Джеффри Дивер – Твоя тень (страница 38)
– Ну, в один прекрасный день Эдвин вдруг заявил, что наши отношения что-то совсем разладились, исчерпали себя и нам лучше расстаться. Вот так просто. Я, честно говоря, жутко расстроилась. Лично меня он вполне устраивал. Амбициозным Эдвина не назовешь: он никогда не стремился прыгнуть выше головы – работа охранником или клерком его полностью устраивала. Это, конечно, минус, но зато он очень романтичный, и на него всегда можно положиться. Вдобавок Эдвин не пьет, наркотики не употребляет. А с сигаретами он завязал, как только мы начали встречаться.
– Так, значит, раньше он курил, – задумчиво отозвалась Дэнс, припоминая курильщика в парке напротив своей гостиницы.
– Да, и потом тоже иногда баловался. Чтобы нервы успокоить. Так вот, он меня бросил и съехал с квартиры. Я, наверное, еще месяца два потом в себя приходила.
– После разрыва с вами он завел себе новую пассию?
– Кто ж его знает… Слышала, что вроде как была пара каких-то девиц, но сказать ничего про них не могу… Да и не общались мы почти после разрыва.
– Салли, последний вопрос. Были случаи, когда Эдвин выходил из себя и буйствовал?
Собеседница помолчала, а затем сказала:
– Да, бывало.
– Расскажите, пожалуйста.
– Хорошо. Однажды мы с Эдвином и моей подружкой прогуливались по улице, как вдруг откуда ни возьмись перед нами возник пьяный – я бы даже сказала, пьянющий! – парень и обозвал нас шлюхами. Тут Эдвин надвинулся на него и закричал: «А ну извиняйся, засранец!» И тот тип извинился.
Дэнс выждала несколько секунд, но, похоже, на том история и заканчивалась.
– И это все? Он даже не ударил этого парня?
– Нет, что вы. Эдвин не такой. Он, конечно же, выглядит жутковато: ростом под потолок, да еще эти брови – но на самом деле он и мухи не обидит! Эдвин, как бы это вам объяснить, немного не догоняет. Он точно ребенок – вот! И это в нем подкупает.
Кэтрин не знала, что на это и сказать.
«И как только образуются такие пары? – недоумевала она. – Почему люди сходятся и расходятся? Загадка!»
Дэнс поблагодарила Салли, и на том они и распрощались. Сделав заключительные пометки в блокноте, Кэтрин задумалась.
«И что дают мне эти сведения? Относительно нормальные отношения с одной женщиной не исключают возможности преследования другой. Но преследователи не могут включать или выключать режим преследования. Они делают это против своей воли. Возможно, Салли, встречавшейся с Эдвином всего год, такое поведение казалось вполне нормальным. Поведение, свойственное каждому влюбленному в конфетно-букетный период. Ну а как же его чрезмерный интерес к музыке и знаменитостям? Разве это не маячок?.. – И тут же возразила себе: – А сама-то хороша! Отправилась по такой жаре во Фресно, чтобы записать каких-то никому не известных мексиканцев из группы „Лос Травахадорес“!»
Отодвинув краешек шторы, Кэтрин присмотрелась, но курильщика не обнаружила. Убедившись, что все в порядке, женщина приняла душ, вытерлась и влезла в гостиничный халат. На бирке красовалась надпись: «Если этот халат вам понравился, то можете прихватить его с собой. С вас 89 долларов 95 центов».
Дэнс забралась в постель.
«Да кому нужен вид на эти заснеженные горные вершины, когда здесь такая шикарная кровать! – подумала Кэтрин. – Жаль только, что Боулинга нет рядом!»
И вспомнила, как они недавно на пару ночей останавливались в «Вентане» – фантастически красивой курортной гостинице, расположившейся между рекой Кармел и горами Биг-Сура. Та поездка стала для Кэтрин очень важной. Впервые она решилась рассказать детям, что отправляется в романтическое путешествие вместе с Боулингом, – до этого дня они держали свои отношения в тайне.
Особенно Дэнс переживала за Уэса. Она все гадала, как же сын воспримет новость, что мать уезжает на уик-энд с посторонним мужчиной. Но, к счастью для нее, все обошлось. Что касается Мегги, то дочка уже не раз интересовалась, когда мать снова выйдет замуж. В понимании Мегги незамужняя женщина была все равно что неполноценной.
Вернувшись домой, Кэтрин особенно не распространялась о поездке, а дети и не интересовались подробностями, слушали ее со скучающими лицами.
«Вероятно, они еще слишком маленькие, – думала Дэнс. – Где этим салагам осознать, что все это для меня значит. Ну что ж, тем лучше!»
Те выходные прошли бесподобно, и Кэтрин не могла нарадоваться, что наконец-то преодолела последний психологический барьер вдовства и впервые за долгое время насладилась близостью с мужчиной.
«Вот бы Джон оказался сейчас рядом!» – вновь подумалось ей.
Кэтрин гадала, почему же за эти два дня они ни разу не созванивались, а только изредка перебрасывались сообщениями. Всякий раз, пытаясь связаться с Боулингом, она попадала на автоответчик. Дэнс казалось странным, что она, расследуя убийство, находит минутку набрать его номер, а он, работая всего лишь консультантом по компьютерным технологиям, – нет.
Кэтрин позвонила родителям, поговорила немного с отцом, а затем попросила позвать к телефону детей.
Голоса ребятишек грели душу. Прислушиваясь к их радостному щебетанию, Дэнс невольно улыбнулась. Они наперебой рассказывали о приключениях в летнем лагере.
Услышав «Люблю-тебя-мамулечка» от Мегги и «Ну-чё-типа-все-норм-свидимся» от Уэса, Дэнс прыснула со смеху: сразу понятно, кто в какой фазе созревания находится. Затем телефонной трубкой завладела Эди, мать Кэтрин. Она отрапортовала, что отец съездил в Пасифик-Гроув и закончил приготовления для вечеринки, которую Кэтрин задумала устроить у себя в этот уик-энд. Дэнс пригласила друзей, возвращающихся из Сан-Хосе, погостить на выходных. Они приезжали в субботу и должны были остаться с ночевкой.
Затем в разговоре последовала неловкая пауза.
Хотя Дэнс и старалась не анализировать поведение домашних и вообще не смешивать работу с личной жизнью, иногда это выходило непроизвольно. Так, например, она попросту не могла продолжать свидание, если мужчина, сидевший до этого в расслабленной позе, отвечая на вопрос о семье, вдруг наклонялся вперед, заглядывал ей в глаза и с жаром заверял, что он в разводе. (Кстати, у Кейли Таун даже была ироничная песня под названием «Вся правда о мужчинах», в которой она открывала слушательницам глаза на двойственную природу сильного пола.)
Вот и теперь Дэнс, невольно заметив робость в голосе матери, заподозрила неладное.
– Как там Фресно? – спросила Эди, и дочь только укрепилась в своих подозрениях.
– Фресно – хороший городок. Местами. Например, сейчас идет активное строительство в районе аэропорта, и можно купить дом не с гаражом, а с ангаром для самолетика, представляешь? Хотя если дом продается с ангаром, то гараж, наверное, и подавно есть. Честно говоря, я не узнавала.
Мать Кэтрин была женщиной доброй и справедливой, но в то же время до раздражения самоуверенной, упрямой и прямодушной. Кэтрин знала, что Эди, в силу своего характера, смолчать не сможет, а потому терпеливо ждала.
«Ну же, давай!» – мысленно поторопила она собеседницу.
– Я тут кое-что узнала и теперь просто ума не приложу, что и делать. Если бы не дети…
Для всякой матери любое упоминание про детей – все равно что красная тряпка для быка. Дэнс исключением из общего правила не была: слова слетели с ее языка инстинктивно.
– Что случилось? Говори! – скомандовала Кэтрин тоном, не терпящим никаких возражений: «Да, я твоя дочь, но я уже взрослая и имею полное право знать, что происходит в жизни моих детей».
– Да тут Джон недавно забегал. Принес компьютерные игрушки для Уэса и Мегги. А затем ему позвонили… Милая, он разговаривал с агентом по недвижимости. Как я поняла, Джон подыскал себе новую работу и теперь присматривает дом.
«Очень интересно. Но почему мама так встревожена?» – подумала Дэнс и спросила:
– Ну и что в этом такого?
– Джон договаривался с риелтором посмотреть дом в Сан-Диего. Он собирается переехать туда через пару недель.
«Ого! – ахнула про себя Кэтрин. – Неужели через пару недель?»
Теперь до нее дошло, что имела в виду мать, когда предостерегала ее. На мужчин полагаться нельзя, говорила она, а дети после смерти отца еще очень уязвимы. Потерять еще одного близкого человека, которому они едва-едва стали доверять, будет для них катастрофой.
«Ну и дела! А я что же для него, выходит, пустое место? – возмутилась Кэтрин. – И чем Джон только думал? Зачем скрывать? Не понимаю! Почему я, например, получив интересное предложение – перспективную работу в Вашингтоне, – и шагу не смею ступить без его согласия?..
Через пару недель, стало быть… – Дэнс раз за разом возвращалась к этой мысли. – Теперь понятно, почему он трусливо прячется за автоответчиком! Так, главное – не пороть горячку. Ведь основополагающий принцип правосудия – презумпция невиновности. Бремя доказывания уголовной вины лежит на обвинителе».
– Мам, ты уверена? Может, ты неправильно поняла?
– Да все я правильно поняла. Джон ушел говорить по телефону на задний двор, к бассейну. Думал, его никто не слышит. А когда к нему подошел Уэс, он тут же сменил пластинку и буквально сбросил звонок риелтора, не дав тому договорить.
Дэнс не знала, что и сказать.
– Мне жаль сообщать тебе такое, милая.
– Спасибо за поддержку, мамуль. Надо все это как следует обдумать.
– Ложись-ка ты спать. Утро вечера мудренее. Дети счастливы: мы им такую вкуснятину на ужин приготовили! А от лагеря они просто без ума! – тараторила Эди, стараясь отвлечь дочь от грустных мыслей. – Ты не поверишь, но Мегги и Уэс ждут не дождутся, когда начнется учебный год! Завтра мы идем выбирать новые рюкзаки.