Джеффри Дивер – Твоя тень (страница 68)
«Сегодня или никогда!» – сказали друг другу Питер и Майра.
Выдавая себя за помощницу Кейли, Майра позвонила Эдвину и объяснила, что певица хотела бы с ним повидаться.
«Эдвин, будь осторожен, – инструктировала его коварная женщина. – Езжай в „Ярмарку моды“, сбрось копов с хвоста и жди меня позади торгового центра, около грузовой эстакады магазина „Мэйси“, понял?»
Майра проехала мимо и помахала ему рукой. Малахольный Эдвин, ухмыляясь во все тридцать два зуба, подбежал к угнанному внедорожнику и залез на заднее сиденье. И только он повернулся, чтобы пристегнуть ремень безопасности, как Бэббидж ткнула его электрошокером, вколола молодому человеку снотворное и связала его. Затем она поднялась в интернет-кафе «Яванская хижина», располагавшееся в торговом комплексе, и написала то самое сообщение, между строк которого читалась прямая угроза жизни конгрессмена Дэвиса.
И теперь Майра везла Эдвина, пребывавшего в полубессознательном состоянии, в хижину, где их ждал ни о чем не подозревающий Уильям.
«Через несколько минут план будет приведен в действие, – размышлял Питер Симески. – Бэббидж подъедет к дому, улыбнется Тиму Рэймонду и всадит ему пулю промеж глаз. Ну а я тем временем появлюсь на пороге гостиной и расстреляю конгрессмена и всех остальных. Затем мы с Майрой затащим Шарпа в дом и убьем его выстрелом в голову из пистолета Арутяна. В руку Эдвину вложим пистолет и посыплем ее отработанным порохом…»
Завершив ликвидацию, Питер планировал позвонить в службу спасения и разыграть панику: «…Выхватил у мертвого детектива пистолет… и убил… убил этого чертова психа!..»
«Составь план и неуклонно следуй ему…»
Но иногда что-то идет не по плану и приходится импровизировать.
Кэтрин Дэнс…
«Агент КБР, выжившая в ходе разыгравшейся трагедии, может сослужить нам хорошую службу, – размышлял Симески. – А то больно уж подозрительно все будет выглядеть, если уцелеем только мы с Майрой! Но как все устроить таким образом, чтобы чертова баба не поняла, что стрелок – это я?
Что ж, буду стрелять Дэнс в спину, чтобы парализовать, – решил Симески. – А затем убью Арутяна и Дэвиса, выкрикивая что-нибудь вроде: „Эдвин, нет! Что ты творишь, ублюдок!“ Если все пройдет без заминки и Кэтрин не потеряет сознания, то мои слова занесут в протокол. И тогда Эдвин станет козлом отпущения. Ну а если Дэнс все-таки отбросит копыта? Что ж, чему быть, того не миновать!
Будешь знать, как отказывать приличным людям! – Питер вдруг припомнил недавние события, распаляясь праведным гневом. – Неужели обязательно быть такой стервой? Всего лишь ужин, мать твою! Небось не переломилась бы!»
Питер Симески глянул на стрелки «ролекса».
«Три минуты до начала представления. Майра Бэббидж, должно быть, уже свернула с шоссе и направляется прямо к убежищу».
Встав у прохода в гостиную, Питер попытался уловить звук приближающегося автомобиля Майры, но шум матча, который транслировали по телевизору, и толстые стены дома гасили все звуки извне.
– Что это там? – вдруг раздался голос Кэтрин. – Никак машина?
– Похоже на то, – неуверенно отвечал ей конгрессмен. – А может, послышалось?
«Два выстрела в спину Дэнс, два – в голову Арутяна и еще два – в голову Дэвиса, – настраивался Симески. – Что все-таки лучше выкрикнуть?
„Господи, это же он! Тот самый преследователь!“ – мысленно попробовал Питер, однако этот возглас показался ему неубедительным.
„Господи Исусе! Эдвин! Нет!“ – придумал он еще один вариант. – А так убедительно? Вроде бы ничего…»
У Дэвиса зазвонил телефон.
– Алло?.. Привет! Да, мы в доме, – ответил конгрессмен и объявил остальным: – Это Майра приехала.
– Слушайте, а ведь она наверняка не в курсе, что за ней мог быть хвост, – сказал Арутян.
Симески услышал обрывок разговора: Дэнс говорила что-то про талант Шарпа узнавать все и вся про всех. Затем она добавила:
– Если этот тип еще и Майру выследил, то, боюсь, мы в нешуточной опасности – даже толстые стены этого убежища Эдвина не удержат!
«Ха, если бы ты только знала, как близка к истине! Вы и в самом деле в нешуточной опасности! – подумал Симески и глянул на „ролекс“. – Одна минута».
– Конгрессмен Дэвис, отойдите, пожалуйста, от окна, – скомандовала Кэтрин.
– Но ведь это всего лишь Майра.
– Давайте соблюдать правила безопасности.
Тем временем Симески натянул латексные перчатки, открыл сумку для ноутбука и достал краденый пистолет.
«В этой великой стране, – подумал Питер, – разжиться оружием не проблема даже для ребенка!»
Симески пристрелял и зарядил пистолет еще накануне. Днем ранее он сделал с десяток выстрелов и собрал отработанный порох, чтобы после ликвидации объекта посыпать им ладони Эдвина. На всякий случай он проверил пистолет еще раз и повторил про себя: «Два выстрела, еще два и еще два».
– Питер? – послышался из гостиной голос конгрессмена.
– Секундочку. Кофе кто-нибудь желает? – отозвался Симески.
– Нет, спасибо, – рассеянно поблагодарил помощника Дэвис. – Майра приехала.
– Отлично!
– А вы, Кэтрин? Деннис? Может, выпьете чашечку?
Однако и Дэнс, и Арутян отказались.
Симески прильнул к смежной с гостиной стене и вжался в нее спиной, оставаясь вне поля зрения: с минуты на минуту должны прогреметь выстрелы: Майра против Рэймонда.
– Представляете, – сказал Арутян, – мы вот так однажды сидели здесь с самим президентом! Он приезжал инкогнито на совещание с нашим губернатором. Пришлось даже подписать бумаженцию о неразглашении. Чтобы я не проговорился, кто именно тут был, прикиньте?
– Что ж, может, сыграем в «Двадцать вопросов»? А то я страсть как хочу знать, который же из президентов все-таки приезжал к тебе в гости, Деннис! – воскликнула Кэтрин.
Усатый детектив хохотнул.
– Не далее как на прошлой неделе, – подал голос Уильям, – я, между прочим, ездил в Кэмп-Дэвид – это загородная резиденция президента США, если кто не в курсе… Так вот, там с нами как раз и сыграли в подобную игру, только она почему-то больше походила на перекрестный допрос с пристрастием – веселого, скажу я вам, мало!
«Последние слова Дэвиса, – настраивал себя на нужный лад Симески. – Или нет? Интересно, о чем думает этот малахольный Шарп перед лицом смерти? Уж явно не свою обожаемую певичку с наслаждением вспоминает!»
– Смотрите-смотрите! Тройной аут! – воскликнул конгрессмен, прибавляя звук. Зрители на стадионе взревели от восторга.
Питер в очередной раз глянул на «ролекс»: Майра должна уже выстрелить в Рэймонда. Услышав выстрелы, он переступит порог гостиной и сделает то же самое.
«Два. Затем еще два. И еще два.
А потом крикну: „Эдвин! Нет! Боже мой!“»
Симески переложил пистолет в левую руку, вытер вспотевшую ладонь о брюки и снова взялся правой за рукоятку оружия.
«Давай, Майра, сейчас или никогда!» – мысленно поторопил он подельницу.
Выстрелов, однако, не последовало.
Прошла еще минута. Из гостиной раздавались только рев болельщиков да восторженное верещание спортивного комментатора.
«Да что, черт возьми, происходит?» – недоумевал Питер, чувствуя, как на лбу проступает пот.
Наконец снаружи прогремели выстрелы.
«Пять выстрелов зараз? – еще более изумился Симески. – Автоматная очередь? Ну и что бы это могло значить?
Твою ж мать! Неужели какой-то помощник шерифа прибыл сюда заранее, а сейчас выскочил, как чертик из коробочки? – лихорадочно соображал он. – Или Майру остановил дорожный патруль? Копы увидели связанного по рукам и ногам Эдвина, нашли пистолет, раскололи злоумышленницу и примчались сюда спасать мир?»
Все стихло.
«Составь план и неуклонно следуй ему… – талдычил Симески свою мантру. – Но иногда не все идет по плану и нужно импровизировать. А чтобы импровизировать, необходимо располагать фактами».
Да вот только фактами он не располагал.
Питер решил действовать во что бы то ни стало: придется расстрелять всю оцепеневшую от страха троицу прямо у окна.
«Два, два и еще два выстрела… И одна пуля Рэймонду, если Бэббидж его еще не укокошила! – проговаривал он про себя новый план действий. – Затем замести следы… Жаль, конечно, Майру. Сдается мне, это не Майра прикончила Рэймонда, а совсем наоборот! Бедняжка! Но жертва ее не напрасна! На кону судьба великой страны!»
Симески крепко сжал рукоять пистолета, сдвинул рычажок предохранителя и глубоко вдохнул. В следующее мгновение он змеей метнулся в арочный проем гостиной и уже собирался открыть огонь по Арутяну и Дэнс, но так и застыл на месте. Побелевший кончик пальца, поджавший спусковой крючок, вновь налился кровью.
Комната пустовала.
На панели системы безопасности мигала зеленая лампочка.