Джефф Эбботт – Большой куш (страница 62)

«Надо же, — подумал Уит. — Он таки поверил мне. Или я просто подтвердил его собственные соображения насчет того, что Глаз находится у Стоуни».

Алекс, слушая Гуча, криво улыбнулся и подмигнул Уиту.

— Расскажи, где это, — сказал он. — Ладно. Встретимся там. Возможно, через час. — Он помолчал. — Там и поменяемся. — Выключив телефон, Алекс снисходительно произнес: — Люди предсказуемы до безобразия.

— Что? — переспросил Уит.

Алекс уставился на него.

— Я, признаться, удивлен, что судья имеет таких друзей, как этот мошенник Гуч.

— У нас с ним много общего.

— Да, конечно, — сказал Алекс. — Во Флориде тоже многие судьи — мошенники. Можете мне поверить.

Уит заметил, как изменилось выражение его лица: удивление сменилось явным презрением. Он взвел курок и, продолжая направлять пистолет на Уита, подошел к Люси. Она все никак не могла прийти в сознание. Янтарное ожерелье на ее шее разорвалось, и бусинки рассыпались по полу. Уиту хотелось дотянуться, собрать их для нее, а потом обнять Люси, успокоить и сказать, что все будет хорошо.

Глаза ее открылись, она посмотрела на него, но вряд ли увидела. Две струйки крови продолжали течь из-под волос в том месте, где Алекс ударил ее пистолетом; из правого уха тоже текла кровь.

— По-моему, она неважно себя чувствует для нашего путешествия, вы так не считаете? — спросил Алекс, криво усмехнувшись.

— Что? — опять переспросил Уит и подумал: «Я могу быть заложником сам…»

— Она нам не нужна. — Ухмылка Алекса стала шире, и он направил пистолет на Люси.

— Нет, прошу вас! — закричал Уит.

— Какая преданность! Это хорошо, — едко произнес Алекс и выстрелил три раза подряд.

Глава 37

Клаудия проснулась в полной темноте. Окружавшая ее ночная тьма была плотной, как стекло. Она почувствовала, как от внезапно возникшей паники у нее судорожно сжался желудок, а по спине пробежал холодок. Клаудии показалось, что она связана. Дэнни… Она по-прежнему была у Дэнни. А где-то рядом дожидался Гар, страдавший от неуемного голода насильника и готовый вытряхнуть из нее жизнь. Ее передернуло, когда она представила его руки, покрытые татуировками. Быстро сев на кровати и часто моргая, она принялась выпутываться из сбившихся простыней.

Никакого Дэнни здесь не было. И Гара тоже.

Не было на кровати и Бена.

Клаудия взглянула на цифровые часы. Десять сорок шесть вечера. Она слишком много выпила мичелады и вина, и от непривычно большого количества спиртного у нее немного разболелась голова. Поднявшись с постели, Клаудия направилась к балкону спальни, который выходил на море. Тяжелые шторы полностью закрывали окно, и она слегка отодвинула их. Поверхность ночного моря в бухте Святого Лео была неподвижна, луна лежала большим круглым пятном среди россыпи звезд Млечного Пути.

Клаудия вновь задернула шторы и отыскала на полу свою одежду. Она надела трусики, влезла в свои свободные брюки цвета хаки, затем нашла бюстгальтер и блузку и тоже надела их.

Спускаясь по лестнице, она увидела горевший в кухне свет и услышала голос Бена:

— Ладно, я буду там.

Когда она подошла к нему, он сидел у стойки с гранитной столешницей и держал в руке мобильник.

— Бен?

— Это был мой брат, детка. Стоуни жив, — сказал он, положив телефон на стойку.

— Слава Богу, — облегченно вздохнув, откликнулась Клаудия. — Где он сейчас?

— В Корпус-Кристи. Он хочет, чтобы я приехал к нему. Прямо сейчас.

— Он решил выйти из своего укрытия?

Бен сделал вид, что не заметил сарказма в ее голосе.

— Ему стыдно. Стоуни очень переживает, что запаниковал. Но он жив. — Бен взял Клаудию за плечи. — Он находится в принадлежащем ему складе возле порта. Ты знаешь парня по имени Леонард Гучински?

— Знаю. Он чокнутый. И какое отношение он имеет к этому делу?

— Стоуни сейчас с этим Гучински, хотя я не очень понимаю, почему они оказались вместе.

— Ну и что же ты собираешься делать, Бен?

— Я должен позвонить в полицию, — он произнес это таким тоном, что ей сразу стало ясно: на самом деле ему совершенно не хочется этого делать. — Сообщу им, по крайней мере, что с ним все в порядке.

— Хочешь немного подождать с этим, чтобы успеть поговорить с братом?

— Наверное, именно так мне и следует поступить. — Бен сунул мобильник в карман брюк. — Поедешь со мной?

— Возможно, вам следует встретиться один на один. — В глазах Клаудии застыл немой вопрос.

— Я бы очень хотел, чтобы ты поехала со мной. Он должен извиниться перед тобой и все объяснить. Может быть, ты подскажешь, как уладить все это с властями, поможешь Стоуни преодолеть смущение. Вероятно, ему понадобится адвокат.

— Скорее ему понадобится пиар-фирма, — возразила Клаудия. Смущение Стоуни ее нисколько не беспокоило. — Подожди, я сейчас сбегаю наверх, возьму сумочку, и тогда можно ехать.

В багажнике было темно, настолько темно, что, когда Уит закрывал глаза, темнее от этого не становилось. Грохот и тряска «тауруса» полностью привели его в сознание, пока они летели по шоссе.

«Я убью эту сволочь», — подумал он.

Если он просто будет лежать здесь, согнувшись в три погибели от горя, можно будет считать, что Алекс победил. Уит не сомневался, что этот тип собирается убить его, Гуча, Стоуни и любого, кто встанет у него на пути. Ему нужно обрубить все концы, а затем, прихватив камень и монеты, дать деру. Уит понимал: чем больше его голова будет занята мыслями о Люси, тем сильнее он будет чувствовать отвратительную беспомощность, парализующую волю и дух.

После того как Алекс еще раз здорово избил его и затащил в багажник, он мог двигаться с большим трудом. Он пощупал карман в поисках своего мобильника. Пусто. Он стал шарить руками в темноте, стараясь найти хоть что-то, что можно было бы использовать как оружие. Когда Уит заезжал к Стоуни, Алекс находился в доме, но этой машины на улице не было. Значит, он либо взял ее напрокат, либо украл. Если она краденая, Алекс вряд ли успел внимательно осмотреть, что в ней находится, а багажник, похоже, был забит всяким хламом.

Пальцы Уита нащупали обод запаски, мягкую ткань, предназначенную, скорее всего, для вытирания машины, небольшой гаечный ключ, вероятно оставленный там для отвинчивания кронштейна запаски, книгу в потрепанной бумажной обложке. Наконец его рука наткнулась на что-то металлическое, плоское и холодное, с тремя петлями сбоку.

Ящик с инструментом!

Уит медленно перевернул его, нашел защелку. Закрыт, но не заперт. Ему удалось открыть ящик, и инструменты дружно громыхнули, когда машина подскочила на неровной дороге. Нужно подождать, когда автомобиль снизит скорость или съедет на обочину. Если слишком шуметь и дать Алексу повод для сомнений в том, что он сломлен, этот головорез обязательно убьет его. Нужно продолжать делать вид, что он безвольно лежит в багажнике и трясется от страха.

Выжидая своего часа и заставляя себя действовать спокойно, Уит на ощупь обследовал инструмент. Рулетка. Молоток, которым можно здорово съездить Алексу по физиономии. Какой-то мешочек, внутри которого, похоже, лежали болты, гайки и гвозди. Небольшой клубок веревки. Плоскогубцы. В пространстве над инструментом он нащупал поперечный стержень: ручка. В этом металлическом ящике сверху находился съемный лоток, под которым было расположено еще одно отделение.

Уит вытащил верхний лоток наружу, и его рука осторожно проникла вглубь ящика. Еще мешочки с гвоздями или крючками. Две или три отвертки с тяжелыми пластмассовыми ручками. Слесарный молоток с круглым бойком, воспользовавшись которым он наверняка сумеет выбить Алексу все зубы, если представится такой шанс. Рулон липкой ленты, уже изрядно уменьшившийся в размерах. Электрический провод. Внезапно он наколол палец о длинный V-образный выступ острого металлического предмета с небольшими зубчиками с каждой стороны и резной деревянной ручкой. Уит аккуратно ощупал инструмент пальцами. Ножовка для шифера — такие еще используют для вырезания в гипсоцементных листах отверстий под выключатели и электрические розетки. У них есть замечательное заостренное лезвие, для того чтобы делать глубокие надрезы в стенах.

«Все, что мне нужно, — это одна его ошибка, — подумал Уит, — и я убью этого мерзавца. Я должен это сделать».

— Ты должен сидеть здесь очень тихо, — сказал Гуч. — Если ты начнешь бузить и в результате пострадают Уит или Люси, тебе не поздоровится.

— А я думал, что мы уже стали друзьями, — заметил Стоуни.

— Конечно, я даже собираюсь быть крестным для твоих детей.

— Так что, мне затаиться, пока ты будешь договариваться с Алексом?

— Ты будешь сидеть здесь, а я избавлюсь от него, если он вынудит меня это сделать, — ответил Гуч. — Затем я передам тебя судье, а уж он пусть решает, как с тобой поступить.

Этот Гуч разговаривает с ним как с ребенком.

— Веди себя хорошо, Гуч. Или я сам позабочусь о том, чтобы ты отправился в тюрьму.

— Ты действительно думаешь, что благодаря этому выиграешь в глазах общественности, Стоуни? А ну-ка садись. — Гуч указал ему на стул.

Стоуни сел за стол, а Гуч отвернулся, чтобы погасить свет.

«Сейчас», — подумал Стоуни. Он схватился за ручку ящика стола и резко дернул ее на себя. Ящик мгновенно вылетел наружу, и Стоуни, взмахнув им, ударил Гуча по голове. Здоровяк начал оседать. Стоуни ударил снова.

Глаза Гуча закатились.