Джефф Эбботт – Большой куш (страница 60)
— Я сейчас занят. Оставьте свой номер, и я вам перезвоню.
— И не подумаю.
— Тогда вы сами перезвоните мне через десять минут, мистер Гучински. — Алекс выключил телефон. Пусть теперь понервничает, думая о том, откуда Алексу известно его имя.
Но что он имел в виду, говоря о сделке? И по какому поводу, черт возьми, Гуч собирается ее заключать? Единственным рычагом воздействия на Алекса теперь оставался только клад, и, скорее всего, Гуч об этом догадывается. Но какого черта ему нужно? А может, все-таки речь пойдет о сокровищах? В обмен на Стоуни? Какой чудный шанс!
Забыть? Только не об этом изумруде, который сам по себе уже является огромным кушем; один этот камень, как он выяснил, сделав несколько осторожных звонков в Боготу, стоит многие миллионы, которые можно взять одним, хорошо рассчитанным ударом. Но остаются ниточки, которые тянутся от него к Хелен, Гучински, судье Мозли, этому невыносимому Стоуни, который хочет лишить его самого лучшего. А еще — Клаудия и Бен… Может, пойти на крайние меры?.. А потом? Провести остаток жизни, постоянно оглядываясь по сторонам? Нет, ни за что. Он потер руками лицо, а когда опустил их, в зеркало заднего вида ударил свет чьих-то фар: из-за поворота выехала машина и направилась на юг. «Форд-эксплорер» Уита Мозли.
Солнце скрылось за горизонтом. На берегу и вдоль короткой частной дороги фонарей не было, поэтому они едва различили в темноте маленький рыбацкий коттедж. Уит навел фары на дверь домика: она была закрыта.
— С петель ее не сняли, — заметила Люси. — Это уже хороший знак.
Уит ничего не ответил.
— Ты решил воспитывать меня молчанием?
— Нет. Мне просто нечего сказать. Оставайся здесь.
Он вышел из машины, увидел, что Люси последовала за ним, но ничего не сказал. Дверь оказалась незапертой. Когда он включил свет, они увидели царивший в доме беспорядок.
— Ничего себе, — окинув взглядом комнату, произнесла Люси.
— Да нет, это не из-за драки. Тут явно что-то искали. Может, хотели ограбить.
— А разве наш приход — это не вторжение в частные владения? Мы ведь нарушаем закон.
— Люси, помолчи.
— Думаешь, у меня нет чувства вины? — запальчиво воскликнула она. — Но я никого не убивала. Я старалась их защитить.
— Я не виню тебя в смерти стариков, хотя мне кажется, что ты могла бы предупредить Пэтча о том, что с его участка пытаются похитить клад.
Люси покачала головой.
— Я уповаю на Бога, чтобы ты сам никогда ничего не боялся.
— А Дэнни Лаффит? Он погиб? Стоуни и Алекс могли убить его?
— Понятия не имею.
— Дэнни обвинял Стоуни в убийстве и в том, что тот украл у него древний дневник. Ты не знаешь, где он находится?
— Нет.
— А я попробую догадаться. Стоуни не знал, что его брата и Клаудию похитят, а ему самому придется скрываться. Этот старый дневник — ключ ко всему, если он действительно хотел перепрятать клад, верно? Только дневник может подтвердить, что здесь замешан Жан Лаффит, а это делает сокровища еще более ценными.
— Да, конечно.
— Значит, Стоуни нужно было выбрать место, куда его спрятать. Причем сделать это быстро. — Уит огляделся по сторонам. — Почему бы не сделать это там, где он уже прятал вещи, имеющие для него большую ценность? Алекс за этот дневник и гроша ломаного не дал бы. Значит, доступ к тайнику может быть только у Стоуни и никто не должен догадаться, куда именно он мог положить его. Сейф в его доме — да, может быть. А что, если использовать, например, дом клиента? Возможно, именно дневник и искали в этом коттедже. Алекс? Судя по беспорядку, вполне возможно. Гуч? Нет. Дэнни Лаффит? Вряд ли. Тогда кто же?
— А может быть, Алекс искал здесь Глаз. Вот что ему было нужно. — Она поправила подушку на диване. — Хотя здесь его, конечно, нет. Я его надежно спрятала, Уит. Ты мог бы мной гордиться.
Он повернулся и пристально посмотрел на нее.
— Так изумруд у тебя?
— Стоуни отдал его мне на хранение. — Голос Люси звучал вызывающе.
— Скажи мне, где он.
— Нет, — ответила она. — Он был на частной территории Пэтча, а они украли его. Теперь Глаз снова мой. Согласно завещанию и камень, и остальные сокровища должны были принадлежать мне. У Стоуни никогда не хватало ума посмотреть на это дело с этой точки зрения. — Люси улыбнулась ему, но улыбка была холодной. — Таким образом, Глаз является моей собственностью, и ни хрена я не обязана тебе о нем рассказывать.
— Да, я действительно тебя совсем не знал. — Он печально покачал головой.
— Но ты и не хотел узнать меня, Уит. Между нами все кончено. Если нет любви, почему бы не сказать то, что накипело в душе? — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты будешь сейчас искать дневник или позвонишь в полицию, чтобы сдать им Гуча?
— Давай поищем дневник.
— В этом весь ты и твое лицемерие, так сказать, двойной стандарт.
Уит не стал с ней спорить, и они начали обыскивать дом. Коттедж был маленький, но с хорошо продуманной планировкой. Уит поднялся наверх, чтобы осмотреть две спальни. Однако с первого взгляда было ясно, что здесь уже успели сделать тщательный обыск, поэтому Уит решил, что продолжать поиски бессмысленно. Если здесь что-то и было спрятано, то
Он открыл дверцу шкафа, когда внизу вскрикнула Люси:
— Нет…
— Люси! — позвал он.
На мгновение воцарилась тишина, затем послышался звук удара и голос Люси:
— Уит!
Еще один удар. И снова тишина.
Тихо спускаясь по лестнице, Уит вытащил пистолет Пэтча, который он взял в сумочке Люси, и взвел курок. Он остановился на повороте, где лестница выходила к кухне.
— Судья Мозли? — раздался мужской голос. Он звучал спокойно и вкрадчиво. — Вам необходимо спуститься вниз с поднятыми руками.
— Я вооружен, — ответил Уит. — Если вы причините ей боль, я убью вас.
В ответ прозвучал одиночный выстрел.
Уит застыл.
— Она сейчас без сознания, — сказал мужчина, — поэтому ничего не почувствовала. Но я только что отстрелил ей два пальца на левой руке. У вас есть пять секунд на то, чтобы выйти ко мне. Теперь я перевожу пистолет на ее лоб…
— Нет!
Уит вышел из-за лестничного проема, подняв руки и держа пистолет большим и указательным пальцами.
Возле Люси на корточках сидел мужчина, в руках у него был 9-миллиметровый «глок», направленный прямо на Уита. Незнакомец был поджарым, высоким, с выкрашенными дешевой светлой краской волосами. На глазах — круглые очки в тонкой металлической оправе. Он походил на профессора, решившего стать рокером.
— Брось пистолет, — приказал он.
Уит повиновался.
— На колени, руки на голову.
Уит выполнил и это требование. Украдкой посмотрев на руку Люси, он с облегчением вздохнул: все пять пальцев на левой руке были на месте, ничего не отстрелено.
— Я обманул вас, — с подчеркнутой небрежностью произнес Алекс Блэк. — На самом деле я терпеть не могу грязь.
Глава 36
Бен выгнал агентов ФБР из своего дома. Вернее, подумала Клаудия, попросил их уйти. Он вежливо объяснил федералам, что ценит их помощь, но с Клаудией чувствует себя в безопасности, — при этих словах она покраснела, — и ему хотелось бы остаться одному, чтобы окончательно прийти в себя после всего, что с ним произошло. Кроме того, до сих пор не было предъявлено никаких обвинений по поводу того, что Стоуни совершил преступление, как не было и доказательств, что его брат стал жертвой. Все телефоны прослушивались, на случай если позвонит Стоуни, Дэнни Лаффит или вымогатель с требованием выкупа.
В ответ агенты криво улыбнулись, но вынуждены были уйти. Клаудия из окна видела, как их машины выехали из Флэтс. После ухода Граймса и Горделла в доме стало так тихо, как будто в нем поселились привидения. Она подумала, что сюда может заехать Дэвид под предлогом, что ему нужно повидать Бена. Но дорога оставалась пустынной.
Бен включил стереосистему, и комнату наполнила нежная мелодия Вивальди. Слушая прекрасную музыку, Клаудия стояла у камина и рассматривала старинную морскую карту, висевшую на стене.
Бен подошел сзади и положил руки ей на плечи.
— Я очень рад, что ты сейчас здесь, Клаудия. Я бы сошел с ума от одиночества.