Джефф Стрэнд – Охота на оборотня (страница 40)

— А как думаешь, во сколько ему встанет кровищу твою отдраить?

— Да в хренову кучу бабла.

— Бедный засранец.

— Ага.

— Полагаю, с учетом всех сегодняшних передряг, испачканная машина — не самая большая неприятность. Хотя будь я на месте этого чувака, был бы в бешенстве.

— Ты только учти, что мы с его машиной пока не закончили, — отметил Лу. — Может, еще разобьем ее.

— Согласен, принимая во внимание то, как развиваются события, подобное вполне вероятно. Хотя мне кажется, что самое худшее позади.

— Вот и я так думал. Пока ты только что нас не сглазил.

Джордж грустно улыбнулся.

— Лу, у меня тяжело на душе, мне нужно поговорить, высказаться.

— Блин… только не это…

— Потерпи немного, послушай. Это я виноват во всех сегодняшних смертях.

— Нет, виноват оборотень. Хватит заниматься самобичеванием.

— Я обязан заниматься самобичеванием! Сейчас для этого самый подходящий момент. Да, мы подонки. Да, мы многим раньше причинили зло. Но преимущественно людям, которые это заслужили.

— Не всегда.

— Вот почему я сказал «преимущественно». Все наши плохие деяния заключались в том, чтобы вытрясти из кого-то деньги, переломать пару костей, может, порезать кого, если требуется. Но мы никогда не делали детей сиротами. Никого не убивали просто по приколу.

— Нет, но все равно мы те еще говнюки.

— Я хочу завязать со всем этим. Я хочу стать хорошим человеком.

— Хочешь, чтобы я был откровенен? — cпросил Лу.

— Разумеется.

— Ты окончательно охуел!

— Вот, что ты думаешь о моем решении измениться к лучшему?

— Точно. Нихрена ты не хочешь меняться. Ты просто самовлюбленный мудила. Просто от этих твоих благородных мыслей ты будешь лучше себя чувствовать, а вот делом подтверждать свои возвышенные намерения — это не про тебя. Если бы ты хотел стать Матерью Терезой, стоило сжалиться над стариком, который молил тебя о пощаде, вместо того, чтобы ломать ему пальцы, а потом причитать, когда ты делаешь ноги с места кровавой бойни. И я не хочу слышать ни слова о твоих стремлениях порвать с прошлым, пока мы в эпицентре полной задницы. Хочешь измениться к лучшему? Придумай, как нам переместиться отсюда на палубу шикарного круиз-лайнера и цедить там «Mаргариту».

– «Маргарита» — бабский напиток.

— Нет, не бабский. Джимми Баффет[15] посвятил ему песню.

— Да, здесь не поспоришь. Но я заглажу вину перед теми, кто погиб сегодня.

— Каким образом? Оживишь их? В зомби превратишь?

— Пока не знаю. Дети, которые сегодня потеряли родителей… Возможно, я оплачу их учебу в колледже.

— Что? У тебя башню прорвало?

— А что тебе не нравится?

— Послушай, Джордж, раньше я высказался грубовато, но ты несешь полную дичь! Никаких детей по колледжам ты рассылать не будешь. Это очевидно. Ты имел в виду, что будешь материально помогать всем, кто сегодня пострадал?

— Не всем. Тем, кому досталось больше всех.

— Давай-ка сделаем паузу. Хочешь помочь кому-нибудь, кто пострадал из-за тебя сегодня? Помоги мне. Купи мне новую рубашку, портки и чертовых бинтов.

— Куплю.

— Благодарю.

— Я на полном серьезе. Я начну помогать людям. Да, вполне вероятно, что однажды утром я проснусь и пойму, что идея с колледжем была не из лучших…

— Уверяю тебя, так и будет.

— …но я сделаю все, что в моих силах, чтобы очистить свою совесть. Возможно, это не будут какие-то серьезные поступки, а что-то по мелочи. Быть может, я… не знаю, буду развлекать детишек. Буду одеваться клоуном.

— Дети не любят клоунов. Они их боятся. Перепугаешь ребятню только, которую развлечь хотел.

— Ты понимаешь, о чем я.

— Нет, ты ошибаешься. Еще ни разу в жизни я не был так далеко от понимания чьего-то потока сознания.

— Я просто хочу стать хорошим человеком.

— Это мы уже выяснили. Равно как и то, что это крайне глупо звучит.

— Стать хорошим человеком — это глупо?

— Возможно, сам по себе замысел и нет, но вот идеи, которыми ты фонтанируешь, точно глупость.

— Да, вероятно, мой мозг сейчас работает не на полную мощность, доволен? Дай мне немного перевести дух. Мог бы и слова поддержки высказать.

— Отлично. Хорошо. Становись стремным клоуном.

— Я не про клоуна. Но если у меня случилось величайшее в жизни прозрение, не следует сидеть рядом и глумиться. Я бы с тобой так не поступил.

— А когда заказывал диет-соду, не глумился? Не прикидывайся словившей просветление чирлидершой. Наши отношения строятся на откровенности, и мое честное мнение — ты ведешь себя, как идиот. Я не хочу сказать, что то, что сегодня произошло, не могло никак сказаться на тебе, но верю ли я в то, что ты из-за этого резко готов превратиться в Деда Мороза? Да нихрена!

— А ты поднимись-ка на ноги и почувствуешь, насколько сильно может сказываться.

— Давай не будем смешивать мух с котлетами.

— Ладно, давай тогда вовсе прекратим эту дискуссию.

— Замечательная мысль.

— У тебя кровь все не останавливается, еще силы есть? Продержишься?

— Да, вроде.

— Сколько нам еще ехать?

Лу провел пальцем по заляпанной горчицей карте, которую напарники нашли под задним сидением.

— Еще несколько кварталов.

— Надеюсь, эти парни знают свое дело. Но больше всего мечтаю, что они дадут мне нажать на курок, когда выследят Ивана. Вот это будет прекрасно.

— Конечно. До нынешнего момента мы ведь так превосходно себя проявили, что я ни на секунду не сомневаюсь в том, что эти ребята сочтут за честь, обнаружив Ивана, незамедлительно вернуть ликантропа под нашу ответственность. Они ведь не захотят уронить нашу самооценку.

— Ну я хотя бы помечтать могу? Как же ненавижу этого Ивана.

Джордж по-прежнему не был на сто процентов уверен, что стоит ехать на встречу с подмогой. Мысль, что один из этих профессиональных охотников скажет: «Ну что, чуваки, оборотня потеряли? Тогда прощайтесь с жизнью», а затем пустит по пуле в голову каждого из напарников, вполне имела право на существование. Но чисто теоретически это была дилемма, подобная выбору между машиной, загаженной голубями, и откушенной крокодилом ногой. В данном случае решение провести всю жизнь бегах, скрываясь от мстительных преступников, противостояло потенциальной вероятности словить пулю за некомпетентность. В тот момент, когда бригада подмоги поймает Ивана, лучше оказаться с ними и быть причастными к процессу, чем узнать о том, что оборотень схвачен по телефону от Рикки.

А чтобы остаться в живых, нужно просто дать понять группе подмоги, что напарникам достаточно многое известно об оборотне, но все карты они не раскрыли.

— Похоже нам туда, — сказал Лу, показывая направление окровавленным пальцем.

Как и говорил, Рикки адрес соответствовал маленькой парковке. Как только напарники въехали на нее, белый фургон с надписью «Кондиционеры Рэя» тронулся с места и поехал навстречу. Мужчина в коричневом комбинезоне вышел из пассажирской дверцы и в приветствии поднял руку. Джордж посмотрел на Лу, пожал плечами, подъехал к белому фургону и заглушил двигатель.