиса Кальтзаса в справочной, но когда попробовал туда позвонить, линия была занята.

Он не очень тревожился, пока не добрался до придорожной закусочной и не увидел кишащую полицейскими обочину, разбитые полицейскую машину и "Джип", ленту, ограждающую место преступления и бригаду криминалистов, работающих возле тела мужчины, а когда парамедики вкатывали женщину в машину скорой помощи, то тут уж чувство тревоги охватило его по-настоящему. Джанет? Господи, - подумал он. Он не знал, почему так подумал - женщина могла быть кем угодно, - но эта мысль пришла сама собой и запульсировала в голове. Он замедлил ход, а затем остановился, даже когда офицер махнул ему рукой, чтобы он проезжал. Показал удостоверение, но офицер все равно нахмурился.

- Что случилось? Авария?

- Стрельба. Один человек погиб. Один из наших, черт побери!

- А женщина?