Джефф Гелб – Вкус ужаса. Коллекция страха (страница 38)
Джордж остановился на жемчужно–сером ковре, заливая его кровью, и медленно оглядел портреты своих предшественников, управлявших часто разорявшейся семейной компанией. Его отец. Его прадядюшка Таб, который сделал карьеру, но забыл о правилах уплаты налогов. Его старший брат Бейли, который так и не понял, что дырявый стрит в бизнесе также недопустим, как и в покере.
Было на стенах и место для его портрета, но Джорджу никогда не хватало времени на позирование.
— Я буду у себя в кабинете, — сказал Джордж — Сегодня жуткие пробки, поэтому вызови мне на верхнюю площадку вертолет. Я вылечу сразу же, как только закончу с делами. И еще одно, Хизер. Не отвечай никому, кто будет интересоваться моим местонахождением.
— Да… сэр.
Он зашагал по коридору. На щеке Джорджа все так же висела мертвая собачка, капли с очков превратились в полноценный поток, а ведь пятнышко крови на линзе было не больше зрачка в голубом глазу Лизы. Джордж добрался до личного лифта и поднялся в свое убежище, занимавшее половину этажа и обставленное с королевской роскошью. Здесь он был один. Так ведь? Ему послышался добродушный голос отца: «Никого из нас никогда не застанут со спущенными штанами. Так ведь, мой мальчик?»
— Легко тебе говорить, — пробормотал Джордж, поправляя дохлую собачку, как непривычный свежий пирсинг.
«Только Уайтейкеры решают, как и когда. — Дядя Таб ввернул любимую присказку. — Надеюсь, ты не упустишь свой последний выход».
— Я уже обо всем позаботился, — возразил Джордж.
Но он и сам чувствовал, что время уходит. Несколько раз вздохнув, он медленно миновал несколько прохладных пустых комнат, в итоге оказавшись у бронированного хранилища. Вид стальной двери немного поднял ему настроение. До сих пор день был отвратительным, но вскоре все наладится.
Окровавленными пальцами он набрал код на двери и повернул колесо засова. Толстая стальная дверь поддалась, и Джордж вошел в хранилище.
Внутри было мрачно и душно. Старые кирпичные стены, потеки раствора, выпирающие между рядами. Арочный потолок над головой. Пыльный пол. Джордж снял очки. Они все еще были покрыты кровью, но надоедливое пятно исчезло. Собака так и свисала с его щеки, но стоило коснуться мохнатого трупа, и тот отвалился. Джордж потер место укуса. Ни боли. Ни раны.
Снизу до него донеслись голоса. При звуках одного из них Джордж улыбнулся.
Нас никогда не застанут со спущенными штанами.
Никто не может опередить Уайтейкеров.
Высокий тенор брата Бейли воскликнул: «Черт возьми, вот она, та восьмерка, которой мне так не хватало!»
Джордж прошел по короткому проходу, спустился на несколько пролетов вниз и увидел их — собравшихся при свечах в древнем семейном склепе Уайтейкеров. Таб костлявыми ладонями тасовал картонные карты, папа смотрел на него и, кажется, подмигивал стеклянным глазом из глазницы высохшего черепа, скалясь в улыбке.
— Вот он!
— Что тебя так задержало? — прогремел дядя Таб.
— Не знаю, — сказал Джордж. — Просто мелкие неприятности.
Он оглянулся, мрачно улыбаясь семейному склепу. Здесь явно не хватало женской руки, но с этим можно было смириться.
Дядя Таб передал потертую колоду Бейли, который посмотрел на брата и снова начал сдавать.
— Ты в игре?
— Куда ж я денусь, — ответил Джордж.
Следователь закончил осматривать лимузин и передал дело своим коллегам из группы расследования для осмотра тела и использованного оружия. И прошел полквартала до патрульной машины, стоящей рядом с автомобилями пожарной службы и парамедиков. Дождь почти прекратился, но улицы все еще были мокрыми. Патрульные медленно, но верно разбирались с пробкой. Один из полицейских коснулся фуражки и открыл заднюю дверь патрульной машины. Детектив снял шляпу, стряхнул с нее воду и забрался в салон.
— Миссис Уайтейкер? Я лейтенант Петерсон.
Лиза Уайтейкер подняла на него полные горя глаза. Она нервно сцепила пальцы на коленях. На нижней губе, которую она прикусила, почти не осталось помады. Открыв рот, чтобы заговорить, она смогла лишь покачать головой и отвернуться.
— Я знаю, что вам сейчас нелегко, миссис Уайтейкер.
— Мягко говоря, — сухо сказала она.
— Я постараюсь быть предельно кратким.
— Спасибо.
— Ваш шофер, мистер Стокс, сказал, что ничего не видел и не слышал. А что можете рассказать вы, миссис?
— Он… он застрелился. Это было… все произошло так быстро. И так ужасно. Он протянул мне… это. — Лиза показала Петерсону браслет, который сжимала в руках. — Это платина. С рубинами.
— День рождения? Годовщина?
— Нет. — Слова давались ей с трудом. — Никакого особого повода. Просто Джордж любил делать подарки. — Лиза судорожно вздохнула. — Когда я… подняла глаза, чтобы поблагодарить… он уже приставил дуло к виску. Джордж… улыбался. Я не могу подобрать слов, чтобы… — Она опустила голову, сжимая браслет. — А потом он сделал это. У меня была лишь секунда или две, чтобы среагировать. Все произошло так быстро. Я… я не могу поверить в то, что он мог так поступить.
— Насколько я понял, отец вашего мужа покончил с собой из–за неприятностей в бизнесе.
Лиза снова посмотрела на него и заморгала, словно пытаясь избавиться от паутины на ресницах. А потом протерла глаза.
— Это словно… семейное проклятие. Они привыкают получать большие суммы денег, а потом… деньги словно утекают сквозь пальцы. Отец Джорджа, его брат, его дядя… все они решились покончить с собой, лишь бы… ну, вы понимаете. Не идти в тюрьму. Не унижаться. Они предпочитали оставлять унижение тем… кто их любил. — Лиза явно хотела расплакаться, но слез больше не осталось. — Я знаю, что у Джорджа были проблемы. Что шло федеральное расследование. Но чтобы поступить так у меня на глазах… Это просто чудовищно.
— Я не могу не задать вам один вопрос. В каких отношениях вы были с мужем, миссис Уайтейкер?
— О… у нас были разногласия, как и у любой семейной пары. Но ничего такого, с чем нельзя было бы справиться. — Лиза внезапно подалась вперед и сжала запястье Петерсона. — Лейтенант! Я никогда не смогу забыть то, что увидела! Никогда!
— Мне жаль, миссис Уайтейкер.
— Я заметила нечто… в глазах Джорджа, за миг до того, как он спустил курок. Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Возможно ли… что у тех, кто этого заслуживает, перед глазами возникает что–то другое? Видение рая или… ада?
Снаружи в окно постучали, Петерсон повернулся и опустил стекло.
— Шофер миссис Уайтейкер прибыл с другой машиной, чтобы отвезти ее домой.
— Мне можно идти? — нервно спросила Лиза.
— Да. Нам нужно будет, чтобы вы подписали протокол, когда немного придете в себя. Скажите, ваш муж умел обращаться с оружием?
— Это же Техас, лейтенант Петерсон. Тут ведь все умеют обращаться с оружием, не так ли? Я считала, что это прерогатива здешних мужчин.
— И он всегда носил с собой пистолет?
— Да. У нас дома есть тир. Он практиковался три или четыре раза в неделю. Даже сегодня перед завтраком.
— А вы? Вы умеете пользоваться пистолетом?
Лиза, выбираясь из машины, неловко обернулась.
— Нет. Мне он просто не нравится.
— Благодарю, миссис Уайтейкер. Мои соболезнования.
Лиза сидела на переднем сиденье прокатного «линкольна».
— Слава Богу, все закончилось, — сказала она, когда город остался позади.
— Да, мадам. Восславим за это Господа.
— Рано или поздно он все равно это сделал бы. Это у них семейное. Мы просто помогли Джорджу принять свою судьбу без затруднений. Без обвинений. И появления в наручниках в шестичасовом выпуске новостей.
— Я знаю, что мы сделали благое дело, миссис Уайтейкер.
— И видит Бог, мне меньше всего хотелось, чтобы позже ФБР добралось до наших счетов и собственности. У меня не выдержали бы нервы. Избавься от моих перчаток, как я велела тебе, Делано.
— Да, мадам. Я не подведу.
— И не сорвись в Мо Бэй, или где ты там решил поселиться. Не трать деньги слишком явно.
— Я не вчера родился, миссис Уайтейкер. И у меня впереди еще много лет, чтобы потратить деньги. — Делано широко улыбнулся. — Как всегда говорил мистер Джордж, жизнь — довольно непредсказуемая штука.
ЧЕЛСИ КУИНН ЯРБРО
Джентльмен старой школы
— Но граф ведь наверняка хочет поговорить с прессой? Он был так щедр, и я подумала: он, конечно же, захочет, чтобы люди об этом узнали. — Журналистка, удивительно привлекательная женщина лет двадцати пяти, очень стильная и полная амбиций, явно чуяла запах сенсации. И переминалась у двери уединенного особняка в дорогом районе Ванкувера. В одной руке она держала диктофон, в другой — небольшую цифровую камеру. — А сейчас у нас проблема с убийством, так ведь? И аудитория моей газеты хочет об этом знать.
Домоправитель — худой мужчина средних лет с песочного цвета волосами и блеклыми голубыми глазами, примерно того же роста, что и журналистка, где–то метр восемьдесят, — сохранял невозмутимо вежливый тон:
— Простите, но мой наниматель уже заявлял о том, что не любит внимания публики, несмотря на благие намерения. — Он кивнул девушке. — Я уверен, что в госпитале многие с радостью поделятся с вами нужной информацией. Что же до убийства, вам лучше обратиться в полицию, там знают больше.