Джек Кэнфилд – Куриный бульон для души. Выход есть! 101 история о том, как преодолеть любые трудности (страница 20)
Еще я писала. Не для других, а для себя. Писала о том, что было мне важно и что мне самой было бы интересно читать: рассказы, очерки, пьесы. Иногда слова сами лились наружу. Иногда их приходилось вытаскивать из себя клещами. Но так или иначе я делала то, что имело для меня значение.
Временами жизнь в родительском доме вызывала у меня ощущение дежавю. Возвращаясь с очередного свидания с новым парнем, было так странно вновь оказываться все на том же пороге при свете все того же фонаря, прощаясь так же, как когда-то в подростковом возрасте после школьного бала. Если я выходила из дома и брала ключи от машины, родители по привычке спрашивали, куда я иду и когда вернусь. Друзья рассказывали о своей новой жизни в Париже, Вашингтоне, Сент-Луисе и Нью-Йорке, а мне иногда казалось, что мне нечего им ответить. Периодически в голове вновь предательски всплывало слово «неудачница». Но теперь-то я знала, что главное – как я к этому отношусь. Если я не считала себя неудачницей, то и не чувствовала себя ею. Даже живя с родителями, я могла оставаться независимой. Я не впустую прожила это время.
В конечном счете переехать к родителям после колледжа было лучшим решением. Это заставило меня на время остановиться, подумать и спокойно оценить свою жизнь и свои мечты. Более того, я поняла, что наши ожидания могут становиться для нас тюрьмой.
Я думала, что мне придется поставить жизнь на паузу, пока я не перееду от родителей и не начну свою независимую жизнь в новом городе. Но оказалось, что жизнь нельзя поставить на паузу. Нельзя ждать, когда начнется она – жизнь мечты – с той самой машиной, с тем самым парнем, с той самой работой и с тем самым домом. Надо научиться пользоваться возможностями, которые открываются уже сейчас! Ведь радость и счастье только и ждут, что ты распахнешь глаза и протянешь им руку.
Правильное решение
Отведя сына к остановке школьного автобуса, я заметила, что на колготках поехала стрелка. Какая жалость. Вернувшись домой, я сняла рваные колготки, обыскала ящик в поисках целой пары и с трудом натянула ее.
Затем я втиснула ноги в туфли на каблуке, а потом еще долго возилась с юбкой и жакетом. В конце концов схватила портфель и раскадровки в одну руку, кофе в другую, и, то и дело спотыкаясь, выбежала на улицу. Нужно было торопиться: у меня была назначена встреча с очень важным клиентом.
Я работала консультантом по коммуникациям и очень гордилась своей организованностью и пунктуальностью. С клиентами мне нужно было встречаться не чаще одного или двух раз в неделю. Большую же часть времени я работала из дома. Мне очень нравился такой график, он давал столько свободы!
Когда дети были еще маленькими, у меня было время помочь им с уроками, и я водила их на внеклассные мероприятия.
Но дети становились старше, моя помощь в прежнем объеме им уже не требовалась. Я чуть внимательнее, чем раньше, присмотрелась к компании, в которой работаю, и вдруг поняла, что то, чем мне приходится заниматься, идет вразрез с моими идеалами. Помню, как на одном из совещаний коллеги устроили праздник в честь того, что компания выиграла в суде иск по делу об асбесте[19], в котором она выступала ответчиком.
И я – сторонник бережного отношения к окружающей среде – была вынуждена присутствовать на «празднике». Внутреннее чувство дискомфорта усиливалось, и это уже не говоря о бесконечных колготках и неудобных костюмах.
А в тот день я чувствовала необычайное воодушевление. Мы с мужем вместе сделали раскадровки для телевизионной рекламы, которая рассказывала об инициативе по переходу на экологически чистую энергию. Нам очень нравился проект, и мы надеялись, что реклама привлечет внимание к фирме и ее благородному делу.
Жонглируя раскадровками, портфелем и стаканчиком уже остывшего кофе, я зашла в свой кабинет. Но вместо нашей команды маркетологов там сидел Боб, представитель фирмы, с которым мы работали напрямую.
Холодным тоном он сказал мне, что компания наняла новую управляющую для работы на международном рынке. Естественно, у нее была собственная команда, и мои услуги больше не требовались.
А я ведь как раз планировала для них ежегодный обзор, рассылку и рекламу. Неужели новая управляющая не хочет со мной встретиться, чтобы хотя бы посмотреть на то, что я уже успела сделать?
Нет. Она не хотела общаться ни со мной, ни с кем-либо еще.
Я собрала вещи и отправилась домой. Немедленно стянула колготки, надела удобные штаны и ботинки и отправилась на прогулку в парк у себя за домом. Меня переполняли обида и несправедливость. Столько лет я мучилась с этими клиентами, пыталась как-то поменять их допотопные взгляды. Никакой благодарности. Это было нечестно.
К концу прогулки я более-менее успокоилась. Что ж, надену костюм и свяжусь с другими клиентами – предложу им свои услуги.
Но вместо этого на следующий день я натянула комбинезон и отправилась на городскую ферму, где каждую неделю работала волонтером и помогала устраивать различные мероприятия. Приближался Хэллоуин, и мы планировали устроить большой осенний праздник с сеном, тыквами, яблочным сидром и домом ужасов, который мой сын организовывал для детишек помладше.
Неделя пролетела незаметно. Я почти все время занималась набиванием пугал и планировала следующие мероприятия для фермы. Я была в раю.
Но без зарплаты было тяжело. Детей через пару лет нужно будет отправлять в колледж, поэтому мне срочно требовалась работа.
В один прекрасный день, когда я была особенно хороша собой – одетая в измазанный грязью рабочий комбинезон, – ко мне подошла незнакомая женщина.
– Доброе утро, я – новый директор, – сказала она. – А вы, должно быть, Джин. Я разговаривала с сотрудниками, и все мне говорили, что я обязательно должна вас нанять.
Директор недавно переехала в этот район, и ей нужен был кто-то, кто знаком с местным сообществом и обладает талантами в маркетинге и коммуникациях. На ферме требовался человек, который будет привлекать внимание к ней и заниматься сбором средств для развития. Короче, им нужна была я.
Я рассказала новому директору, кто я такая, чем занимаюсь и что заставляет меня каждый день приходить на ферму.
Честно говоря, я сомневалась, стоит ли мне соглашаться на работу. Ведь зарплата здесь была гораздо меньше, чем у консультанта. С другой стороны, я могла носить удобную одежду, ходить на работу пешком и играть с козлятами. О чем еще можно мечтать?
Я продолжала работать волонтером до конца года, а в январе официально присоединилась к коллективу. Эта работа была по мне, я чувствовала себя как рыба в воде: подбирала материалы и составляла программы для привлечения местных жителей на ферму. Без труда придумывала различные праздничные мероприятия, фотографировала и писала статьи для газеты. Мало-помалу из моего письма ушли канцеляризмы и стиль стал более легким. Мне это так понравилось, что я начала сочинять книги для детей, а потом написала и полноценный роман.
Помню день, когда я поняла, что приняла правильное решение. Я была в своем кабинете, когда услышала какой-то шум в коридоре. Высунулась наружу и увидела, что директор фермы стоит в коридоре с коробкой утят, которые недавно потерялись. Оказывается, кто-то вернул их нам.
Все были в восторге! Особенно я. Словом, я обрела уверенность и счастье, работая там, где мне нравится, и с людьми, которых очень любила.
Удачная неудача
Был 1987 год. Мне было семнадцать, и я как раз выпустилась из небольшой частной школы. Мне ужасно хотелось расширить горизонт и попробовать что-то новое, поэтому я решила поступить в один из крупнейших университетов Флориды.
До колледжа я мало общалась с другими людьми и жила под пристальным присмотром родителей и учителей. Но в университете я впервые в жизни оказалась предоставлена сама себе, и никто больше не следил за каждым моим шагом. Занятия проходили в основном в больших аудиториях, и очень быстро до меня дошло, что профессора даже не знают, присутствую я на лекции или нет. Теперь на мне лежала ответственность за собственную жизнь и принятие решений – вплоть до посещения занятий! Но я была слишком молодой и незрелой, чтобы принимать правильные решения. Откуда ни возьмись у меня появился выбор: пойти на занятия или отправиться в парк, послушать музыку и понаблюдать, как люди своими руками делают украшения, красят футболки и варят свечи. В семнадцать лет музыка и ручная работа привлекали меня гораздо больше, чем образование, и я наивно предполагала, что без проблем справлюсь с экзаменами, даже не посещая лекции.
С первым годом учебы я справилась так себе, но, даже несмотря на это, мы с родителями договорились, что на второй год я пойду все в тот же университет. Я пообещала, что буду больше внимания уделять учебе. Но, получив следующую ведомость с моими оценками, родители очень расстроились. Со слезами на глазах мама говорила мне:
– Я не знаю, что делать, Бекки. В университет тебе явно возвращаться не стоит. Ты завалила все экзамены.
На следующее утро папа постучал мне в дверь и спросил, можно ли со мной поговорить. Я оделась и вышла, ожидая услышать очередную лекцию о моей недисциплинированности. Но меня ждал сюрприз. Мы уселись за овальный обеденный стол, и папа неожиданно заявил, что, если колледж мне не подходит, возможно, мне больше подойдет карьера в армии. Меня это предложение шокировало, и я начала было протестовать, но он поднялся и тихо, но твердо сказал: