Джефф Мариотт – Никогда. Ведьмино ущелье. Остров костей (страница 93)

Меган не винила маму за то, что та снова вышла замуж после того, как папа погиб в аварии. Мама никогда не умела справляться с одиночеством, и общества дочери-подростка ей было явно недостаточно, тем более что Меган хотелось жить своей жизнью. Мама познакомилась с Гарри в группе психологической помощи. Он тоже был вдовцом, его жену убили во время ограбления винного магазина. У него было трое сыновей, и Меган никак не могла решить, кого из них она ненавидит больше – Гарри-младшего, который при каждом удобном случае щеголял перед ней обнаженным, Билли, который вечно лапал ее за грудь и которого она однажды поймала, когда он рылся в ее белье, или малыша Джои, который установил в ванной камеру и выложил видео с моющейся Меган в интернет.

Конечно, мама говорила, что ничего такого тут нет, это просто мальчишеские шалости. Но Гарри-младшему было уже двадцать девять лет, а Билли был ровесником Меган, так что их поведение трудно было списать на возраст. Что касается «шалости» Джои, то Меган пришлось два месяца отсиживаться у себя в комнате: видео из душа посмотрела половина колледжа.

Короче, домой на Рождество она точно не собиралась. Но и перспектива торчать в Бостоне ее не радовала. Приятное место, но для девчонки из Джорджии зимы тут слишком холодные.

Поэтому Меган решила поехать в Ки-Уэст. Она скопила немного денег, подрабатывая в «Старбаксе» на Коммонвелс-авеню, и нашла в интернете дешевые билеты на самолет. Она забронировала номер с завтраком в уютном маленьком отеле прямо на Дюваль-стрит, там, где множество баров, и проводила каникулы в этом тропическом раю.

Меган была в восторге от Ки-Уэст. Не из-за баров, живой музыки, прекрасной погоды, дружелюбных людей и беззаботной атмосферы, и не из-за потрясающих морепродуктов. Хотя, конечно, все это ей очень нравилось. Она была в восторге потому, что в Ки-Уэст каждый вечер праздновали закат солнца. Каждый вечер люди собирались на набережной Фронт-стрит полюбоваться на закат над Мексиканским заливом, повеселиться и выпить пива. Набережную наводняли торговцы и артисты, и все это было похоже на чудесную вечеринку. Сначала Меган обрадовалась, что так удачно попала на праздник, но потом поняла, что тут каждый день так.

Сегодня она не пошла на набережную, ей хотелось посидеть в баре, послушать музыку. Днем она решила побыть туристкой и обошла несколько музеев спасателей, была в Малом Белом доме[45], в Доме-музее Хемингуэя и на маяке, и ноги у нее просто отваливались.

Единственное, чего ей пока не хватало, так это секса. Меган не очень-то умела завязывать отношения. Ей обычно везло на таких же тупиц, как ее сводные братья. А после истории с душем она и заговорить-то с парнями в колледже стеснялась.

В Ки-Уэст к ней уже не раз подкатывали, но с такими она и за один столик в баре не села бы, не то чтобы лечь в постель. А симпатичные парни либо оказывались геями, либо были уже заняты. Она получала предложения и от девчонок, но они ее не интересовали, хотя в общежитии некоторые соседки пытались завоевать ее расположение. Но если к ней продолжат подкатывать одни уроды, возможно, ей придется пересмотреть свою позицию.

Что ж, зато она общалась тут с приятными людьми. Не то чтобы они могли стать друзьями на всю жизнь, но с ними здорово было болтать о музыке, учебе и жизни. Каждый вечер компания была разной, но так даже интереснее. Меган считала, что поездка удалась, несмотря на то, что каждый вечер возвращалась в свой номер в одиночестве.

Группа закончила играть «Magic Carpet Ride», и солистка сказала:

– А теперь небольшой перерыв. Вернемся через пятнадцать минут!

Меган захлопала вместе с большинством посетителей, за исключением придурков, увлеченных футболом. Она допила пиво и огляделась в поисках Лизы, официантки.

– Простите, тут не занято?

Обернувшись, Меган увидела пожилую пару – на вид им было лет пятьдесят. Оба были в «униформе» Ки-Уэст – в футболках с коротким рукавом, шортах и шлепанцах. Меган показалось, что мужчина говорил с легким акцентом, похожим на европейский.

Вряд ли они станут приставать к ней, хотя Меган уже ничему бы не удивилась. И она ответила:

– Нет, свободно, садитесь.

Они подвинули стулья и сели напротив Меган. Мужчина был весьма привлекательным, смуглым, с орлиным носом, как говорил ее профессор истории. Меган не могла понять, почему нос называют орлиным. Может, потому, что сказать «клюв» было бы неловко. Однако мужчину такой нос не портил. У него были аккуратно причесанные короткие волосы, темные и густые.

У его спутницы, вероятно супруги, были длинные, тщательно уложенные темные волосы, выдающиеся скулы. Она улыбалась. Мужчина был стройным, а фигуру женщины, напротив, можно было назвать «аппетитной». Они были очень милой парой.

– Меня зовут Альберто, – представился мужчина, улыбнувшись. – А это моя жена, Федра.

– Спасибо, что позволили присесть, – добавила Федра, улыбнувшись еще шире. – Я уж думала, придется простоять весь вечер. – Федра тоже говорила с акцентом, но скорее с бруклинским, чем европейским.

– Пожалуйста. Я Меган.

– Приятно познакомиться, Меган.

Альберто спросил:

– Что привело вас в Ки-Уэст?

Меган не хотелось грузить их своими семейными проблемами, поэтому она просто сказала:

– Понимаете, Рождество лучше отмечать тут, чем в Бостоне.

– О, я вас прекрасно понимаю, – заметила Федра, положив руку на стол. Меган отметила безупречный маникюр, фиолетовый с блестками лак и множество серебряных колец. – Я сама не выношу снег. И этот холод, святые угодники!

– А вы как здесь оказались? – спросила Меган.

– Мы путешествуем уже несколько месяцев, – ответил Альберто. – Недавно у нас в жизни произошли перемены, и мы решили продать дом и посмотреть мир.

– Ого, – Меган удивленно заморгала. – Класс!

– Мы собираемся побыть тут какое-то время, – добавила Федра, наклоняясь вперед и заговорщически понизив голос. – Я в восторге от местной атмосферы, тут просто чудесно, – протянула она.

– Да, тут здорово.

Наконец, к ним подошла официантка Лиза, невысокая девушка с бронзовым загаром, длинными каштановыми волосами, собранными в хвост, в черной футболке с логотипом бара.

– Еще пива, Мег?

Меган вздохнула. Она терпеть не могла, когда ее так называли, но Лизе, очевидно, было лень тратить на одного человека целых два слога. Прошлым вечером Меган сидела тут в компании трех девчонок – Кристины, которую Лиза тут же стала звать Крис, Мелани – Мел и Элизабет – Бет, хотя та предпочитала, чтобы ее называли Лиз.

Взглянув на Альберто и Федру, официантка спросила:

– А что для твоих друзей?

– Можно мне «маргариту»? – сказала Федра. – С солью.

Альберто улыбнулся.

– Стакан красного вина, спасибо.

– Сейчас принесу. – Лиза растворилась в толпе.

– Значит, ты живешь в Бостоне? – спросила Федра.

Меган кивнула.

– Учусь в колледже.

Следующие десять минут Меган рассказывала о жизни в колледже – набор дежурных фраз, которые за последние несколько дней она уже не раз повторяла случайным знакомым во всех барах на Дюваль-стрит.

Но тут группа вернулась на сцену, и разговор пришлось прервать. Не обошлось и без «Кареглазой девчонки» – эту песню на Дюваль-стрит можно было услышать по три раза за вечер, как и другие популярные рок-композиции.

Альберто приятно удивил ее, оплатив счет. Она выпила еще три или четыре пива, болтая с новыми знакомыми в перерывах между песнями или крича им на ухо, когда певец возвращался к микрофону. Когда группа сделала очередной перерыв, голова у Меган уже начала слегка кружиться. Ноги все еще болели после экскурсий, так что, наверное, пора было отправляться в отель. Конечно, бар не закроется до утра, но Меган была не в настроении для загула. С начала каникул она кутила напропалую, но, видимо, пора уже сбавить обороты.

– Спасибо, что угостили меня. Было очень приятно познакомиться, но я, наверное, пойду. – Меган отодвинула стул, но тут земля ушла у нее из-под ног, и она чуть не упала.

Альберто успел подхватить ее под руку и поддержать. Меган стояла не двигаясь, но голова все равно кружилась, а «Дыхание вепря» вращалось вокруг, словно карусель.

– У-у-упс… Кажется, я перебрала.

– Где ты остановилась, Меган? – мягко спросил Альберто.

– М-м-м… – Она не могла вспомнить название отеля. Черт, она даже забыла, как ее зовут. Да что с ней такое, черт возьми? Всего-то выпила пару пива!

– Это… м-м-м… гостиница на Дюваль-стрит, за «Маргаритавиллем».

Федра сказала:

– Я знаю, где это. Пойдем, милая, мы проводим тебя.

Меган как сквозь сон видела, что окружающие, в том числе Лиза, провожают ее тревожными взглядами. Альберто и Федра повели ее к заднему входу. «Почему мы идем в ту сторону? Там же Фронт-стрит, а нам надо на Дюваль, через парковку». Но после заката на Фронт-стрит было меньше народу, так что, может быть, новые знакомые просто не хотят тащить ее сквозь толпу.

«Я хочу в кровать. Накрыться одеялом. И обнять своего плюшевого мишку». Она сохранила подарок отца – мишку, которого тот подарил ей на Рождество незадолго до своей смерти. Она всегда спала с этой игрушкой – еще одна причина, по которой у нее никак не получалось завести отношения. Парни смеялись над ней из-за того, что она спит с плюшевым медведем.

«Где мы?» Она не могла сориентироваться. Альберто поддерживал ее с одной стороны, Федра с другой, а сама она безвольно перебирала ногами. Альберто был высоким и худым, а Федра низенькой и пухлой, и Меган все время кренило на одну сторону.